Кот и кореец

Замолчала и Кира.
– Даша, я хочу поговорить с тобой о том видео, – наконец выдавила из себя Кира.
Она ждала, что Дашка будет всё отрицать. Что спросит: «О каком видео?»
Но она только вздохнула и произнесла медленно, будто бы каждое слово давалось ей с неимоверным усилием:
– А он его всем разослал, да?
– Оно попало в школьную группу, – ответила Кира, подавив в себе страстное желание заорать: «Кто он?!»
– Я… Я ему прислала это видео… Я была так зла! После того вечера, когда я приехала к тебе с папой…
– Ты не отвечала на сообщения, – произнесла Кира, переглядываясь с Юлей и Лисом. – А я… Я, может, что-то не то сказала… Но я ведь не хотела тебя обидеть. А даже если обидела… Разве стоило так…
– Конечно! Не хотела! – закричала Дашка в трубку. – Знаешь, как достало! Ты всё время жалуешься, что твоя мама не любит бокс, как она хочет, чтобы ты бросила… Но ведь она ничего не делает, чтобы ты бросила! А у меня папа сидит на каждой тренировке… И злится, когда я катаюсь плохо!
– И поэтому ты отправила видео, где я позорюсь, тому… парню?
– Да, – сдавленно прошептала Дашка. – Просто на эмоциях… Просто хотелось посмеяться над тобой… Вдвоем с кем-нибудь. Извини. Я не хотела, чтобы это ещё кто-то увидел…
– Посмеяться? – повторила Кира.
«Посмеяться вместе с Паком».
– Знаешь, я ведь очень хотела быть как ты, – сказала Даша задумчиво. – Я даже прочитала, что если хочешь стать кем-то, то надо делать вид, что уже стала. Я даже лайки ставила всем боксёрским фоткам, которые тебе нравились… Всех твоих друзей-боксёров пролайкала, блин! Ну и ерунду они публикуют! На тренировку записалась, где под музыку по мешку бьют… Тоже фигня полная!
– Даш, зачем тебе быть… как я?
– Да потому что у тебя всё получается. Тренер плохой – нашла другого. В школу новую пришла – и сразу там всех построила, популярной стала. И в секцию тебя, конечно, взяли, а не как меня…
Даша говорила с напором. Кира не очень понимала, хочет ли она извиниться или не очень. Но даже это было как-то неважно.
– И поэтому вы вместе смеялись над тем видео?
Кира почувствовала, как в горле появился комок. Он смеялся над ней. Смеялся!
– Да… Ярославу… Было смешно…
Кира замерла. Она даже не поняла, о ком идёт речь.
– Что? Какому Ярославу?
– Сизову, – ответила Даша. – Ну, боксёру из твоей школы, с которым я переписываюсь.
– Чего?! – крикнула Кира. – Какой он боксёр?
Юлька и Лис, которые частично слышали разговор, непонимающе переглядывались.
– Ну, он так сказал, – тихо сказала Даша. – Он мне понравился… Такой симпатичный… И модный… И… Я не знала, что он всем разошлёт… Я просила не рассылать, – всхлипнула Дашка. – Прости меня… Простишь?
– Я… Я не знаю, – растерялась Кира.
Конечно, Дашку она простит. Может, не сейчас, попозже. Дружить вот только вряд ли они будут.
– В понедельник во дворе я видела тебя с парнем, – сказала Кира, помедлив… – Ты… его знаешь?
– Нет, – спокойно ответила Даша. – Я шла к тебе, я хотела поговорить… Но потом… испугалась. А он искал бабушку. Он подбегал ко всем и спрашивал, не видел ли кто его бабушку… Очень странный. А кто это?
«А я говорила», – произнесла Юлька одними губами.
* * *
PaulPark: Какая Даша?! Какие коньки?!
PaulPark: Не хочешь говорить, ну и не надо.
PaulPark: Вообще не понял, почему я всё ещё с тобой общаюсь. Ты только грубишь мне и делаешь вид, что тебе на всё положить. Достало!
  
Глава 22. Корейский стыд
 
Тренер дядя Лёша: Кира, доброе утро. Рад был получить твоё сообщение. У нас в Петербурге всё хорошо, девчонки передают тебе привет. Аня делает большие успехи. Про Филатова понял, хорошо, пусть возвращается. Он, на мой взгляд, поступил не по-мужски. Надеюсь, эта история его чему-то научит.
Марка Огурцова я, конечно, помню. Здорово, что вы теперь в одной команде. Спасибо за его номер, я ему позвоню. Тебе отличных тренировок! Пиши, рассказывай, как дела. Буду ждать.
  
Belkina60kg: Кира, прикинь, парни из сборной Петербурга с Филатовым не общаются. До них дошла как-то вся эта история, и они от него не в восторге. А Машка эта его отшила. Ха-ха-ха, прикинь.
JustMaria: Кира, привет, ты меня не знаешь. Меня зовут Маша Архипова. Несколько месяцев я занимаюсь в секции по боксу, куда ты раньше ходила. Тут все тебя помнят. Я узнала, что с тобой произошло. И как Артём себя повёл. Он звал меня на свидание, говорил, что я ему нравлюсь, и я хотела с ним встречаться, но потом узнала про тебя… Тебе, наверное, всё равно, но встречаться с ним я не буду ни за что. Он мне очень нравился, но теперь… Вообще не знаю, как так можно было с девушкой. С другом. Просто хотела, чтобы ты знала.
Кира торопливо убрала телефон в карман шорт и посмотрела на тренера Рената. Тот морщил лоб и хмурил широкие брови.
– Так у тебя травма, что ли, была? – спросил он, разглядывая справку. – Лисовский сказал, что ты простыла.
– Простыла, – кивнула Кира. – А потом пошла в аптеку и ногу подвернула.
– Ногу подвернула. – Ренат посмотрел справку на свет, будто проверяя подлинность денежной купюры. – Дисциплины никакой. Ни у тебя, ни у Паши Пака. Лисовский поэтому и боксирует лучше вас, потому что тренировки не пропускает. И работает каждый раз, а не болтает.
Кира опустила глаза. Было стыдно: и перед тренером, и перед Фирузом, который выписал ненастоящую справку. О справке Кира не просила: готова была сдаваться Ренату с потрохами.
– Сам борьбой занимался, а то не знаю, как это, – вздохнул Фируз, увидев, что вечером в пятницу Кира собирает рюкзак на тренировку. – Завтра утром дам тебе справку… Врача-то мы не вызывали… Вдруг тренер подумает, что ты прогульщица какая-нибудь.
Кира вздохнула. И правда – как осмелиться сказать Ренату: пропустила тренировки, потому что лежала на диване всю неделю и смотрела в потолок? Слова «настоящей чемпионки».
Он и справке-то не особо поверил – вон как рассматривает.
– А Паша? – спросила она, разглядывая стены и ринг – всё что угодно, лишь бы не встречаться с тренером взглядом. – Он разве пропускает?
– Вчера не пришёл, сегодня нет, – кивнул Ренат. – Тоже заболел? Наверняка ведь знаешь.
– Угу, вирус, – буркнула Кира. – В школе у нас все болеют.
– Болеет наш айдол, как же, – бросил проходящий мимо Огурцов. – Меня боится, вот и не ходит.
Наконец Ренат сложил справку пополам и сунул в карман олимпийки. Кира поплелась разминаться. Было субботнее утро – в окна спортивного зала заглядывало робкое осеннее солнце. Спортсмены отрабатывали удары, тёрли колени, делали махи руками.
Почему-то без Пака наполненный людьми зал казался ужасно пустым. Но всё равно вернуться к тренировкам было так здорово!
– Кот, вечером праздничный концерт в школе, – рядом появился Лис. – Надо идти.
– Не, – помотала головой Кира. – Мне классная уже десять раз звонила с этими угощениями. Давай так – я куплю печенье в пекарне, ты принесёшь и скажешь, что я сама испекла… Да и вдруг Пак придёт… В общем, без меня.
– А что с Паком? – оживился Лис.
– Не знаю, – честно ответила Кира. – Мы же поссорились. Я вроде извинилась, но он тогда про вас с Юлей такое наговорил… Не очень приятные вещи. Я не думаю, что мы будем дальше дружить.
– А… – беспечно отмахнулся Лис. – Знаю, что он про нас сказал. Нормально всё. Мы ему тоже высказали кое-что… Юлька вот, например, недовольна, что корейский за него приходится делать…
– Так и сказала?
– Так и сказала. Юлька вообще смелая. Мы с ней для школьного праздника танец готовим. Поэтому надо идти, Кот.
– Танец? – округлила глаза Кира. – Вы что, этот Юлькин кей-поп танцуете?
– Ну да, – пожал плечами Лис. – Она очень хотела, но её подруги из корейского центра сегодня не могут. Вот мы с Марком и будем с Юлькой танцевать…