Дерзкий поцелуй
— Что именно?
— Три платья, ночную сорочку…
— О, да благословит вас Господь!
Эви не терпелось сбросить с себя промокшее платье и переодеться во что-нибудь сухое.
— Кроме того, я привезла твое нижнее белье, — невозмутимо продолжала миссис Саммерс, — щетку и булавки, а также твою бухгалтерскую книгу.
Эви испустила облегченный вздох.
— Моя бухгалтерская книга. Святые небеса, слава Богу!
Миссис Саммерс знаком поманила Эви за собой.
— Я подумала, ты захочешь держать ее при себе.
Эви немного расстроилась из-за того, что не догадалась прихватить книгу с собой. Она привстала на цыпочки и чмокнула миссис Саммерс в щеку.
— Спасибо вам большое за то, что вспомнили о ней. Я пообещала своим компаньонкам, что к концу месяца составлю новый бюджет.
И пусть сведения, содержащиеся в бухгалтерской книге, носили анонимный характер, а следовательно, никому не могли причинить вреда, мысль о том, что они могли стать достоянием гласности, лишила ее присутствия духа.
Миссис Саммерс небрежно отмахнулась — дескать, какие пустяки, милочка, не стоит благодарности — и повела Эви в ее спальню, большую просторную и светлую комнату, выдержанную в голубых и желтых тонах.
— Твои платья я уже убрала в шкаф, — сообщила ей миссис Саммерс. — Полагаю, что тебе не терпится переодеться.
— Нет, вы даже не можете представить себе этого. — Эви брезгливо приподняла двумя пальчиками края своих юбок. — Мне придется выстирать его. Сомневаюсь, что обыкновенная чистка здесь поможет. — Она устало вздохнула, сообразив наконец, что если ей захочется принять горячую ванну, то нужно спуститься вниз и притащить все необходимое наверх. — Какое-то время нам придется самим заботиться о себе, не так ли?
— Боюсь, что да, — строго поджала губы миссис Саммерс. — У нас уже возникли некоторые разногласия по поводу распределения обязанностей.
Эви подавила зевок.
— Что вы имеете в виду?
Миссис Саммерс недовольно фыркнула.
— Джентльмены пребывали в заблуждении, будто я умею готовить.
— Понятно. — Нет, она ничего не понимала. — А вы разве не умеете?
— Нет. — Миссис Саммерс одарила Эви скептическим взглядом. — А ты?
— Я… я могу приготовить что-нибудь совсем простое. Гренки, например, и яйца. Да, еще я умею делать сэндвичи. — Эви порылась в памяти, пытаясь вспомнить, нет ли среди ее кулинарных талантов чего-нибудь более впечатляющего. — Однажды я даже помогала кухарке испечь торт.
— И сколько же тебе тогда было лет, дорогуша?
В то время ей было одиннадцать, если ей не изменяет память.
— Дело не в этом. Вы же наверняка не поднимали на ноги всю прислугу, когда вам требовалось перекусить, или поесть пораньше, или…
— Нет, конечно. Я в состоянии подождать до тех пор, пока это не будет удобно для всех, или утолить голод куском хлеба с сыром.
— Ага. Ладно, и какие же обязанности вы взяли на себя?
— Я должна буду готовить чай, регулярно менять постельное и столовое белье и, вообще, присматривать за порядком в доме.
— Что ж, звучит вполне разумно. — Эви не хотелось задавать следующий вопрос; она боялась услышать нечто весьма и весьма неприятное. — А что должна буду делать я?
— Тебе предстоит убирать со стола.
— Я бы предпочла попробовать свои силы в приготовлении пищи, — поморщилась Эви.
— В таком случае, можешь поменяться с Кристианом. В данный момент обязанности повара возложены на него. Поскольку мужчины, как мне представляется, питают врожденное отвращение к кухне и всему, что с ней связано, подозреваю, он будет только рад переложить свои заботы на твои плечи. — Миссис Саммерс бросила опасливый взгляд на дверь и заговорщически понизила голос. — Пожалуй, так будет лучше для всех. Сегодня утром завтрак состоял на одну часть из яйца, на шесть частей — из соли, а все остальное занимало ужасающее количество масла. — Пожилая дама выразительным жестом прижала руку к животу. — Я до сих пор не пришла в себя.
— А как отреагировал на это мистер Хантер?
На лице миссис Саммерс отразилось озадаченное выражение.
— Никак. Откровенно говоря, он позавтракал с большим аппетитом. В сущности, это относится к ним обоим. При этом они со знанием дела обсуждали вопросы животноводства… Ох, я так рада, что ты приехала, милочка.
— Я тоже, хотя это местооказалось совсем не таким, каким я его себе представляла.
— Да? — Не зная, куда девать руки, миссис Саммерс принялась теребить ленточки своего лифа. — Э-э… Да.
— Вы заранее зналиоб этом, — обвиняющим тоном заметила Эви.
— Да, в общем… э-э…
— И ничего не сказали мне.
Миссис Саммерс в отчаянии всплеснула руками:
— Я полагала, что так будет лучше.
— Вам прекрасно известно, что я умею хранить тайны.
— Когда это важно для тебя.
— Когда меня об этом просят, — вспылила Эви.
Миссис Саммерс подняла руки, сдаваясь.
— Ты права. Я поступила дурно, усомнившись в твоем слове. Я приношу извинения за это, равно как и за то, что не поставила тебя в известность о смене планов.
Разумеется, перед столь искренним раскаянием Эви устоять не могла. Она подбежала к миссис Саммерс, вновь приподнялась на цыпочки и запечатлела у нее на щеке поцелуй.
— Я больше не сержусь на вас. Это усталость заставляет меня нервничать. Прощу вас, не терзайтесь угрызениями совести и успокойтесь.
И тут ей в голову пришла спасительная мысль. Эви лукаво улыбнулась.
— Хотя… если вы поможете мне принести снизу чан с водой, то я, так и быть, забуду об этом маленьком недоразумении.
Получасом позже Эви наконец-то приняла долгожданную ванну. Но вместо того чтобы переодеться в чистое платье, девушка остановила свой выбор на ночной сорочке. Она приляжет на постель, чтобы вздремнуть часок, а потом спустится вниз к ужину… Так, во всяком случае, она думала.
Эви заснула еще до того, как голова ее коснулась подушки, и заснула глубоким сном, без сновидений'. Она не слышала стука в дверь, возвещавшего о том, что ужин готов, и даже не пошевелилась, когда в комнату к ней заглянула миссис Саммерс.
Она проспала шестнадцать часов подряд.
18
На следующее утро Эви проснулась свежей и полной сил. Она лениво потянулась, потом соскочила с кровати и подбежала к окну, чтобы раздвинуть занавески и впустить в комнату лучи яркого солнца. Утро, решила она, не такое уж страшное, если оно начинается в четверть пополудни. Распахнув оконные створки, она полной грудью вдохнула теплый соленый воздух и стала смотреть, как две чайки дерутся из-за чего-то на песке.
— Какой чудесный денек, — пробормотала она.
Торопясь встретить его во всеоружии, Эви быстро набросила на себя мягкое платье из белого муслина с вышивкой по подолу и глубоким вырезом на груди. Еще несколько минут отчаянных усилий, и она сумела с помощью булавок уложить волосы в нечто, напоминающее — хотя и не совсем, конечно, — модную прическу.
Глядя на себя в маленькое ручное зеркальце, она недовольно скривилась. Поскольку в доме находился Мак-Алистер, следовало постараться не ударить в грязь лицом, особенно учитывая, что на протяжении последних двух дней он лицезрел ее далеко не в лучшем виде.
Но, смирившись с тем, что более она ничего не может сделать, Эви подбежала к двери и открыла ее. На пороге стояла миссис Саммерс, уже занесшая руку, чтобы постучать.
— А я как раз собралась к тебе, чтобы посмотреть, как у тебя дела. Как ты себя чувствуешь?
— Очень хорошо, спасибо. — Чего никак нельзя было сказать о самой миссис Саммерс, лицо которой переливалось всеми оттенками зеленого. — С вами все в порядке, миссис Саммерс?
Пожилая женщина неуверенно поднесла дрожащую руку к животу.
— Все, за исключением пищеварения. Сегодня завтрак оказался еще хуже, чем вчера. По-моему, Кристиан оставил и для тебя порцию… Предлагаю тебя ограничиться одним гренком. Поджаренным без ничего.