Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер (СИ)

— Я не теряю, а нахожу, — ответила я, смягчив тон. — Новые возможности, новую силу. И я не отдаляюсь от тебя, Тиар. Я пытаюсь защитить тебя. 
Он нахмурился: 
— Защитить? От чего? 
— От мира, в который я вошла. Драконы играют в опасные игры. Если Латор когда-нибудь заподозрит, что между нами было что-то большее, чем деловое партнерство... 
  
Я не договорила, но Тиар понял. Его лицо застыло: 
— Я не боюсь драконов. 
Слова-слова. 
— А стоило бы, — возразила я. — Латор может превратить тебя в пепел одним выдохом. И это были бы еще легкие последствия. 
Тиар упрямо покачал головой: 
— Я не отступлю, Лиралин. Не отвернусь от тебя из страха перед твоим мужем. 
— И все же он – мой муж. 
На его лице появилась горькая усмешка: 
— Да, очевидно. 
Напряженная тишина повисла между нами. Я знала, о чем он говорит. О чувствах, которые теперь должны быть похоронены. О надеждах, которые никогда не сбудутся. 
— Прости, — произнесла я наконец. — Я бы всё изменила, если бы могла. 
— Нет, — он покачал головой. — Не извиняйся за то, что выживаешь. Я просто хочу, чтобы ты знала — что бы ни случилось, на какие бы компромиссы тебе ни пришлось пойти там, в их мире... здесь всегда будет место, где ты можешь быть собой. И человек, который никогда не забудет, кто ты на самом деле. 
Его слова тронули меня глубже, чем я ожидала. В этом чужом мире, в чужом теле, с чужим именем... иметь хоть кого-то, кто видит настоящую тебя — даже не зная всей правды — было неожиданным утешением. 
— Спасибо, — тихо сказала я. — Это значит для меня больше, чем ты думаешь. 
Момент искренности прервал стук в дверь. Один из помощников сообщил, что прибыл представитель Гильдии Магов для обсуждения заказа. 
— Работа зовет, — произнес Тиар, возвращаясь к формальному тону. — Мы продолжим обсуждение стратегии развития позже, ринтана? 
Я кивнула, благодарная за его профессионализм: 
— Безусловно. И подготовь, пожалуйста, список потенциальных помещений для нашей эксклюзивной линии. 
Когда он ушел, я осталась одна в кабинете, чувствуя странную смесь решимости и грусти. Тиар был прав — я менялась. Но не так, как он думал. 
Не Лиралин становилась холоднее и расчетливее под влиянием драконов. 
Это Марина, деловая женщина с двадцатилетним опытом, всё больше проявлялась сквозь личину юной аристократки. И в этом была ирония — чем больше я становилась собой, тем дальше отдалялась от единственного человека, который пытался удержать "настоящую Лиралин". 
Я расправила плечи и вернулась к изучению отчетов. Сожаления можно было оставить на потом. Сейчас мне предстояло построить империю из артефактов — единственный надежный источник власти и защиты в моем новом положении. 
Следующие несколько часов я провела в переговорах с представителем Гильдии Магов — напыщенным мужчиной средних лет, чье отношение ко мне заметно изменилось, когда он узнал о моем новом статусе. 
— Совет Гильдии всегда ценил инновационный подход ринтаны Лиралин, — заявлял он с улыбкой. — А ваш уникальный дар в сочетании с мудростью клана Авельтан открывает поистине захватывающие перспективы. 
А, ну да. Я помню все эти закрытия лавки и отчеты, которых теперь никто не требует. О, вы прям такие открытые! Такие инновационные! 
Я сохраняла вежливое выражение лица, хотя внутренне морщилась от его очевидной лжи: 
— Гильдия проявляет удивительную... гибкость в своих оценках. Еще месяц назад я слышала совсем другие мнения о своей работе. 
Представитель даже не смутился: 
— Возможно, некоторые члены нашей Гильдии были слишком консервативны. Но теперь, когда ваш талант получил признание на самом высоком уровне... — он сделал витиеватый жест рукой, словно указывая на драконьи высоты. 
Мне хотелось рассмеяться ему в лицо, но я сдержалась. Такие люди могли быть полезны — в определенных пределах и на определенных условиях. 
— Что ж, я рада, что Гильдия пересмотрела свою позицию, — сказала я, переходя к конкретике заказа. — Но должна предупредить, что наши цены выросли пропорционально спросу. 
К моменту, когда переговоры завершились, представитель Гильдии согласился на сумму вдвое превышающую изначальную, да еще и с условием предоплаты. Я проводила его до дверей мастерской, где он встретился с Тиаром для оформления документов. 
Наблюдая за деловитостью Тиара, его уверенными движениями и четкими инструкциями помощникам, я испытывала гордость. Он был превосходным партнером, чья преданность делу не пошатнулась даже после всех личных разочарований. 
Когда все формальности были завершены и представитель Гильдии удалился, я подозвала Тиара: — Нужно обсудить еще кое-что. Пройдемся? 
Мы вышли на улицу, где теплое весеннее солнце золотило крыши города. Мои драконы-охранники держались на расстоянии, давая нам иллюзию приватности. 
— В замке я работаю над особыми артефактами для клана, — начала я, понизив голос. — Используя драконий металл и новые техники. 
Тиар внимательно слушал: 
— Что-то, что можно адаптировать для нашей эксклюзивной линии? 
— Не совсем, — я покачала головой. — Большинство технологий слишком... специфичны для драконьей природы. Но я обнаружила кое-что интересное. — Я оглянулась, убедившись, что никто не подслушивает. — Драконий металл реагирует на мой дар иначе, чем обычные материалы. С его помощью можно создавать артефакты, обладающие почти разумом. 
Глаза Тиара расширились: 
— Разумные артефакты? Это... невозможно. 
— Не полностью разумные, — уточнила я. — Скорее, способные адаптироваться к потребностям владельца. Менять свои свойства в зависимости от ситуации. 
Я достала из кармана небольшой браслет из драконьего металла с витиеватым узором: 
— Вот, я сделала это для тебя. — Я протянула ему браслет. — Защитный артефакт. Он реагирует на угрозу, усиливая природные защитные барьеры тела. И... — я замялась, — он поможет тебе скрыть свои мысли от драконьего восприятия. 
  
Тиар осторожно взял браслет, рассматривая его с профессиональным интересом: 
— Это... выходит за рамки всего, что я знаю об артефакторике. 
— Держи это при себе, — настояла я. — И никому не показывай. Особенно драконам.