Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер (СИ)

Когда примерка была закончена, я увидела в зеркале не себя прежнюю, а будто бы новое существо — женщину в струящемся платье цвета золотого рассвета, с высоким воротником, напоминающим драконий гребень, и длинными рукавами, расширяющимися к кистям, как стилизованные крылья. Платье идеально облегало фигуру, подчеркивая силуэт, но при этом оставаясь сдержанно элегантным. В нем чувствовался драконий стиль, но адаптированный для человеческого тела. 
  
Ну и не забудем, что Лиралин – хрупкая принцесса. Которую этот наряд делал хоть немного значительнее на вид. Это красиво. 
— Вы выглядите... достойно, — неохотно признала Сирана, окидывая меня критическим взглядом. — Латор будет доволен. 
— Не только Латор, — добавила Эшара с загадочной улыбкой. — Думаю, многие в клане будут удивлены. 
Вечером, вернувшись в свои покои, я была эмоционально и физически истощена. Атина оставила мне несколько книг для самостоятельного изучения — историю клана Авельтан и генеалогическое древо, чтобы я могла лучше ориентироваться в сложной сети родственных связей. 
Я погрузилась в чтение, жадно впитывая информацию, которая могла стать моим оружием. Клан Авельтан оказался древним и влиятельным, с богатой, часто кровавой историей. Я выявляла ключевых игроков, потенциальных союзников и врагов, отмечая для себя сложные взаимоотношения и давние конфликты. 
Особенно меня заинтересовала фигура Оукаты, матери Латора. Судя по записям, она происходила из другого древнего клана и вышла замуж за предыдущего халидэла Авельтан — Ранора, отца Латора. 
Их брак был политическим союзом, призванным укрепить позиции обоих кланов. Но что-то в этой истории казалось недосказанным, особенно учитывая нынешнее положение Оукаты как фактической главы клана, хотя формально эта роль должна была принадлежать её мужу или сыну. 
Когда за окном стемнело, я отложила книги и подошла к окну. Горные пики, озаренные лунным светом, казались нереальными, словно декорация к какой-то фантастической пьесе. И я в ней — главная героиня, невольно втянутая в драконьи игры власти. 
Тихий стук в дверь прервал мои размышления. Я думала, что это снова Атина, но когда открыла, на пороге стоял он — Латор, в простой домашней одежде, без обычных церемониальных украшений. 
— Не помешал, надеюсь? — спросил он, и в его голосе слышалась непривычная неуверенность. — Мне нужно кое-что показать тебе. Кое-что важное. 
Я колебалась лишь мгновение. Несмотря на все обстоятельства нашего "союза", меня снедало любопытство. За последние дни я увидела множество странностей в поведении обитателей замка. А Латор выглядел… взволнованным. Последний раз я его таким видела у беседки, где он полез целоваться. Но сейчас – явно что-то другое происходило. Важное. 
— Входи, — сказала я, отступая от двери. 
Латор шагнул в комнату, но остался стоять у входа, словно не желая нарушать границы моего личного пространства. 
— Я хочу рассказать, что тут на самом деле творится, — произнес он, внимательно изучая мое лицо. — И почему я... рассвирепел, когда увидел тебя с Кассианом. 
Я скрестила руки на груди: 
— Я слушаю. 
— Не здесь, — Латор покачал головой. — Я должен показать тебе кое-что. Кое-кого. — Он сделал паузу. — Доверься мне хотя бы в этом. Обещаю, это поможет понять ситуацию, в которой ты оказалась. 
Его слова звучали искренне, без обычного драконьего высокомерия. Решение пришло быстро — если я хочу выжить и преуспеть в этом змеином гнезде, мне нужна вся доступная информация. 
— Хорошо, — кивнула я. — Ведите. 
Латор повел меня через лабиринт коридоров замка, выбирая малоиспользуемые проходы и узкие лестницы. Мы поднимались всё выше и выше, пока не достигли одной из самых высоких башен замка. Здесь, на верхнем этаже, он остановился перед массивной дверью, охраняемой двумя драконами в человеческом облике. Увидев Латора, они молча склонили головы и расступились. 
— Они твои люди? — тихо спросила я, когда мы миновали стражу. 
— Преданы мне лично, — так же тихо ответил Латор. — Не клану, не традиции — мне. Это важно. 
За дверью оказался короткий коридор, ведущий в круглую комнату. Меня поразило великолепие интерьера — стены, покрытые древними фресками, мебель из редких пород дерева, инкрустированная драгоценными металлами, огромные окна с видом на звездное небо. Но все мое внимание приковала огромная кровать в центре комнаты. 
На ней лежал старик. 
Нет, не просто старик — древний, изможденный мужчина с иссохшим телом и кожей, напоминавшей пергамент. Его длинные белые волосы рассыпались по подушкам, глаза были закрыты, грудь едва заметно поднималась в медленном, затрудненном дыхании. 
Рядом с кроватью сидела пожилая женщина в одеждах целителя, которая, увидев нас, тихо поднялась и удалилась через боковую дверь, оставив нас наедине с больным. 
— Это мой отец, Лиралин, — произнес Латор тихо, с глубокой болью в голосе. — Ранор Авельтан, формальный глава нашего клана. 
Я подошла ближе к кровати, рассматривая старика. На первый взгляд — просто древний человек на смертном одре. Но что-то в его чертах, в структуре лица, несмотря на изможденность, выдавало величие. Даже в таком состоянии чувствовалось, что передо мной некогда могущественное существо. 
— Что с ним? — спросила я. 
— Проклятие уязвимости, — ответил Латор. — Древняя, запрещенная магия, которая лишает дракона его силы, связывает его сущность, не позволяя ни исцелиться, ни трансформироваться, ни... умереть. 
Я повернулась к Латору, шокированная: 
— Умереть? Ты хочешь сказать... 
— Он страдает, — Латор подошел к кровати, его взгляд был полон сдерживаемой ярости и боли. — Каждый день, каждый час, каждую минуту. Но проклятие не дает ему освободиться даже через смерть. Он заперт в этом разрушающемся теле. 
— Как долго? — спросила я, чувствуя, как холодок пробегает по спине. 
— Долго, — ответил Латор. — Практически с тех пор, как наша с тобой… первая помолвка был заключена официально. Еще один рычаг давления на меня, да. Мама знает, что делает. А он… находится в этом состоянии. Пять лет я пытаюсь найти способ снять проклятие или хотя бы облегчить его страдания. 
Он замолчал, глядя на отца, затем продолжил: 
— Официально объявлено, что отец находится в длительной медитации, восстанавливая силы после древнего ритуала. Именно поэтому я всё еще наследник, а не глава клана. — Он повернулся ко мне. — А неофициальным лидером стала моя мать. 
  
Я начинала понимать. Картина постепенно складывалась, хотя всё еще оставалось много вопросов.