Колдун (СИ)
Засунув в проем горящую тряпку, в глубине он разглядел чьи-то ноги.
— Никит, ну-ка погляди. Лежит там чтоль кто-то? — высунувшись обратно, с тревогой позвал он товарища.
Никита, кряхтя, поднялся со своего места и, взяв у напарника уже начинавший угасать факел, тоже сунулся в образовавшийся проем.
— Ноги чьи-то… Тока чего-то вроде маленькие какие-то… — проворчал он. — Сейчас попробую достать, ежели тело не присыпало. Подсади-ка меня, — попросил он Василия.
Василий, встав на колени, подставил напарнику спину. Тот, взобравшись на импровизированную ступеньку, по пояс влез в дыру под плитой, и, дотянувшись до сапога, крепко ухватил тело за щиколотку. Потянув его на себя, он снова поразился тому, что тело было каким-то маленьким и уж больно легким. Человек не подавал ни малейших признаков жизни.
Подтащив его к самому краю, он слез со спины товарища и, стоя на земле, продолжил вытаскивать погибшего из-под завала. Поднявшийся Василий принялся помогать ему.
— Ребенок, похоже? — вздохнув, пробормотал он, принимая выползавшее тело на руки. — И ведь в форме… Сын полка, похоже… Жаль мальчонку.
Из-под плиты показалась окровавленная голова с двумя косичками. Обозники в изумлении уставились друг на друга.
— Девчушка… — закашлялся Никита. — Да твою ж через коромысло… Девчонка ведь совсем! Дитё! — вытерев вдруг наполнившиеся слезами глаза, прохрипел он. — Да будь оно все проклято! И война эта, и фрицы…
Василий, бережно уложив тельце на край насыпи, осторожно, бережно убрал заскорузлыми пальцами с окровавленного лица девочки волосы. Задумавшись, замер. И вдруг приложил пальцы к ее шее, пытаясь нащупать жилу. Через пару секунд, не выдержав, прижался ухом к ее груди.
— Вась, ты чего? Охренел, что ли? — воззрился на товарища вытаращенными глазами Никита. — Ты чё делаешь-то?
— Погодь, Никит… — отозвался Василий. — Кажись, жива девчоночка-то… Теплая она, не остыла еще. Да и кровь вон, гляди, свежая сочится. Сердце тока не слышно… Не пойму никак, дышит аль нет?
— А ну, пусти… — отодвинул его в сторону Никита. — Дай лопату!
— Нахрена тебе лопата-то? — ошалело взглянув на напарника, спросил обозник.
— Дай, говорю! — прикрикнул тот на товарища.
Получив просимое, он тщательно отер край лопаты о штаны, подышал на него, и снова принялся оттирать его о рукав гимнастерки, буквально полируя. Удовлетворившись результатом, он осторожно поднес очищенный край лопаты к губам девочки, и, подержав, взглянул на него.
— Запотела… — сунув лопату Василию под нос, растерянно проговорил он. — Васька, гляди, запотела… Дышит она. Живая!
— Ох ты ж Господи… Ее ж в санчасть надоть срочно! Гляди, скока крови потеряла ведь… И голова вон вся разбитая… — засуетился вдруг Василий, поднимая ребенка на руки. — А вдруг спасут девчушку-то, ась, Никит? Вдруг не поздно пока?
— Погоди, Вась. Ты не в санчасть, ты ее вон туда неси. Там три самолета были, в которых самых тяжелых грузили, командир распорядился. Их прям по воздуху в госпиталь отвезут, — ухватив Василия за руку, затараторил Никита. — Там они были, самолеты-то, на поле. Ты беги пошустрее, авось не улетели пока. Беги, Вась…
И Василий побежал. Сперва бежал, но силы быстро закончились, и он брел, прижимая к себе окровавленное, иссеченное осколками и пулями тельце девочки. Задыхаясь, упрямо брел туда, где были самолеты, а значит, и надежда на спасение.
Бредущего с девочкой на руках пожилого обозника заметил пробегавший мимо солдат.
— Отец, ты это куда? Откуда?.. — кивнул он на девочку.
— Живая она, дышит покамест… — сам задыхаясь, отозвался Василий. — В самолет бы ее… в госпиталь…
— Так уж улетели два самолета с ранеными, — почесал в затылке солдат.
— Дак вроде три их было, самолета-то, — прохрипел Василий.
— Девчонка совсем… Давай ее сюда, — вдруг решительно проговорил солдат. — Я всяко быстрее добегу.
Осторожно взяв из рук обозника тельце девочки, он побежал.
На поле уже выруливал к взлету ПС-84, доставивший к Ильску медикаменты, медиков и боеприпасы, обратным рейсом забравший самых тяжелораненых. Заметив бегущего к транспортнику солдата с ребенком на руках, готовившие к отправке самолет закричали и замахали руками пилоту, останавливая его. Транспортник замер, люк в хвосте открылся, и из него выглянул мужчина в летной форме.
Увидев подбегавшего солдата, он вышел ему навстречу, и, забрав у того девочку, вернулся назад.
Самолет взлетел и, сделав круг над разрушенным городом, медленно, на бреющем полете направился в сторону тыла.