Двадцать четыре секунды до последнего выстрела (СИ)

Но, не считая этого эпизода, обед шёл мирно. Эмили сначала явно ощущала неловкость, но потом расслабилась и снова начала улыбаться обычной своей мягкой улыбкой. У Джексона перестали дрожать руки. Сью всего пару раз отказалась отвечать на вопросы Джексона, а сам Себ… Пытался понять, какого хрена он тут вообще забыл. Они выглядели мирно, уютно и хорошо — все трое. Сьюзен отходчивая. Она быстро примет Джексона как не как отца, то как друга и старшего родственника. И они будут отличной семьёй. Сам он здесь — лишний. 
 — Па-ап? — Сьюзен коснулась его плеча.
 — Что, дорогая?
 — Пап, мы сходим в зоопарк? Помнишь, ты обещал? — и бросила на Джексона хитрый взгляд. 
Себ быстро разгадал, что тут произошло. Он не обещал Сью никакого зоопарка, зато туда предложил пойти Джексон. И она открыто сообщала: «Видишь, ты мне не нужен, даже в зоопарк меня может сводить папа».
Хотелось сделать вид, что он ничего не понял, и ответить: «Хоть завтра». Но чёрт, это было бы очень неправильно по отношению к Эмили и Джексону.
Себ чуть прикусил язык. Нет, не сможет отойти в сторону и не портить эту идиллическую картинку. Ни за что не откажется от своей роли в жизни Сьюзен. Но и Джексону мешать строить с ней отношения не станет.
 — Что-то не помню я про зоопарк, — произнёс он. — И знаешь, я его не очень-то люблю. Все эти тигры в клетках…
 — Я обожаю зоопарк! — радостно сообщил Джексон. — Хочешь, сходим завтра вместе, Сьюзен? Эмили, ты с нами?
Прежде, чем Сью успела категорически отказаться, Себ вставил:
 — Мне нравится этот план. А мы с тобой в через выходные поедем смотреть оленей. Без клеток. Что скажешь?
На лице Сьюзен явственно читались муки выбора. Ей не хотелось никуда идти с Джексоном. И ещё больше ей хотелось показать маме, что Джексон ей не нравится. Но при этом, ей хотелось в зоопарк. А вариант «пойти туда с папой» отпал. Обидеться на Себа она тоже не могла — он объяснил причину для отказа и предложил другое развлечение.
 — Ладно, — буркнула она.
После мороженого на десерт Сьюзен ушла в свою комнату, и атмосфера в гостиной снова стала неуютной. Эмили и Джексон перебрались на диван, Себ сел в кресло, закинул ногу на ногу и понял, что сказать ему нечего.
 Эмили разглядывала маникюр, Джексон заинтересовался обивкой дивана. Впрочем, именно он первым нарушил тишину и спросил:
 — Значит, ты в охране? Не стал спрашивать подробности при Сьюзен, понимаю, ей это ни к чему. Чем именно занимаешься? Если это не секрет, конечно, — он улыбнулся и развел руки. Дружелюбие буквально хлестало из него. А ещё он сидел очень близко к Эмили, не пытался лапать её, но как бы держал в своём поле, в своём личном пространстве. Очень интимно. 
 — Никаких секретов, — отозвался Себ, чуть отведя взгляд. — Работаю в корпорации, сопровождаю босса на встречи. Играю мышцами и всё такое.
 — Я думал, там предпочитаю бугаев, — фыркнул Джексон.
 — Мой босс предпочитает результат.
 — Я рада, что ты вернулся, — произнесла Эмили. — Не думала, что ты решишь осесть в Британии. Мне казалось…
 — Я уже староват для армии, — с деланным равнодушием сказал Себ и повторил то, что говорил уже несколько раз разным людям: — Начинаю тянуться к мягкой кровати и горячему душу.
 — Да уж, понимаю, — засмеялся Джексон, а Эмили посмотрела как-то странно и сказала:
 — Забавно, как с возрастом меняются люди. В двадцать пять ты говорил, что у тебя есть призвание, единственный талант, и ты не собираешься его зарывать… Впрочем, я рада, что это в прошлом.
 — Что за талант? — тут же заинтересовался Джексон, а Эмили совершенно спокойно сообщила:
 — Он снайпер какого-то там очень высокого класса. Один из лучших в британской армии.
 — Ух ты! — восхитился Джексон, как будто ему рассказали, что Себ лучше всех в Британии… ну, скажем, строит дома или вышивает крестиком. Это было даже как-то ненормально — испытывать такой восторг, учитывая род деятельности, о котором они говорили. — Ты выступал на соревнованиях? — а, вот теперь понятно.
 — Нет, не выступал, — Себ поймал его взгляд и сказал достаточно прохладным тоном: — Чтобы снять эти вопросы в будущем: в армии снайпер не поражает гонги на больших расстояниях на скорость. И лучших оценивают по другим критериям.
 
Джексон сглотнул, перевёл взгляд за окно и объявил, что погода сегодня прекрасная.
Если бы был прибор, которые меряет неловкость беседы, он бы пищал без остановки, а показатели бы зашкаливали.
 — Себ, я хотела спросить… — Эмили поёрзала на диване. — Мы с Джексоном хотим в начале сентября на неделю уехать в отпуск. Ты не мог бы присмотреть за Сьюзен? Днём она с няней, никаких сложностей. И, к тому же, начнётся учёба…
 — Без проблем, — тут же согласился Себ. — Позвони мне потом, скажи даты.
Оставалось надеяться, что Фоули не придёт в голову куда-нибудь его послать.
 — Спасибо! Я бы взяла её с нами, но школа…
А ещё восьмилетний ребёнок не очень способствует романтике, ага. Себ отлично понимал.
 — Ладно, мне пора. Завтра…
 — Работа, да?
Вообще-то нет, но именно это он и хотел сказать.
 — Точно. Джексон, рад знакомству. Удачи в зоопарке.
«Я тоже очень рад», «Спасибо, что пришёл», «Звони», — и прочее в том же духе. Простившись с ними, Себ поднялся к Сьюзен. Она вспомнила про их маленький уговор, но не заговорила о том, чтобы выкинуть Джексона из дома или побить. Может, дело в зоопарке, а может, обед сработал именно так, как Себ и хотел.
Он немного ещё посидел с дочерью, послушал о жизненных неурядицах героини какого-то мультика и ушёл.
Всё прошло хорошо. Но больше дом Эмили не казался ему домом.
  
Глава 7
 
Клаус дважды вызывал Себа в охрану на деловые встречи и один раз отправил приглядывать за «Хаммером» без номеров. Разумеется, Себ должен был не выслеживать машину, а держать её под прицелом. Но наушник так и не отдал команду стрелять, и «Хаммер» благополучно скрылся за поворотом. А потом наступило затишье. Внезапно и Клаус, и Фоули пропали. Не было ни звонков, ни сообщений, ни заданий. 
И Себ понял, что буквально вешается со скуки. Он никак не мог хоть чем-то забить свободное время. Как-то он зашёл в строительный магазин, купил шпатлёвку, штукатурку, пять вёдер краски, инструменты и выкрасил стены и потолок. Теперь в комнате было чисто, свежо, но воняло краской. И с цветом он, кажется промахнулся. Выбрал бежевый, а вышел какой-то буро-коричневый, под цвет запыленного грязного брезента. Зато белый потолок получился отлично и ровно.
Следом Себ приобрёл кровать. Надоело уже говорить всем про неё, а спать на раскладном диване.
После этого ещё сутки он провалялся в кровати, открывая для себя какие-то давно забытые грани наслаждения физическим комфортом. Смотрел телевизор. Провёл тщательную ревизию Интернета и отобрал целую папку подходящей порнухи — пока на просмотр не очень тянуло, кажется, он перебрал этого добра на неделе после возвращения в Британию. Но пусть лежит, в конце концов. 
Когда в пятницу позвонил Грег и спросил, не хочет ли он выпить пива, Себ подскочил с новой кровати как по сигналу тревоги.
 — Со мной тут пара ребят из отделения, — продолжил Грег. — Не возражаешь?
Себ не возражал бы, даже скажи Грег, что с ним пара маньяков и Джим Фоули собственной персоной. 
Полицейские заняли их с Грегом любимый угловой столик и придвинули к нему ещё один. Оказалось, что коллег с собой Грег привёл троих. В самом углу сидел полный лысый мужичок лет пятидесяти. У него было добродушная широкая улыбка и старомодные усы щёткой. Рядом с ним — неприметный парень с коротко стриженными светлыми волосами. Он обжёг Себа очень внимательным взглядом и первый протянул руку, бросив отрывисто:
 
 — Пол Брэндон. 
 — Кристофер Рич, — помахал полный мужичок, чтобы не тянуться через стол.
 — Джоан Вуд, — рука Себа оказалась в крепкой хватке молодой женщины с очень коротко стриженными чёрными волосами и резкими чертами лица.