Двадцать четыре секунды до последнего выстрела (СИ)

Себ поймал такси почти сразу. В мыслях крутились события вечера. Себ не переживал из-за выстрела. Но это не означало, что он не думал о нём. Фоули ошибся. Ему было жаль девушку, которая зря зашла на пустую парковку. Но был приказ и была осознанная необходимость выстрелить. Он это сделал. К счастью, ему никогда не снились по ночам убитые — иначе он, наверное, сбежал бы из Афганистана ещё в две тысячи втором. 
***
На следующий день ему никто не писал и не звонил — а Себ, если честно, не отказался бы от срочного задания. Однако его не было, а значит, не было повода отменить неприятную встречу. 
Себ провел пластиковым гребешком по волосам, поправил галстук, поддёрнул рукава пиджака, который, кажется, стал маловат в плечах, бросил на своё отражение недовольный взгляд и вышел из дома.
На обед к Эмили он ехал несколько заранее, наплевав на все правила приличия. Ему просто хотелось побыстрее с этим закончить. И даже при том, что он сам придумал устроить этот обед, участвовать в нём не хотелось. 
Его успокоила бы быстрая езда. Но вы пробовали ехать быстро в Лондоне в половине чётвертого после полудня в субботу? «Форд» едва тащился по пробкам, пару раз Себ нарушил, чтобы проскочить очередной затор, но на среднюю скорость движения это не сильно повлияло. Радио он выключил — раздражало. Начал постукивать пальцами по рулю. Поймал себя на этом — и немедленно прекратил. Внутри будто бы что-то зудело и ворочалось. Мелькнула бредовая мысль бросить машину на любой парковке (только попробуй, найди её) или просто на тротуаре и пойти пешком. 
Зачем ему вообще сдался этот обед? 
«Ради Сьюзен», — напомнил он себе. Он делает это ради Сьюзен. Поэтому придёт сейчас домой к Эмили, будет жать руку её новому парню, травить какие-нибудь анекдоты и вести себя дружелюбно. 
Сьюзен важно увидеть, что он ободряет выбор её матери, и главное, что появление Джексона Уилшира ничего не изменит и не испортит. 
На стадии планирования всё было отлично. Себ считал, что им необходимо пообедать вместе, Эмили поддержала идею. Но теперь Себ с трудом боролся с непонятным глухим раздражением. И он даже не мог точно сказать, что его злит: не ревность же, в самом деле? 
Выворачивая к дому Эмили, Себ понял, что вспотел. Почти час в дороге, нервы и плохое настроение сделали своё дело. Оставалось надеяться на дезодорант. Какое ему вообще дело, что о нём подумает Уилшир?
Дверь дома открылась, и на улицу выскочила Сьюзен. Все неприятные мысли, всё волнение и раздражение тут же исчезли. Себ улыбнулся, ощущая, как внутри разливается тепло, вышел из машины и подхватил Сью на руки.
 — Папа! — она поцеловала его в щёку.
 — Привет, принцесса, — он поставил её на землю и взял за руку. — Как дела?
 — Плохо, — твёрдо ответила Сьюзен. — Я не стану с ним обедать. Пап, давай что-нибудь сделаем? Я просто… — она замялась, — я не хочу, чтобы он жил с нами. Он противный. 
Как бы понять ещё, Сьюзен не нравится Джексон, потому что она ревнует Эмили или потому что с парнем что-то не так? 
 — Слушай, — Себ присел на корточки, — твоя мама любит Джексона, мы с тобой это уже обсуждали. Но я хочу, чтобы и она, и ты были счастливы. Дай мне познакомиться с ним. Если мне покажется, что он плохой человек…
 — Ты побьёшь его? 
 — Нет. Бить людей — это плохо. Но я поговорю с твоей мамой. 
Сьюзен потёрла нос:
 — Можешь говорить уже. 
Себ покачал головой и поднялся:
 — Сначала мы пообедаем. И ты, твоё высочество, будешь вести себя хорошо. 
 — А то что? — с вызовом спросила она.
«А это что-то новенькое», — недовольно заметил Себ. Такого он от Сьюзен ещё не слышал. Либо Эмили или Джексон часто используют фразы типа: «Сделай, а то накажу», либо… когда там положено начинаться переходному возрасту? Вроде бы рановато ещё.
 — А то я всё внимание буду уделять твоему плохому поведению и совершенно не смогу познакомиться с Джексоном. Ясно? 
 — Я-ясно, — протянула Сью недовольно. — Буду.
 — Слово?
 — Слово, — и она протянула ему ладонь. Себ её пожал, скрепляя договор, и они вместе пошли в дом.
 
Эмили радостно улыбнулась и помахала Себу рукой.
 — Проходи в гостиную, Джек будет с минуты на минуту, а я должна справиться с этой птицей!
 — С птицей?
 — Индейка, — скривилась Эмили, а Себ принюхался и действительно узнал запах жареной индейки.
 — Ты её победишь, — уверенно сказал Себ. Эмили отлично готовила, так что сомнений не было никаких. 
В гостиной уже был накрыт стол на четверых. Но задержаться там Себу не дали: Сью немедленно потащила его в свою комнату, смотреть новые рисунки. Сьюзен с раннего детства любила рисовать, но в последнее время у неё стало получаться совсем хорошо. Как минимум, у Себа не возникало ни малейших сомнений, что именно изображено на рисунке. 
 — Это я вчера рисовала, мы с мисс Кларенс ходили к пруду.
Себ взял акварельный рисунок и внимательно изучил его. Кажется, в прошлом году Сьюзен с трудом справлялась с тем, чтобы предметы были нормальных размеров. А теперь на рисунке была совершенно правильная, как он мог судить, перспектива. И в воде отражались облака. 
 — Здорово! — искренне сказал он. — Мне нравится. 
 — Хочешь, я тебе его подарю? Хотя нет. — Сьюзен забрала лист бумаги, — я тебе нарисую другой, лучше.
 — Я буду ждать.
Они убрали рисунки по местам и, когда прозвенел дверной звонок, спустились вниз. 
Джексон обнаружился в гостиной. Он как-то робко стоял возле стола, сунув руки в карманы брюк. Высокий, худощавый. Тёмные волосы длиннее, чем на последнем фото: слегка прикрывают уши. Лицо узкое и настолько типично-британское, что хоть в учебник запихивай.
Он широко улыбнулся, вытащил руки из карманов, протянул одну Себу и сказал торопливо:
 — Привет! Я Джексон. Джексон Уилшир. Привет, Сьюзен, как дела?
 — Себ, — представился он, пожимая протянутую руку, и слегка надавил на плечо Сьюзен. Поняв намёк, она ответила недовольно:
 — Привет.
 — Я… очень рад познакомиться, очень. Себ — это от Себастиана, да?
 — Просто Себ.
Он давно планировал задать маме вопрос, что именно заставило её выбрать это жуткое километровой длины имя для своего сына, но как-то к слову не приходилось. Себ сделал то, что было возможно: обрезал от этого имени столько лишних букв, сколько было возможно. 
 — Сьюзен постоянно о тебе говорит, — продолжил Джексон. — Ты военный, да?
 — Уже нет, — отозвался Себ суховато. — Работаю в охране.
 — А где служил?
 — На войне! — заявила Сьюзен. Джексон засмеялся, но слегка натужно.
 — Учитывая обстановку семейного обеда, — чуть улыбнулся Себ, — давай остановимся на этом исчерпывающем ответе. А ты чем занимаешься?
Из досье, конечно, Себ знал, что Джексон — стоматолог, что у него частная практика и свой кабинет, пусть и не на Харли-стрит, но неплохой и доходный. Но светить этими знаниями не собирался.
 — Стоматолог.
 — Полезное знакомство, Сьюзен, — заметил Себ. — У тебя сколько зубов ещё не выпало?
Сью посчитала:
 — Шесть.
 — Как минимум шесть раз Джексон сможет тебе помочь.
 — Обязательно помогу! — с энтузиазмом заверил её Джексон. — Да и тебе, Себ. Будет нужно — обращайся, сделаю скидку.
 — Ну, если скидку…
 — Дорогие мои, за стол. Я одолела индейку!
В гостиную вошла Эмили с блюдом, на котором лежала крупно порезанная индейка с аппетитной корочкой. Джексон тут же засуетился, перехватил блюдо, помог поставить его на стол, уронив пустой стакан, и все сели на свои места. Сьюзен решительно устроилась между Себом и Эмили, напротив Джексона, и кидала на него недовольные взгляды.
 
 — Алкоголь не предлагаю, — проговорила Эмили мягко, — но есть отличный морс.
Себ потянулся к графину — разлить — и столкнулся с рукой Джексона. Логично. Если он переберётся к Эмили, то будет хозяином в этом доме.
 — Извини, — Себ убрал руку, и Джексон налил всем морса, потом положил идейки и сел на место. Руки у него немного подрагивали, и Себ понадеялся, что в стоматологическом кабинете он ведёт себя увереннее.