"Фантастика 2024-178". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Она кивнула на финиковую пальму.
— Все вы, красивые мужики, такие, — сказала Лена. — Правду мне мама о вас говорила.
Она вздохнула и уже серьёзным тоном спросила:
— Серёжа, а причём тут май? Что случится в мае? Я же… пошутила на счёт свадьбы. Помню, что ты не влюбляешься. И что женишься только по расчёту.
— В мае меня арестуют, — ответил я. — Велика вероятность того, что меня осудят на восемь или даже на десять лет. Вряд ли тебе нужен муж, который сидит в тюрьме.
Лена взмахнула ресницами.
— Осудят? За что?
Котова плюхнулась ягодицами на мои бёдра. Теперь уже она хмурилась не в шутку.
— Правильно осудят, — ответил я. — За преступление. Которое я обязательно совершу.
Лена дёрнула плечами (её волосы блеснули).
Она спросила:
— Серёжа, зачем… ты это сделаешь?
Я заглянул в её глаза, улыбнулся. Погладил колено Котовой.
— Потому что я пообещал это.
— Кому?
— Сам себе. И сдержу это обещание.
Лена дёрнула плечами.
— Ничего не поняла, — сказала она. — Ты снова видел сон с предсказанием? Я правильно догадалась?
Котова убрала рукой со лба так и норовившие прикрыть ей глаза каштановые пряди волос.
— О чём он был? — спросила Лена. — Что произойдёт в мае? Почему ты… мы это не исправим?
Она снова привстала, потревожила пятна света на потолке: те заметно дёрнулись. Я пожал плечами.
— Не всё так просто.
Вздохнул.
— Да и рано пока об этом рассуждать, — сказал я. — До мая столько воды утечёт…
Махнул рукой.
— Какой ещё воды, Серёжа? Не понимаю. Что ты видел?
— Я много чего видел. И кое о чем тебе уже рассказывал.
— Помню.
Я зевнул, прикрыв рот ладонью. Потёр глаза.
— Скоро мне понадобится твоя помощь, Лена, — сказал я. — Раз уж ты сама о ней заговорила.
Котова решительно тряхнула головой. Я отметил: сонной Лена не выглядела, хотя ещё недавно мне казалось, что она задремала.
— Что и когда нужно сделать? — спросила Котова. — Я готова. Обязательно помогу. Рассказывай.
— Сейчас расскажу, — пообещал я. — Только не здесь. Идём на кухню. Я сварю кофе.
* * *
Молотые кофейные зёрна я привёз в эту квартиру вместе с шампанским. Потому что не сомневался: сегодня понадобится и то и другое. Пустая бутылка из-под игристого вина стояла сейчас рядом с мусорным ведром. О кофе я вспомнил утром. Сварил его в эмалированном ковшике на газовой плите, разлил ароматный напиток по чайным чашкам. Котова от кофе не отказалась. Только подпортила его вкус двумя ложками сахара. Она сидела на табурете, закутавшись в мою рубашку. Размешивала сахар. Наблюдала за тем, как я изгонял из себя сонливость крохотными глотками крепкого кофе. Лена лишь один раз продегустировала сваренный мною напиток — до того, как я поставил свою пустую чашку в раковину.
— Совсем другое дело, — заявил я. — Взбодрился.
Прогулялся в комнату, натянул там штаны.
Вернулся в кухню, бросил на стол картонную папку с надписью «Дело №_». Уселся около неё на стул. Я распутал узлы завязок, откинул крышку.
Лена поставила чашку, чуть вытянула шею — рассматривала выглянувший из папки исписанный моим размашистым почерком лист серой бумаги.
— Что это? — поинтересовалась Котова.
— Костыли для памяти, — ответил я.
И тут же пояснил:
— Память у меня не идеальная. А с возрастом лучше не станет. Поэтому я теперь записываю то, что видел. На всякий пожарный случай. Чтобы в будущем не позабыл те или иные детали. Ну и просто на память. Вот взгляни.
Я достал из папки лист, положил его на столешницу рядом с Котовой. Лена уткнулась взглядом в страницу. И тут же вскинула на меня глаза.
— Это обо мне? — сказала она. — Твой сон о том случае с самолётом.
Я кивнул.
— Да. Записал его. Чтобы не забылся.
Котова вернулась к чтению. Я видел, как она закусила губу.
Заглянул в холодильник, достал оттуда тарелку с сыром и колбасой, которую припрятал там для сегодняшнего завтрака. Поставил её на стол. Нарезал хлеб.
Лена покачала головой, накрыла страницу рукой.
— Серёжа, а ты не видел, кто сейчас там похоронен? — спросила она. — На моём месте.
  
Я покачал головой, признался:
— Не смотрел. Но если ты хочешь, смотаемся на Верхнее кладбище в следующее воскресенье…
— Не хочу, — сказала Лена. — Как-то… жутко становится, когда о таком думаю.
Она поёжилась, запахнула на груди рубашку, будто на неё подуло холодным воздухом из окна. Снова мазнула по странице взглядом и посмотрела на папку.
— А что ещё там есть? Какие сны? Есть что-то новое?
— Там всё разложено по порядку, — сказал я. — В хронологической последовательности. Возьми верхнюю страницу.
Котова шустро цапнула из папки верхний лист, бросила его поверх того, который положил рядом с ней я. Сделала глоток кофе. Прочла на странице первые строки.
— Илья Владимирович, — сказала она, — это папа нашего Артурчика?
— Он самый.
— Так ты видел его похороны? Правда? Это те самые похороны, на которых Артурчик рассказал тебе обо мне и о самолёте?
Котова дождалась, пока я кивну, и снова взглянула на страницу.
Я поставил на плиту ковшик с кофе — одной чашки мне не хватило.
Лена завершила чтение второго «документа» (так я мысленно называл свои записи), когда у стенок ковшика поднялась тёмная кофейная пена.
— Ничего себе, — сказала Котова. — Кирилл мне рассказывал о том случае. Я думала…
Она замолчала, убрала со лба волосы.
— Получается, — тихо произнесла Лена, — я и Илья Владимирович Прохоров сейчас должны были быть соседями по кладбищу. Не верится. Жутковато. А дальше там что?
Котова показала указательным пальцем на папку. Выждала, пока я наполню горячим напитком взятую из шкафа большую чашку с яркими красными маками на боках.
— Я… возьму ещё одну бумагу? — спросила она.
— Конечно. Бери.
Лена бережно вынула из папки следующий «документ» (четыре листа, скреплённые канцелярской скрепкой). Пробежалась глазами по первому абзацу. Хмыкнула.
— Я помню это, — сказала она. — Это тот случай в ресторане «Московский», куда ты позвал моего брата. Я угадала? А почему ты мне не говорил, что его тоже видел во сне?
Я дёрнул плечом, пригубил чашку с парящим кофе. Сделал крохотный глоток и тут же пальцем снял с кончика языка кофейные крошки. Недовольно скривил губы.
Подумал о том, что к отсутствию в Советском Союзе интернета и сотовой связи я уже привык. А вот с отсутствием тут приличного кофе я всё ещё не смирился.
Наблюдал за тем, как Котова всматривалась в написанный шариковой ручкой текст.
Лена вдруг вздрогнула, подняла меня взгляд.
— Вот, значит, откуда взялась официантка Светочка, — сказала она. — Дырка в животе. От дроби. Страшно представить. А мой братец говорил о том походе в ресторан, как о забавном приключении.
Она прижала ладонь к щеке, задумчиво посмотрела поверх моего плеча за окно.
— Страшно… — произнесла Котова.
Она снова протянула руку к папке, но остановила её на полпути.
Спросила:
— Возьму ещё один?
— Конечно, — ответил я.
Очередной «документ» перекочевал из папки на кучку бумаг, что уже скопилась на столешнице около Котовой. Лена тут же ткнула в страницу пальцем.
— А вот и Рита Баранова, — сказала она. — Помню, как я тогда неслась сломя голову к таксофону. И как мой брат размахивал скалкой перед лицом у тех мужчин. Этот твой сон помог сразу двоим. И Рите, и Олегу.
Лена усмехнулась.
— Они теперь образцовая парочка. Гуляют вместе по вечерам. Олежик приструнил всех хулиганов в Ритином доме. Он ведь только дома и рядом с девочками такой скромный. А у себя на работе он… ух!..
Котова потрясла кулаком.
— Во всяком случае, Олег мне так рассказывал.
Лена аккуратно уложила «документ» поверх предыдущих и (с моего разрешения) достала из папки другой. В него она вчитывалась примерно минуту. Прежде чем кивнула и ткнула в страницу пальцем.