Последний Хранитель Империи 2 (СИ)

Он вытер окровавленные губы тыльной стороной ладони и продолжил с благоговением:
— Старые морские псы травили байки, что был он магом — мать его в борт! Мог бурю поднять, только рукой взмахнув, или шторм угомонить одним блядским словом. Киты к нему, сука, сами подплывали, как собачки верные, а акулы его врагов жрали по первому его посвисту, чёрт их дери!
— А медальон?
— Источник всей его силы, разрази меня гром! — Австралиец благоговейно уставился на амулет в моей руке. — Старики говорили — поднимет он эту штуку, и море само расступается! Ветер дует куда прикажет! А морские твари из глубин лезут, только свистни, мать их!
  
— И что стало с ним в итоге?
— А перед своей смертью Кровавый Буревестник оставил пророчество, — Австралиец понизил голос до суеверного шепота, оглядываясь по сторонам, словно боялся, что мертвый капитан может его услышать. — Говорят, последние слова его были такие: «Когда море снова взбесится и кровью окрасится, придет парень с синей аурой, как у меня. Разнесет он к чертям собачьим все флоты и королевства, что смеют морем командовать. И океан опять станет ничейным — ни королям, ни императорам, только лихим капитанам тут будет воля».
Он потер шрамы на руках и добавил еще тише:
— А еще старики шептали, что узнать его можно будет по железке этой, — он кивнул на медальон, — она засветится в его руках, словно маяк в жуткий шторм. И все морские волки за ним пойдут, как за самим дьяволом.
Вот теперь все встало на места. Похоже, этот Кровавый Буревестник тоже обладал Покровом Зверя — такой же нестабильной, древней магией, как у меня. Но для простых пиратов, которые понятия не имели о природе его силы, он действительно должен был казаться всемогущим морским богом. Способность управлять стихиями, призывать морских тварей — всё это вполне укладывалось в возможности мощного Покрова Зверя, настроенного на морскую стихию.
А теперь они нашли меня — с той же синей аурой, с медальоном, который засветился от моей магии. Для них это лучше любых доказательств. А мне и не обязательно объяснять тонкости взаимодействия артефактов — пусть считают меня своим мессией. Получается, что я выиграл в лотерею, где призом стал целый флот головорезов. Неплохо для парня, который пять минут назад готовился драться за жизнь.
— И что вы готовы сделать для своего Повелителя? — спросил я, медленно поднимаясь во весь рост.
Австралиец вскочил следом и торжественно приложил окровавленную ладонь к сердцу:
— Дашь приказ — захвачу любой порт или сожгу его дотла, не жалея ни пороху, ни людей! Моя сабля — твоя сабля, мой флот — твой флот, пропади я пропадом в пучине морской!
В ночном воздухе повисла тишина. Все ждали моего ответа. Я чувствовал момент — одно слово, и у меня в руках окажется флот, который может перевернуть всю эту песчаную заварушку с ног на голову.
— Готовь эскадру, капитан, — произнес я голосом, в котором звенел металл. — Скоро она мне понадобится.
Австралиец кивнул и гаркнул на своих людей:
— Слышали приказ, морские псы! К кораблям живо! — рявкнул Австралиец на своих людей. — Гонцов во все порты! Пусть каждая шлюха в таверне знает — Наследник Глубин вернулся! Кто с нами — получит долю в добыче! Кто против — пойдет кормить рыб! Шевелитесь, сукины дети, до рассвета должны быть у берега!
Пираты разбежались в разные стороны, оглашая ночь разноголосой матершиной. За считанные минуты в оазисе остались только мы и Австралиец с парой ближайших помощников.
— Будем держаться в дневном переходе, — доложил он. — Как позовете — явимся.
Капитан протянул мне костяной свисток, покрытый замысловатой резьбой. Даже в темноте я видел вырезанные на нем символы — акульи зубы, волны, черепа. Настоящая пиратская реликвия. Когда я взял его в руки, почувствовал слабую вибрацию — в кости была заключена магия, способная донести сигнал через десятки километров.
— Один сигнал — подходим к берегу незаметно, как призраки в тумане, — объяснил Австралиец, его голос стал деловым. — Два свистка — готовимся к бою, заряжаем пушки, точим сабли. А три… — он оскалился так, что в лунном свете зубы блеснули белыми клыками, — три означает полную резню. Мы придем как морские демоны, и не оставим камня на камне от любого поселения. Вода станет красной от крови, а вороны неделю будут пировать на берегу.
Он сделал шаг назад и отдал честь по-пиратски — приложил руку к сердцу:
— Море ждет вашего зова, Повелитель. А мы будем готовы в любую минуту обрушить шторм на ваших врагов.
Я остался в центре оазиса под звездным небом, сжимая в руках два артефакта — медальон, пульсирующий синим светом, и костяной свисток, способный призвать флот. Символы власти, о которой я не мечтал еще час назад.
Медальон грел ладонь, пульсируя в такт с моим сердцебиением. Реликт в кармане тоже отзывался на его ритм — два древних артефакта словно узнавали друг друга. А магический свисток обещал призвать силу, способную потопить любой флот или сжечь любой город — надо только научиться.
Странное дело — я чувствовал себя в этой роли как дома. Словно всю жизнь готовился командовать головорезами и планировать морские походы.
Рита медленно подошла ко мне, её шаги по песку были почти беззвучными. В лунном свете её лицо казалось бледным, а серебристые глаза отражали тревогу. Она остановилась так близко, что я почувствовал знакомый аромат её волос, и только тогда нарушила молчание:
— Сеня, ты понимаешь, что натворил? Эти пираты теперь считают тебя своим богом. А что случится, когда они поймут, что ты обычный человек?
Я задумался над её словами. Она была права — обман рано или поздно раскроется.
— Не знаю, — честно признался я. — Но медальон действительно отреагировал на мой Покров. Так что возможно какая-то связь, да есть.
— А возможно, ты просто вклинился в чужую легенду, — Рита скрестила руки на груди. — И теперь нам всем придется расхлебывать последствия этой авантюры. Пираты — не Питерские профессора. Если разочаруются в тебе, то не ограничатся плохой оценкой.
Филя присвистнул:
— Но с другой стороны, Сенька, ты видел их лица? Они готовы за тебя глотки резать. Причем с удовольствием. Это же армия фанатиков!
— Именно поэтому я и волнуюсь, — вздохнула Рита. — Фанатики непредсказуемы. Сегодня они готовы умереть за тебя, а завтра могут решить, что ты недостаточно божественен.
Зара, которая до этого стояла в стороне и молча слушала наш разговор, решительно шагнула к нам. Её руки были скрещены на груди, а взгляд сосредоточен.
— Это меняет все, — добавила Зара, подходя ближе. — Фахим готовится к решающему удару, а у тебя теперь есть флот. Можешь ударить ему в спину с моря, пока он воюет на суше.
— Именно об этом я и думаю, — я покрутил свисток в руках. — Но сначала нужно добраться до шейха Мурада. Предупредить о провокациях.
— А потом? — спросил Филя. — Что скажешь пиратам, когда они потребуют приказов?
— Скажу им разграбить корабли Фахима, — я пожал плечами. — Британское оружие, золото за наемников… Пиратам понравится такая добыча.
Серый подошел ко мне, его массивная фигура отбрасывала длинную тень:
— А если они поймут, что ты не тот, за кого себя выдаешь?
— Тогда мне придется стать именно тем, — я спрятал медальон рядом с Реликтом в карман. — Медальон светится не просто так. А если понадобится убедить их в моей божественности, попрошу Александра научить меня паре эффектных фокусов. Пираты любят зрелища — дам им представление, которое запомнят надолго.
В этот момент из-за пальм выползли Вася с Шапой. Выглядели они как два привидения — бледные, и с расширенными от ужаса глазами.
  
— Г-господин, — заикался Навык. — А что с нашим сундуком?
Я посмотрел на них и усмехнулся. Эти двое только что стали свидетелями того, как я получил в подчинение целый флот. А они беспокоятся о своих драгоценностях.
— Сундук делим пополам, — сказал я после паузы. — Половина мне — за спасение ваших шкур от Австралийца. Вторая половина вам — за чрезвычайную удачливость.