Последний Хранитель Империи 2 (СИ)

— Да мы, вроде как, и не расслаблялись. Но поговори с ребятами по этому поводу, хорошо?
Рита кивнула, после чего грациозно поднялась из-за стола и направилась на второй этаж.
Я ещё сидел, допивая горький местный чай, когда в столовую влетел запыхавшийся мальчишка в форме гонца консульства. В его глазах читалась смесь настороженности и важности — доставка секретных посланий явно придавала ему чувство собственной значимости.
  
— Господин Вольский? — спросил он с заметным волнением в голосе.
Я кивнул, размышляя над тем, что за срочность вынудила консульство отправлять посыльных в чужой дом.
— Срочное послание от господина Зимина, — мальчишка протянул мне запечатанный конверт, с таким видом, будто вручал королевскую награду.
— Тебя никто не преследовал по дороге?
— Нет, господин, — мальчишка горделиво приосанился. — Я шёл через рынок, а потом дворами и несколько раз менял направление, как учил господин Зимин.
— Молодец, — я сунул ему монету. — Только в следующий раз приходи без формы — она слишком бросается в глаза.
Пацан сцапал монету и свалил — только пятки сверкнули. Даже «спасибо» не сказал, засранец.
Конверт представлял собой клочок бумаги, сложенный вчетверо и запечатанный сургучом с оттиском двуглавого орла. Внутри — всего пара строк, выведенных мелким, аккуратным почерком:
«У нашего информатора есть важные сведения. Встреча в торговом квартале, в заведении „Красная роза“. Спросите Синюю птицу. Сведения касаются передвижений людей Аль-Саида.»
Я перечитал записку дважды, убедившись, что правильно понял все детали, затем сжег с помощью свечи. Хоть я и встречался с Зиминым всего раз, но успел заметить его въедливость и осторожность. Такие, как он, не стали бы отправлять посыльных по пустякам.
До отъезда оставалось несколько часов — караван Зары еще только запрягал верблюдов. Успеем смотаться, если пошевелимся.
Так-так-так…
Для визита в «Красную розу» нужен был напарник. Серый слишком приметен — двухметровая гора мышц в городе, где средний рост мужчин едва достигает моего подбородка, в любом случае привлечет внимание. Рита… слишком отвлекала. В особенности с тех пор, как стала носить эти местные тонкие ткани, которые, в ее случае, больше показывают, чем скрывают.
Оставался Филя. Я поднялся на второй этаж и без стука распахнул дверь в его комнату. Рыжий валялся на низкой кушетке, закинув ноги на подлокотник, и со скучающим видом подбрасывал кинжал. Лезвие, поблескивая, вращалось в воздухе, прежде чем точно лечь в его ладонь. Филя всегда был чертовски ловок, особенно когда дело касалось оружия или карманов посторонних.
— Развлекаешься? — хмыкнул я, прислонившись к дверному косяку.
Филя метнул кинжал в балку. Лезвие вошло точно между двух предыдущих отметин с тихим «чпок».
— Знаешь, эти местные смотрят на меня, будто я собираюсь украсть их верблюда, жену и все фамильные драгоценности. Причем, разом. — Он повернул голову и сощурился. — А у тебя рожа человека, который хочет предложить что-то авантюрное.
— Ну не сказал бы, что прям авантюрное, но ты точно заинтересуешься.
Филя мгновенно выпрямился.
— Выкладывай. Что угодно лучше, чем пялиться в эти чёртовы стены ещё два часа. Я пересчитал все трещины на потолке. Их сорок две, если что.
Он уже натягивал сапоги, даже не дожидаясь моего ответа.
— И только попробуй сказать, что мы идём пить чай с местной знатью, — пригрозил он, выуживая из-под подушки второй кинжал.
Я прикрыл дверь и понизил голос:
— Ничего подобного. Зимин прислал записку с наводкой. В торговом квартале есть заведение «Красная роза». Там нас ждёт человек, который может кое-что знать о планах Фахима.
— Шпионские игры среди бела дня? — усмехнулся Филя, закрепляя кинжал в рукаве. — И повод свалить из этой тюрьмы до отъезда? Я в деле!
Он бросил взгляд в зеркало, пригладил рыжие вихры и ухмыльнулся:
— Кстати, «Красная роза» звучит как название борделя. И если это так, то задание внезапно стало еще интереснее.
Торговый квартал Аль-Джабаля даже в утренние часы напоминал растревоженный муравейник, только вместо муравьев здесь кишели люди всех оттенков кожи и наречий. Улицы петляли как пьяный матрос после недельного запоя, создавая лабиринт, в котором сам дьявол мог бы заблудиться. Вымощенные выщербленными от времени плитами, они судорожно сжимались до ширины плеч, а потом неожиданно расходились в крошечные площади, где под сенью потрепанных тентов продавцы устраивали настоящий театр абсурда.
Воздух здесь был густым коктейлем из запахов — пряности и благовония сражались с вонью гниющих отходов и пота немытых тел. В ноздри врывались то аромат жарящегося на углях мяса, то приторная сладость восточных десертов, то едкий дым кузниц, где мастера выковывали причудливые безделушки для богатых господ.
Вся эта какофония звуков, красок и запахов словно накрывала с головой, как огромная волна. Купцы орали так, будто спасали свои семьи от неминуемой гибели, выкрикивая цены и расхваливая товар. Тощие работяги, согнувшись как вопросительные знаки, тащили тюки размером с небольшого верблюда. Тут же шныряли дети с руками быстрее, чем у профессиональных карманников, и глазами хитрее, чем у старых лисиц.
В этом хаосе действовала собственная, понятная только местным, система координат: «Через два лотка от одноглазого старика, потом мимо женщины, торгующей синими бусами, затем налево у тухлого верблюжьего копыта». Иностранцы здесь были как слепые котята, обреченные блуждать кругами, пока какой-нибудь хитрец не решит «помочь» за небольшое вознаграждение, которое обычно оказывалось не таким уж и небольшим.
— Тут и заблудиться недолго, — проворчал Филя, отбиваясь от шустрого мальчугана, который пытался повесить ему на шею дешевые бусы якобы «от сглаза». — Как думаешь, этот Зимин специально выбрал место в такой дыре, чтобы его тяжелее было выследить?
— Благодарю за заботу, — ухмыльнулся рыжий, отряхивая плечо. — Погоди, тебе не кажется, что нас водят за нос? «Красная роза» звучит как название из дешевого романа про шпионов. Почему бы просто не встретиться в консульстве?
— Консульство всегда под наблюдением, — я оглянулся, машинально проверяя, нет ли хвоста. — Уверен, что люди Фахима следят за каждым, кто входит и выходит.
«Красную розу» мы нашли в узком закоулке, куда едва проникал солнечный свет. Заведение располагалось между ювелирной лавкой и чайханой, и выглядело заметно богаче окружающих строений. К входу вели две мраморные ступени, потертые от времени и множества посетителей. Массивная дверь из темного кедра была украшена старыми бронзовыми накладками с зеленоватым налетом, а над входом висела выцветшая вывеска с изображением красного цветка, который с годами потерял яркость и четкость очертаний.
У дверей стоял массивный вышибала. Его крупное лицо было покрыто оспинами, а тяжелый взгляд внимательно изучал каждого посетителя, оценивая и внешний вид, и вероятную платежеспособность.
— Мать моя, это что за скала на входе? — пробормотал Филя, кивая на вышибалу. — По сравнению с ним даже наш Серый выглядит недокормленным подростком.
— Видимо, местная специя в еде творит чудеса, — я ухмыльнулся. — Может, взять образец для Серого? Представляешь, если он ещё подрастёт? Тогда с нами точно никто не будет связываться.
Мы приблизились к дверям, и вышибала смерил нас взглядом, от которого желудок совершил сальто. Его глаза, запавшие в глазницы, окруженные бровями размером с мертвых крыс, остановились на мне.
  
— Что нужно? — его голос напоминал звук камней, перемалываемых в песок.
— Дорогу, бугай, — я шагнул вперёд, глядя ему прямо в глаза. — Или тебя вынесут вместе с этой дверью.
Вышибала смерил меня тяжелым взглядом и молча отступил. Такие, как он, быстро чуют, когда лучше не нарываться.
Внутреннее убранство «Красной розы» поражало контрастом с пыльным внешним миром. Прихожая тонула в табачном дыму и сумраке, но даже сквозь эту завесу просматривались стены, обитые выцветшим шелком с узорами, которые то ли изображали сцены охоты, то ли иллюстрировали какие-то местные легенды. Потолок был расписан под звездное небо, где меж тускло поблескивающих звезд кружились птицы и целовались выписанные золотом полумесяцы.