Последний Хранитель Империи 2 (СИ)
Следующим утром они стояли на палубе отходящего от пристани корабля. Питерские берега медленно таяли в утреннем тумане, и Вася испытывал странную смесь тревоги и восторга.
— Как думаешь, — спросил он у Шапы, облокотившись о борт, — шейх вообще вспомнит нас?
— Тебе-то какая разница? — буркнул Шапа, которого уже начинало мутить от качки. — Главное, что от Пахомова подальше, а там посмотрим. Если что, всегда можно наврать, что знаем, где еще страницы раздобыть.
— Ну уж нет! — Вася возмущенно выпрямился. — Мы с тобой не врать туда едем, а карьеру делать! Я вон какой проныра, а ты — силач хоть куда. Может, как раз таких ребят шейху и не хватает в свите!
Шапа только вздохнул, привычно качая головой. В их паре Вася всегда был фантазером, а ему, Шапе, доставалась роль скептика. Но сейчас, когда они уже в открытом море, спорить было бессмысленно.
— Может, и пригодимся, — неохотно признал он. — А не пригодимся — так хоть посмотрим, как люди в жаре живут.
— Вот-вот! — обрадовался Вася, хлопнув друга по плечу. — Глядишь, скоро мы с тобой на верблюдах разъезжать будем, в шелках да с кальянами!
Судьба, однако, имела на их счет совсем другие планы.
На третий день плавания небо стало свинцовым. Ветер, ласково гнавший корабль вперед, превратился в злобное существо, срывающее паруса и гнущее мачты. Морские волны вздымались всё выше, пока не стали размером с небольшой дом.
— Накликал, язык твой поганый, — орал Шапа, цепляясь за всё, что под руку попадалось, пока корабль бросало из стороны в сторону. — «Не скучно будет», говоришь⁈
Вася не отвечал. Его лицо приобрело зеленоватый оттенок, губы были плотно сжаты, а глаза закрыты. Всё, о чем он мог думать — это как бы не отдать морю свой завтрак. Морскую болезнь вор проклинал гораздо сильнее, чем шторм.
— Держаться всем! — проревел капитан, перекрикивая вой стихии. — Крепите лодки! Идем на юг, обходим грозу!
Но гроза не собиралась отпускать добычу. Молнии царапали небо, гром грохотал так, что закладывало уши. А потом был треск, такой оглушительный, что на мгновение даже шум бури стих. Главная мачта, не выдержав напора стихии, сломалась пополам и рухнула на палубу.
— Спасайся кто может! — закричал кто-то из матросов.
Всё происходящее дальше слилось для Васи в кошмарную карусель. Его швыряло по палубе, как тряпичную куклу. Он видел, как матросы отчаянно пытаются спустить шлюпки, но их смывало одну за другой. Шапа где-то истошно орал, захлебываясь водой. А потом огромная волна перехлестнула через борт и накрыла Васю с головой. Он почувствовал, как его выбрасывает в море. Холод сковал тело, легкие горели от нехватки воздуха.
«Вот и погуляли в Аравии», — мелькнула последняя мысль перед тем, как темнота поглотила сознание.
Вася очнулся от того, что кто-то методично колотил его по спине, приговаривая:
— Дыши, Вася, дыши, чтоб тебя! Не смей подыхать, я один в этой дыре не останусь!
Вася перевернулся на бок и исторг из себя, казалось, половину моря. Прокашлявшись, он с трудом сфокусировал взгляд на обеспокоенном лице Шапы.
— Жив, хвала небесам, — с облегчением выдохнул тот. — Я уж думал, не откачаю тебя.
— Где… мы? — прохрипел Вася, оглядываясь.
Они лежали на белоснежном песке под палящим солнцем. Впереди простиралась бирюзовая гладь моря, сейчас удивительно спокойная, словно и не было никакого шторма. Позади виднелась полоса тропического леса.
— Без понятия, — отозвался Шапа, опускаясь рядом на песок. — Вынесло нас на берег каким-то чудом. Корабль, скорее всего, пошел ко дну. Я никого больше не видел.
Вася медленно сел, морщась от боли в каждой мышце.
— Остров какой-то, — пробормотал он, щурясь от яркого света. — И, похоже, необитаемый.
— Зашибись, — мрачно констатировал Шапа. — От Пахомова спаслись, чтобы сдохнуть от голода на острове. Отличный план был, Навык, просто превосходный!
— Хватит ныть, — Вася пошатываясь поднялся на ноги. — Надо осмотреться. Может, тут деревня какая рядом или еще что.
Но деревни рядом не оказалось. Потратив полдня на обход острова, воришки установили, что их новое пристанище имело в длину около трех километров и чуть меньше в ширину. Никаких признаков цивилизации, кроме странных деревянных идолов на дальнем берегу, они не обнаружили.
— Да это же тотемы пиратские, — присвистнул Вася, разглядывая грубо вырезанные фигуры с черепами вместо голов. — Шапа, мы на пиратском острове! Может, тут клад зарыт?
— Скорее, тут зарыты пираты, которые умерли от голода, — скептически отозвался Мирон, осматривая свою потрепанную шапку на предмет повреждений. — Теперь наша очередь, вот что я тебе скажу.
Вася только отмахнулся и продолжил обследовать окрестности. К вечеру они нашли источник пресной воды и несколько фруктовых деревьев. Хотя Шапа опасался, что плоды могут оказаться ядовитыми, голод взял свое, и воришки с жадностью набросились на неизвестные фрукты.
— Не так уж плохо, — заметил Вася, вытирая сладкий сок с подбородка. — Вода есть, еда есть, море рыбы полно. Выживем, а там, глядишь, корабль какой мимо пройдет.
— Ага, и заберут нас пираты, — мрачно усмехнулся Шапа. — От Пахомова к пиратам — отличная перспектива!
На закате они соорудили примитивный шалаш из пальмовых листьев. Ночь на острове выдалась прохладной, но терпимой. Засыпая под звездным небом, Вася думал, что все могло быть гораздо хуже.
Утро началось с крика Шапы:
— Вася! Вася, проснись, тут тела!
Воришка мгновенно вскочил на ноги. Оказалось, что Шапа отошел в кусты по естественной надобности и обнаружил там жуткую находку. На небольшой поляне лежали два тела. Судя по одежде и внешнему виду — действительно, пираты.
Один лежал на спине с кинжалом в груди, другой скорчился чуть поодаль, сжимая окровавленный бок. Вокруг валялись не меньше десятка пустых бутылок из-под рома, некоторые из них были разбиты и использовались, судя по всему, как дополнительное оружие.
— Убили друг друга, что ли? — Вася осторожно приблизился, держа наготове свой складной нож — единственное оружие, которое у него сохранилось после крушения. — Видать, славно погуляли перед смертью.
— Похоже на то, — Шапа держался позади, с опаской разглядывая пиратскую попойку, обернувшуюся кровавой бойней. — Может, не поделили последнюю бутылку? Или выясняли, кто круче пьет?
Вася внимательно осмотрел тела. Смерть наступила явно не больше суток назад. Возможно, пираты были на острове, когда разразился шторм, и пережидали его.
— Слушай, а что, если это команда какого-нибудь корабля? — предположил Вася, обыскивая карманы мертвецов. — Тогда их судно может быть где-то рядом!
— Два человека — это не команда, — резонно возразил Шапа. — Может, их самих тут высадили в наказание за что-то? Знаешь, пираты любят так делать — оставляют провинившихся на необитаемом острове.
Вася вытащил из-за пазухи одного из пиратов свернутый пергамент. Развернув его, он присвистнул.
— Мать честная, это же карта! Смотри!
Шапа подошел ближе, и они уставились на потертый пергамент. На нем был изображен остров, удивительно похожий на тот, где они оказались. Жирный крест отмечал место в северной части, рядом с высокой пальмой, похожей на трезубец.
— Карта сокровищ, — выдохнул Вася. — Настоящая пиратская карта сокровищ. Шапа, ты понимаешь, что это значит?
— Что эти двое не поделили клад и поубивали друг друга? — предположил Мирон, с опаской косясь на мертвецов.
— Это значит, что наша удача наконец-то повернулась к нам лицом! — воскликнул Вася, торжествующе потрясая картой. — Нужно найти это место!
Они потратили три изнурительных дня, методично обследуя северную часть острова. Дважды Вася был уверен, что нашёл нужную пальму, но каждый раз раскопки не приносили результата, кроме мозолей и разочарования. На четвёртый день, когда надежда уже начала угасать, они наконец обнаружили странную пальму, чья крона действительно напоминала трезубец.