Оса со скальпелем (СИ)

«Хорошего отдыха», — два слова, которых я совершенно не ждала, но которые по-настоящему согрели душу, отозвавшись теплом где-то глубоко внутри. Я не заходила, чтобы попрощаться, — две недели не такой большой срок, чтобы разводить какие-то особые церемонии. Но, по всей видимости, этот удивительный мужчина решил по-своему.
«Спасибо, Кирилл. Спокойной ночи», — конечно же, я не могла не ответить. Кажется, руки потянулись написать ответ еще до того, как я задумалась стоит ли.
  
Что вполне закономерно, засыпала я с улыбкой на губах, и снилось мне совершенно точно что-то очень приятное, потому что и проснулась я в отличном настроении. И даже перспектива езды в душном автобусе не казалась мне этим утром чем-то плохим. Наушники, любимая музыка, приятная картинка за окном — всё это скрашивало путешествие. И уже через три часа и две пересадки я оказалась в родном посёлке. Долгожданный отпуск начался.
  
Глава 13
 
Ольга 
Если для нормальных людей отпуск означал отдых и прогревание уставших косточек на каком-нибудь, пусть даже речном, пляже, в моем случае он обернулся затяжным ремонтом. У мамы были грандиозные планы, и мои свободные руки очень ей пригодились, во всяком случае — использовала она их с большим удовольствием.
Домой я приехала в среду, и не успела я даже отдохнуть, как меня закружило этим пышущим энтузиазмом вихрем да так, что очнулась я только в субботу, совершенно не понимая, куда делось три дня моей жизни.
Вы когда-нибудь разбирали старые шкафы советского изготовления? Что ж, если нет, вы потеряли кучу пунктов от опыта конструирования. На то чтобы раскрутить все болты, на которые один такой, стоящий в одной из комнат дольше, чем я живу на этом свете, у меня ушло почти два часа. А уж с какими приключениями мы выносили его на веранду — вообще неописуемо. Даже полки его, сделанные не из спрессованных опилок, а из дерева, были довольно внушительным по весу, так что в какой-то момент я даже почувствовала себя грузчиком.
А потом мне удалось неплохо развлечься, обдирая старые обои. Если с оштукатуренных стен они отходили легко, не доставляя особых проблем, то вот межкомнатные перегородки, обшитые ДСП, заставили помучиться. Приходилось сначала смачивать их водой, ждать, а потом, буквально, соскребать, и это жуть как меня бесило!
К концу первой недели отпуска в мою кожу, кажется, навечно въелся запах краски, ногти были обломаны под корень, а настроение обреталось где-то в районе напольного плинтуса.
Пробираясь по дому между завалами строительного мусора и вещей, которые мы повытаскивали из шкафов, чтобы легче было их двигать, я всё время думала — откуда же такой бардак, если мы делаем ремонт?
Впрочем, были у меня и поводы для радости. Во-первых, полностью ремонтировали в этом году мы всего две комнаты — одну из спален и прихожую, в остальных — красили пол и батареи. Во-вторых, для кухни удалось подобрать удачный линолеум, что избавляло от лишнего размахивания малярными кистями. Правда пришлось искать того, кто постелет этот линолеум, но это уже мелочи. Ну и, в-третьих, я нашла себе прекрасный шуруповерт с точечной подсветкой, что значительно облегчило мою жизнь!
Бесплатного топлива в топку моего раздражения подкидывала матушка. Мало того что работать мы начинали в то время, в которое все нормальные люди в отпуске предпочитали спать, а заканчивали, когда солнце уже стремилось скрыться за горизонтом. Так она будто цель перед собой поставила — спорить со мной по любому поводу. Особенно бесило, что в итоге в большинстве из этих споров мне хотелось сказать что-то вроде: я же тебе говорила. Только вот я прекрасно знала, что мне ответят, а потому предпочитала молчать.
А потом буквально на сутки приехал Пашка. Притащил с собой одного из своих приятелей, и вместе, изрядно попыхтев и высказав нам всё свое негодование, они-таки расстелили линолеум и даже вернули на место кухонный гарнитур. Братец, правда, едва не остался без спины, но зато одной проблемой у нас стало меньше. Нет, я ему, конечно, сочувствовала, но в свете грозивших мне перспектив, его проблема не казалась такой уж критичной.
В какой-то момент, выбравшись из душа, уставшая и измученная, я вдруг вспомнила, что давно не вспоминала про работу. Но, честно говоря, не очень-то мне этого и хотелось. И всё же не смогла себя остановить, когда потянулась к телефону.
Как поживает наша пациентка? — звонить не стала. Не могла посчитать, на смене Кирилл или на выходном, поэтому просто отправила сообщение, посчитав, что он ответит, когда появится свободное время, и вовсе не рассчитывала на быстрый ответ.
Показатели в норме, заживает как по расписанию. Как твой отдых? — читая эти лаконичные строки, я, кажется, кожей чувствовала, как усмехался мужчина, печатая их.
Не поверишь, погрязла в ремонте — ничего не могла с собой поделать, улыбка расползалась по губам, и я чувствовала себя невероятно глупой, но даже не пыталась сопротивляться этому странному наваждению.
Всё настолько серьёзно? — следующее сообщение пришло так же быстро, я даже не успела отвлечься, и, если честно, меня это удивило. Я не привыкла к такой быстрой реакции. Обычно люди, с которыми я общалась, отвечали мне гораздо медленнее.
Осталось собрать шкаф и передвинуть мебель. Мелочи, — на самом деле шкаф-купе цвета венге привезли еще утром, так что я весь день ломала голову над тем, что с ним делать. Инструкция, которая к нему прилагалась мало того, что не внушала доверия, так и вовсе оказалась совершенно непонятной. Такое чувство, что производители решили сэкономить хотя бы на краске и бумаге, потому что разобрать что-то на этом сером листочке было практически невозможно.
Надеюсь, ты не собираешься заниматься этим сама? — не знаю, показалось мне или нет, но, кажется, будто Кирилл и в самом деле был озабочен этим вопросом.
Ну да, у нас же с мамой тут целая куча помощников. Ничего, я здорово управляюсь с шуруповертом, — ответила и, наконец-то, отбросила телефон в сторону. Мне нечего было больше сказать, да я и не рассчитывала, что мужчина что-то на это ответит. Да и устала я настолько, что глаза оставались открытыми лишь моими титаническими усилиями, так что я и не заметила, как заснула.
А наутро меня и в самом деле ждал шкаф. Я долго не могла собраться с духом, чтобы сделать с ним хоть что-то, но потом всё же смирилась с судьбой, обложилась инструкциями и приступила к издевательствам над своими нервами. И у меня даже кое-что начало получаться, хотя я всё равно ужасно бесилась, путаясь в последовательности сборки. Не добавляли спокойствия и комментарии матери, которая постоянно повторяла, что вот если бы был в доме мужчина, то мне и не пришлось бы заниматься подобными вещами. Можно подумать мужчины, как тараканы, в доме сами по себе заводятся!
Окончательно застопорилась я где-то на «закрепите направляющие для дверей на нижнюю панель». Вот прям серьезно, даже воображение отказалось продемонстрировать, как же оно должно выглядеть на практике. И даже видео, которое для таких же растяп снял какой-то добрый человек, мне не помогло. Я уже всерьез задумывалась о том, чтобы найти молоток побольше и, собственно, починить всё истинно русским методом, но, к счастью для шкафа, именно в этот момент раздался громкий стук в дверь. А гостей мы с мамой точно не ждали…
Кирилл 
К моменту, когда пациентка, которую, как оказалось по найденным с ней документам, звали Кристина, проснулась после наркоза, медсестрам наконец-то удалось связаться с её родственниками.
  
Подъехали они как раз практически к завершению смены и дожидались меня в коридоре — высокий, с легкой сединой в темных волосах мужчина и миниатюрная, миловидная женщина, на которую девушка, лежащая в послеоперационной палате, была очень похожа.
— Здравствуйте. Вы родители Никоновой Кристины? — хоть это и было очевидно, но всё же уточнил и, дождавшись подтверждающего кивка, представился, — Загорский Кирилл Александрович, лечащий врач вашей дочери.