Виновник завтрашнего дня (СИ)

За руль села в состоянии прострации. Как же паршиво чувствовать себя виноватой. Снова. Едкое, ничем не выводимое чувство, давящее на сердце многотонной глыбой. Представляла её предсмертную агонию и муки щенков. Перед глазами так и стояли сочившиеся молоком соски, потухшие глаза, и готоки слёз снова заструились по щекам, размазывая идеальный макияж.
Моя бедная Найда…
По-любому свои же и травонули. Каземировым с Воробьевым она и на хрен не нужна. Их дома были вначале улицы, до леса пилить и пилить. Да и не замечала я за ними любви к природе. У каждого имелись территории с беседками, летние террасы, клумбы с экзотическими деревьями. Гуляй сколько душе угодно. За десять лет, что прожила в этих краях, ни разу не видела их в лесу. А вот Скибинский вполне мог. Те же самые охранники доложили и всё…
Обхватив руль пальцами, со всей силы сжала, вогнав короткие ноготки в кожаный чехол.
— Ненавижу-у-у… — вытерла слёзы, провернув ключ в замке зажигания. — Всех ненавижу… До единого…
К Таське на квартиру приехала самой последней и хорошо так опоздавшей. Но друзья на то и друзья, чтобы поддержать в трудную минуту. Рыдая от обиды и обостренного чувства вины, без разбору вливала в себя как не мартини, так текилу, рассказывая сосредоточенным слушателям о недавнем кошмаре.
Ника, будучи сверх эмоциональной, тоже не осталась равнодушной и принялась ругаться, кроя всех матами.
— Мы тут, понимаешь ли, боремся за человечность, а они как не отстреливают их средь белого дня, так травят без разбору. А слабо отвезти в приют или самим приютить?
О, зря она это сказала. Я пригрузилась ещё больше, виня себя в смерти Найды.
— Влад, а ну-ка пошли, подышим свежим воздухом, — Арсений поднялся с дивана, на котором мы развалились втроем с Никой, и кивнул на застекленную лоджию.
За нами потянулась Таська, попросив остальных подождать.
— Держи, — протянул тоненькую сигарету, и пока я смотрела на неё, соображая, что к чему, её уже вложили в мои пальцы. — Попробуй, и увидишь, станет намного легче, — прозвучал совет друга, я же вскинула на него убитый взгляд.
— Сень, я… — замямлила, не зная, как отказать, никого не обидев, — не уверенна, что нуждаюсь в этом.
— Тебе надо расслабиться, — повисла на моем плече Тася. — Тут нет ничего запрещенного. Многие даже лечатся травкой.
Я знала, что она, Сеня и Каринка порой покуривали травку, но у самой никогда не возникало мысли попробовать. Да и зачем? Всегда считала себя уравновешенной, как эмоционально так и психически, и не нуждалась в подобного рода успокоительных, как бы не было хреново. Да я лучше нажрусь до белочки, чем вдохну в себя эту дрянь.
— Спасибо, ребят, но я пока не хочу, — и чтобы сгладить неловкий момент, беспечно просунула самодельную папиросу за ухо, уже изрядно захмелев.
Сеня рассмеялся и крепко обнял меня, прошептав на ухо, что всё будет хорошо, а виновные обязательно ответят. Если не в этой жизни, так в следующей точно.
Тася поддержала его, заверив, что подобные деяния не останутся безнаказанными и предложила продолжить посиделки, заявив, что жизнь, не смотря ни на что, продолжается.
Что было дальше, помню смутно. Обрывками. Мы смеялись, спорили, дурачились, пили всё, что попадалось под руку. Сеня в открытую пыхтел косячком, выдыхая мне в лицо противный дым, а Ника с Игорем целовались прямо на диване, ничуть не смущаясь нашего присутствия.
Потом играли в бутылочку, пели песни и танцевали на столе. Я танцевала.
— Тась, а ну-ка включи мою любимую, — взобралась я на эксклюзивную конструкцию, шатаясь в разные стороны и царским взмахом руки потребовала включить один из запавших в душу треков. И как только двухуровневая квартира огласилась её звучанием, ритмично задвигала бедрами под подбадривающие вопли пьяных в хлам друзей. — Девочка, танцуй, всё пройдет так скоро… — рвала глотку, как полоумная, чувствуя на щеках слёзы. — Разгоняй тоску — он того не стоит. Девочка, кружи, в танце с этой болью. Выжигая чувства крепким алкоголем…
   
Глава 5
 
Полночи за рулем и уже в девять часов утра Лёшка подъезжал к городу.
Притормозил, съехав на обочину, и пару раз мигнул фарами. Из припаркованного у указателя внедорожника показался одетый в короткую куртку бритоголовый чел, присмотрелся к номерам его Митцухи, и признав в нем ожидаемого гостя, тут же отпустил напарника. Тот рванул с места, оставив лысого посреди трассы один на один с Гончаровым.
— Ну, здравствуй, гость заморский, — заглянул в салон широкоплечий шкаф, протягивая руку. — Будем знакомы?
— Ну, рискни, — сходу поймал его волну Лёшка, невольно улыбнувшись.
— Иван Седыхов, — завалился тот на сидение, — можно просто Седых, Седой.
С учетом того, что его черепушка блистала, как у кота яйца, последнее больше всего улыбнуло.
— Лёшка Гончаров. Можно просто Лёха.
Крепкое рукопожатие, изучающий взгляд в ответ, несколько секунд на определение совместимости и в итоге, спустя несколько минут между мужчинами завязалась непринужденная беседа.
Благодаря многолетнему опыту работы, у Гончарова выработалось умение разбираться в людях и без проблем приспосабливаться к любым условиям. Ванька Седых был именно тем пассажиром, с которым легко влиться в струю, встретив родственную душу.
— А веди-ка ты меня, Седых, слегоньца в курс дела, — потянулся к приборной панели, извлекая из пачки сигарету. — Как поживаете тут, чем занимаетесь.
— А у нас всё как у всех, — улыбнулся штурман, попросив свернуть на ближайшем перекрестке налево. — Есть те, кто отвечают за наркоту, те, кто поставляют оружие и те, кто контролируют игровой бизнес. Скибинский стоит во главе развлекательного сектора. Но есть и исключения. Виктория Сергеевна, например, не только отвечая за кассу, но и руководит сетью салонов красоты. Понятно, ей нужно над чем-то корпеть для отвода глаз. Это для нас она поверенная Павла Олеговича, а для остальных — успешная бизнес-леди.
Как не настраивался Лёшка на предстоящую встречу, а всё же вздрогнул, услышав имя Некрасовой. И дело не в сентиментальной херне, навеянной воспоминаниями прошлого, а в самом обычном нежелании сталкиваться с этим грёбаным прошлым в реале.
— …есть заводик по изготовлению запчастей к сельхозтехнике и весьма успешный металлургический комбинат. Тоже, понятное дело, выступающего в роли прикрытия. Про клубы и казино и говорить нечего. Там такие деньжищи оседают, что порой страшно становится. А дальше, как у всех. Кто-то прикрывает семью, кто-то — бизнес. Я раньше был при Скибинском, сейчас же, в связи с его отъездом, перевели поближе к дому. Даже не знаю, где больший загас.
Сразу видно, парень не был лишен амбиций. Не балаболил попусту, на задаваемые вопросы отвечал чётку и по существу.
Лёшка понимающе кивнул. Он как никто другой понимал возлегшую на Ванькины плечи ответственность. С охранной бизнеса проще. Семья же… одна ошибка по невнимательности — и ты уже труп.
Не хотелось зацикливаться на сроке пребывания в здешних краях. Полгода, значит, полгода. Главное не рехнуться преждевременно и не подвести Шамрова.
Постепенно разговор перешел на нейтральные темы. На въёзде в коттеджный посёлок, Седых попросил притормозить возле охраны и дал чёткие указания насчёт объявившегося в их краях нового персонажа. Охранники внесли машину в список разрешенных к допуску, отсканировали Лёшку со всех ракурсов и только после этого подняли шлагбаум.
— Сам понимаешь, — улыбнулся Седых извиняясь, — осторожность ещё никому не помешала. Смерть Максима лишний раз доказала, что береженного Бог бережет. Теперь ты в базе и сможешь передвигаться по посёлку в любое время суток.
 
Подобная осторожность не могла не вызвать улыбки, особенно, когда чуть ли не на каждом столбе крепились камеры видеонаблюдения. Не спасут они от сверхточного прицела или мастерски выпущенного из гранатомета снаряда, но бесспорно подарят ощущение защищенности.