Гончарное дело попаданки или Кирпич на вашу голову (СИ)

Нужно поставить защитников на охрану Ранира, успокоить детей и Триша… Я даже не стала оборачиваться, когда услышала тихий смех за спиной. Что же, ещё одну проверку Хорт прошёл, мне нравился его смех.
Спала я на удивление хорошо — никаких угрызений совести, что восемь человек ушли в последний путь на моих землях. Видимо, привыкаю, что нужно защищаться.
Утром проснулась раньше всех. Защитники доложили, что возле головы человека спала закутанная в одеяло женщина. Они её не тревожили. Я поняла, что это Ронья.
  
Проверила теплом, все ли домашние на месте, чистоту очищения от тьмы Ранира, который ещё спал, убаюканный магией и совершенно здоровый, — и решительно встала.
Сегодня столько работы, что некогда вылёживаться.
Конечно, съездить в деревню — несколько дней завод без пригляда, нужно всё проверить, договориться о доставке глины сюда, в мастерские. Того, что есть, мало. Буду сидеть за гончарным кругом до самого конца, пока не будет готова хоть одна магическая чашка.
Нужно узнать, не приходил ли вестник от Имары. Признаться, я соскучилась по своей домоправительнице.
И, конечно, самое главное — сжечь тёмных, как и выжечь всю поляну в лесу, где обитал кабан. Маг огня очень кстати. И это нужно сделать до обеда.
Пока я приводила в порядок себя, в доме уже все проснулись. Слышался дробный стук ножек Мирии, её взволнованный голосок, бряцание посуды в кухне, щебет горничных, мягкий баритон Триша, который уговаривал Тревора учиться лучше, иначе ему придётся доложить мне.
Возмущение мальчишки — вот же паразит...
Дом оживал, и я на секунду замерла, впитывая это чувство тихого счастья. Ведь из таких моментов оно и состояло — когда всё хорошо и спокойно, и все близкие рядом.
Я выдохнула и пошла решать дела хозяйки.
Первым делом выкопала бурчащего Ранира.
— Благодарю, хозяйка, спасли меня от страшной смерти, век мне с вами не расплатиться.
— Приготовь лошадь, после обеда поеду в деревню, — улыбнулась конюху.
Я всегда стеснялась, когда меня благодарили.
— Я с вами, — неожиданно вылез из-за угла Хорт. Под моим вопросительным взглядом пояснил: — Не забыли? Нам нужен бокэн для тренировки. Мы на палках работаем — это неправильно. Руку мальчишке нужно набивать...
— Всё, я поняла, — прервала наёмника, — но после завтрака пойдём сожжём всех... — я выдохнула.
— Госпожа Альрина, я уже всё сделал, — сказал Хорт.
— Как сделал? — удивилась я.
— Зачем вам на такое смотреть? Поэтому я встал пораньше и сжёг всех чёрных. Собрал пепел в кучу — его нужно захоронить, всё же они когда-то были людьми.
Я неуверенно кивнула.
— Осталось выжечь поляну, — напомнил Хорт.
На том и остановились. Ранир отправился готовить лошадей к поездке, а мы после лёгкого завтрака пошли в лес.
— Заражённого участка стало больше, — уверенно сказала я Хорту.
— Это ожидаемо, — кивнул наёмник, — тьма постепенно из небольшой капли разрастается в огромное пятно и постепенно пожирает всё, что стоит на пути.
— Откуда она? Вернее, как появилась?
— Архимаг Мейд открыл портал в Тёмный мир, сам стал одним из первых тёмных и показал дорогу тёмным сюда. Мы боремся с ними уже столетие, госпожа Альрина. Странно, что вы этого не знаете.
Я прикусила язык, но мне показалось, Хорт украдкой улыбнулся. Хитрит что-то наёмник. Колючка лениво зевнула внутри и продолжила спать, не заинтересовавшись улыбкой Хорта. Обиделась чешуйчатая, что я такого кавалера отшиваю.
— Всему своё время, — прошептала я ей.
Смотреть на работу мага было интересно. У него магия бралась не из пространства, а из тела. Он вытянул руку, и магия тонкой огненной плетью полетала, огибая всё пространство с чернотой, а потом зажёгся огромный костёр, от которого пришлось отойти на достаточное расстояние. Я даже сделала траншею из земли, чтобы огонь не перепрыгнул на лес.
— Не беспокойтесь, госпожа Альрина, я хорошо контролирую свою силу.
Это его обращение «госпожа Альрина» начинало раздражать, но куда деваться — сама настояла.
Огонь погас минут через двадцать, распространяя жаркий дым, а потом и дым сошёл на нет. Я попробовала землю теплом и удивлённо посмотрела на мага. Моя магия тяжёлая и работала медленно, а вот огонь против тьмы весьма действенен — и, что важно, быстр.
После обеда все вышли нас провожать.
— Тётенька, что ты нам привезёшь? — раздался любимый вопрос Мирии.
Она, затаив дыхание, ожидала ответа. Я улыбнулась, поцеловала белый лобик, прижала её к себе и спросила:
— А чего бы тебе хотелось?
— Госпожа Офди рассказывает о растениях. Я хочу их зарисовывать в специальную книгу.
— Хорошо, привезу тебе самую красивую книгу, какую найду в лавке.
— Я буду присматривать за Тревором, — Мирия показала брату язык.
— Я сам за собой посмотрю, — мальчишка насупился.
— А ты что хочешь?
— Вы привезёте тренировочный меч, — сказал племянник, — мне больше ничего не надо.
Какой же он ершистый! Я улыбнулась и ему.
— Триш, присматривайте за детьми. Сегодня они на вас. Девочки, — посмотрела на любопытных горничных, — помогайте.
Ранир привёл лошадей: чёрного жеребца, который недовольно грыз удила Хорту, и мне — спокойную красавицу.
До деревни доскакали быстро. Я не хотела разговоров, и Хорт понял.
Держался он, кстати, в седле — не то, что я, мешок с картошкой.
Красиво держался, сразу видно — на лошадях он ездил часто. И жеребец, видимо, почуяв силу, слушался его безукоризненно. Вот паразит.
На заводе было спокойно, даже прибавилось заказчиков на кирпич. Мастер не сидел без дела и объехал всех старых знакомых, чтобы по закону беспроводного телефона весть о том, что кирпичный завод вновь работает, разнеслась по всему герцогству.
Что касается посуды, то несколько лавок в ближайшем городе, в которые мы возили товар для показа, согласились выкупать у нас простую посуду, чтобы потом продавать её в другие герцогства.
— Глина у нас хорошая, посуда получается звонкая, лёгкая и долговечная — особенно после того, как её стали покрывать глазурью. Цена, конечно, заметно возросла, но товарный вид всё перекрывает.
Мой посёлок заметно ожил, особенно если сравнивать с тем, каким он был, когда мы только приехали.
Пока Хорт ушёл к плотнику, я обговорила с Саврусом все новости — и про тёмных, и про Миху.
— Не зря он мне не нравился, — сказал староста. — Странные они были, словно чего-то ждали всё время.
— Женщина, которая привезла детей, не появлялась? — спросила я.
— Нет, я бы узнал. У нас сейчас стражи постоянно ходят по всему посёлку и вокруг него. Блюдём, госпожа Терра.
— Молодцы, — похвалила я Савруса, — но будьте осторожны, сразу зовите меня. С тёмными вам не справиться.
— Так, может, это... — старик замялся.
— Что?
— Добавите мне монеток за работу?
— Ну и жук ты, Саврус, — я хмыкнула. — Как сделаю и продам первую магическую посуду, так и прибавлю тебе жалованье. А пока терпи. Все терпим — и ты терпи.
Вся прибыль, что шла с кирпичей, глины, посуды, конечно, будет уходить на выплаты рабочим, закупку дров и нужных для работы с посудой ингредиентов. Так что у меня в кармане не прибавлялось, а только убывало. Я мечтала, что Имара привезёт хоть немного золота с посуды, что мы ей загрузили, но понимала, что столица герцогства — это всё же дорогой город. Если она закупит обновы стражам и карету, то мало что у неё останется.
В общем, я обошла весь посёлок, поговорила с людьми, естественно, наведалась к заводу и в гончарную. Записала новый рецепт глазури — надеюсь, когда-нибудь он мне пригодится, — поговорила с мастерами. Пока никто не роптал на маленькую плату и усиленно работали, что, конечно, успокоило.
  
После обхода пошла в лавку — выполнять заказ Мирии и прикупить детям вкусняшек. Хорошо хоть продукты пока у нас ещё были.
После лавки меня нашёл Хорт с длинным свёртком.
— Плотник сразу выполнил заказ, — сказал наёмник.