От -50 до +50: автостопом и пешком по России, Азии, Африке
Впоследствии узналось, что в Баире и не живёт никто.
Акаба. Приключения и заработки Книжника
Побывав в старинных крепостях, потом в гостях у разных бедуинов, пятого сентября мы с Ильёй оказались в уже известном мне городе Акаба. Портовый, курортный город, пляжи, отдыхающие (местные и иностранцы), пальмы, магазины (дорогие). И вот мы идём с Ильёй в рюкзаках по пальмовой набережной и видим, что навстречу нам идёт по той же улице Книжник, с рюкзаком и гитарой.
— Ну как? Наиграл на гитаре денег?
— Весьма успешно, — отвечал довольный Сергей, — позавчера в Аммане всего за пару часов заработал 17 динаров (25 долларов). Семь динаров накидали металлической мелочью, а один человек даже кинул 10 динаров ($13) одной бумажкой, посмотри!
И Книжник достал из кармана замусоленную купюру в 10 динаров, которая — о удивление! — оказалась фальшивой! Изготовлена на принтере, а измята для солидности. Книжник сразу расстроился:
— Эх, я-то думал, что уже накопил на египетскую визу! Ну ладно, Бог с ним, сегодня опять буду играть.
Мы решили посмотреть на это. Действительно, нашли место где-то на торговой улице, и Книжник уселся распевать свой московский репертуар песен; для лучшего сбора денег была выставлена табличка на английском и арабском языках (её мы заблаговременно подготовили ещё на Горячих ключах). Местные жители толпились с интересом, некоторые кидали деньги, на этот раз фальшивых среди них не было. Но появился конкурент: парень с дудкой, который ходил по главной улице и продавал сахарную вату, приманивая к себе покупателей звуками дудки. Поскольку вокруг Книжника уже собралась толпа (потенциальных покупателей сахарной ваты), парень подошёл туда и стал свиристеть в дудку, рекламируя сахарную вату. Мы перешли в другое место, но там опять появился продавец ваты, и последующие двое суток в Акабе он нас как будто бы преследовал, появляясь со своими звуками там, где уже пристроился на заработки Книжник. Мы взяли у парня палочку сахарной ваты.
— Хадия? Подарок?
— Какая там хадия! 150 филсов (0.15 динара)! — заволновался продавец.
…Акаба, как всегда, была шумной и торговой; с утра на базаре продавались огромные рыбины, метра по два длиной (мы сперва думали, что это рекламные макеты); эквадорские бананы, привозимые морем, стоили пол-доллара килограмм и вытеснили из продажи мелкие иорданские бананчики. С 13 до 16 часов вся Акаба спит, ларьки и магазины закрыты; даже супермаркеты заперты, ни на улицах, ни на пляжах никого нет; интуристы запираются в своих кондиционированных отелях. Днём на градуснике +39ºC, несмотря на приятно-свежий ветер с моря. В 17 часов город вновь просыпается, вновь у людей в руках соки, воды и мороженое, книжные магазины тоже распахиваются, на базаре вновь появляются товары и продавцы. Правоверные спешат на послеполуденную молитву — мечети здесь полны народом, сотни людей, от подростков и детей до бородачей в длинных белых халатах. Кто в классической арабской одежде, кто, наоборот, одет по-европейски. Народ более активен в посещении мечети, чем жители Турции или Сирии. Впрочем, за углом тут же разврат: интуристов спаивают, продаётся в магазинах пиво и вино. Дорогие вредные удовольствия завлекают, даже Алигожин купил одну сигару за пол-динара и в наше отсутствие выкурил её.
В Акабе встретили двойника Книжника (каким он может быт через 30 лет). Волосатый старикан, с сумкой, из которой всё торчало во все стороны. Это оказался бродячий фотограф, он всех фотографирует, а на другой день разносит готовую продукцию (за плату). Двойник увидел Книжника, играющего на гитаре, и кинул ему монетку. Сам Книжник своего двойника не признаёт и говорит, что это нам только показалось. Но мы несколько раз его видели и подтверждаем, что сходство есть. Сфотографировали того. Также сняли самого Книжника под табличкой “Lost Weight Now — Ask Me How!” (Хочешь похудеть — спроси меня как!)
В каждую поездку Сергей выезжает весьма объёмным, но жаркие климаты способствуют его высыханию. За месяц, проведённый в Афганистане, он похудел с 100 до 80 кг. Потом, возвращаясь домой, он опять утолщается, так как ведёт пассивный образ жизни и играет в компьютерные игры. Товарищ Книжник! Компьютер — не игрушка, а орудие труда, для написания книг, например!
…За пару дней Книжник наиграл себе целую гору металлической мелочи. Седьмого сентября мы пошли в египетское посольство и, заплатив по 15 динаров, сделали египетскую визу (полугодовую многократную, на всякий случай).
Акабский порт
Как всегда, порт Акабы кипит активной жизнью. Чтоб не ехать через Израиль, именно здесь переправляются в Египет и европейские туристы, и местные, и арабские шейхи на своих лимузинах, и грузовики из Ирака, Бахрейна, Саудовской Аравии, Омана и других стран Залива. Роскошные машины из Кувейта, полные, в белых халатах арабы, те самые, которые не стопятся на трассах, — со своими жёнами и детьми. Очень дорогой джип из Катара. По-европейски одетые “простонародные” иракцы. Бритоволосые, но бородатые хаджисты, едущие домой, в Египет из паломничества в Саудовскую Аравию. В кузовах грузовиков лежат горы чемоданов. Автобусы Каир — Джидда, Каир — Эр-Рияд, из Египта в Саудию и обратно через Иорданию. Люди спят на асфальте, на лавках, на подстилках, на картонках, на чемоданах. Шейхи из Кувейта важно разговаривают по мобильникам, машины полны “дешёвого” для них сирийского, иорданского барахла. Виза Иордании бесплатна для всех жителей стран Залива, а также для японцев; для всех прочих, включая русских, она стоит 10 динаров.
Азан — призыв на молитву — из зала ожидания всех как метлой вымело — бегут в портовую мечеть на молитву, моют ноги даже в питьевых кранах повсюду, снаружи мечети толпа больше, чем внутри. Только несколько человек не пошли. Солнце закатилось, с каждой минутой темнеет. Пассажиры спешат завершить все свои бумажно-таможенные формальности. Курят в зале ожидания, прямо под кондиционерами. Над портом — ядовитый дым бензина и выхлопов, которые так презирает Нотка.
Книжник настраивает гитару. Женщины в чёрном, лишь с дырочками для глаз, обедают, просовывая пищу непонятно как, чуть ли не в глаза. Наконец подогнали судно — пошла погрузка: автобусы, грузовики с чемоданами, арабские шейхи, матери с тучей детей. В трюме от выхлопных газов не продохнуть, пассажиры — в каютах и на палубе. Пароход называется “Pella”.
Пятый раз в своей жизни я покинул Акабский порт! Без затруднений мы переправились в Египет.
В Египет
Международный паром Акаба — Нувейба пристал к египетскому берегу в середине ночи. Как и когда-то в прошлый раз, мы вышли на египетский берег, освещаемый фонарями, фарами таксистов и звёздами, и, игнорируя советы хелперов, отправились на трассу, где и заночевали прямо у дороги.
Египет не изменил большинство своих свойств. Здесь, как и прежде, запрещено путешествовать автостопом, ставить палатки, ходить в гости к местным жителям, передвигаться на местных и пригородных поездах (исключая три дорогих экспресса) и вообще свободно жить. На первом же полицейском посту нас задержали на несколько часов (всё беспокоясь о нашей безопасности), а когда наконец подсадили всех четверых в кузов какого-то грузовика — грузовику вышло сплошное мучение, ибо нас останавливали и задерживали на всех последующих постах. Мы избавили водителей от своих хлопотных персон уже после Суэцкого канала, в 100 километрах от Каира.
Было видно, что полицейские на каждом посту подготовились к затяжной войне. На посту ГАИ — башни с бойницами, перевозные на колёсиках бронежилеты с бронестеклом на месте лица, шипы для прокалывания шин неправильного транспорта, бочки заградительные, между которыми должен вилять каждый проезжающий водитель, сторожевые вышки из бетона, полицейские с рациями, с автоматами. Понятное дело, рядом Израиль, который чуть было не оттяпал у египтян весь Синай (кажется в 1967 году), нужно охраняться: вдруг опять “сионистская угроза”. Но ведь так повсюду, в каждом городе такие укрепления, и в Луксоре, и в Асьюте — там от Израиля тысяча километров, от кого защищаться-то?