Пепел погасшей звезды. Отражения

Роботов в лабораторию профессор пускать не любил, а сам никогда не заморачивался наведением порядка. Поэтому мы с девчонками на добровольных началах иногда приходили пораньше, чтобы привести в более-менее приличный вид его рабочее место, разложить по полочкам вещи, перемыть грязные чашки, пособирать и выбросить обёртки от шоколадок, которые обнаруживались в самых немыслимых местах. Однажды мне даже пришлось выковыривать фантики из глазниц черепа.
Олисер был у себя и, как обычно, обрадовался моему появлению. А я, наоборот, загрустила, увидев, какой бардак он успел развести на рабочем столе, на котором всего два дня назад Аита провела генеральную уборку.
– Как дела, Шиона? – тепло улыбнулся профессор.
– Всё замечательно, спасибо, – ответила, с тоской разглядывая тёмно-коричневые пятна на светлой столешнице.
Вот ведь неряха. Разве трудно быть хоть капельку аккуратней и питаться, как все, в столовой?
– Я тут на днях разговаривал со своим знакомым, Нэрианом Чейтом, – сказал вдруг Олисер. Откинувшись на спинку кресла, коротко зевнул и прикрыл рот ладонью. – Нэр упоминал о вашей с ним встрече на празднике у её святейшества.
– Да, мы с л’эрдом Чейтом случайно там столкнулись. – Вооружившись тряпкой и моющим средством, словно бы между прочим спросила: – А вы, профессор, давно с ним знакомы?
– Давно. Когда-то учились вместе. – Радаманец прикрыл глаза, погружаясь то ли в дремоту, то ли в воспоминания о своём давнем прошлом. Правда, спустя пару секунд встрепенулся и проговорил: – Возможно, в будущем вы с Нэрианом будете часто видеться. Он работает в МРУ Авийона, в центре вероятностей.
Профессор любил поболтать с учениками, и сейчас мне представилась прекрасная возможность осторожно разведать о Чейте и Незримой коллегии, членом которой являлся и Олисер.
Вот только, как назло, когда уже собиралась задать первый вопрос, в кабинет заглянул какой-то первокурсник и попросил уделить ему минуту внимания.
– Пойдём-ка пройдёмся, Вэран, – сразу подхватился Олисер. – Небольшая прогулка поможет мне прогнать сон.
– А я пока что здесь приберусь, – послала профессору вдогонку. Стараясь не показывать своего разочарования, почапала к письменному столу – средоточию и рассаднику грязи.
Убрав мусор, приступила к уничтожению странных пятен. В самый разгар неравного боя экран транслятора загорелся, сообщая о поступлении нового сообщения. Олисер частенько забывал выключать устройство, а о существовании слова «пароль», казалось, и вовсе не подозревал.
Хотела свернуть окно с сообщением и возобновить битву за порядок и чистоту, но коротенький текст, высветившийся на экране, заставил позабыть и о пятнах, и о благоразумии. Я едва не прилипла к транслятору, с жадностью вчитываясь в каждую фразу.
Отправитель письма напоминал о месте и времени встречи членов Незримой коллегии и сообщал пароль – двустишье, на мой взгляд, лишённое всякого смысла. Каждый приглашённый на закрытое заседание обязан был воспроизвести этот странный стишок, чтобы проникнуть в здание.
Дочитав послание, вернулась к уборке, не переставая повторять про себя две короткие строчки. Тогда я окончательно утвердилась в мысли, что непременно должна побывать на загадочном собрании. Чего бы мне это ни стоило.
Тем более, раз уж повезло обзавестись паролем, грех не воспользоваться такой замечательной возможностью и не разузнать побольше о «Хроносе».
Друзья, к сожалению, не прониклись моим энтузиазмом. Нуна так вообще набросилась на меня с упрёками, сказав, что я всех нас подвожу под монастырь и что из-за моих авантюрных идей ни один в итоге не закончит академию.
– Я не прошу идти со мной. Просто хотела поделиться с вами тем, что узнала, – буркнула обиженно, задетая резкими словами подруги.
– А с чего ты решила, что этот стишок откроет перед тобой любые двери? Там, небось, всё здание напичкано биометрическими сканерами и другими средствами проверки, – скептически усмехнулся Тэн.
– И всё равно я рискну, – упрямо мотнула головой. – Ну или хотя бы попытаюсь. А если не получится – сразу уйду.
 
– Я с тобой, – неожиданно вызвался Авен, и на душе сразу потеплело. – Мне тоже интересно узнать, чем занимается эта шайка.
Остальные примеру друга следовать не стали. Предпочли воздержаться от приключения и старались отговорить от него и нас. Без толку. Мы с Виларом решили испытать удачу и познакомиться, наконец, с таинственной радаманской коллегией.
Третий цикл приближался к своему завершению. А с ним и курс по тактике и стратегии. И если вначале меня немного нервировало появление на базе Рейна, а вернее, реакция на него курсанток МВА, то теперь становилось грустно от одной только мысли, что он снова вернётся на Радаман и мы будем видеться всего раз в тридцать семь дней.
Ещё несколько циклов коротких встреч и долгих разлук, которые предстояло как-то пережить. А потом будет свадьба и, надеюсь, долгая счастливая жизнь. Вместе.
Мне безумно не хотелось с ним расставаться и вместе с тем какая-то часть меня, совсем маленькая, не могла дождаться, когда же Даггерти покинет базу. А связано это было с его… чрезмерной опекой, из-за которой я начинала чувствовать себя слабым, беззащитным существом. И это меня напрягало.
Всё началось со злосчастного урока по дзю-дзюцу. Во время боя Тэн случайно вывихнул мне руку. Обычное дело на занятиях у мастера Хшэня. Каждому из нас попадало на его уроках, а мне, как самой недрачливой, – так чаще всего. Поэтому с болью я уже, можно сказать, свыклась и очередную травму восприняла с философским пофигизмом: получила так получила. Полчаса поваляюсь в регенерационной капсуле, подлечу ссадины и синяки и буду как новенькая.
Как назло, когда шла в медотсек, столкнулась в коридоре с Даггерти. Заметив, что запястье у меня слегка припухло, Рейн развил бурную деятельность. Чуть ли не на руках отнёс к медикам и торчал под дверями регенерационного кабинета, пока я проходила сеанс восстановления.
А на пути в столовую прочитал мне длинную лекцию о том, как важно беречь своё здоровье и что я должна быть осторожной и впредь избегать любых травм.
– И как ты себе это представляешь? – улыбнулась паникёру. – Я ведь не в художественной школе обучаюсь, а в военной академии. Мы здесь каждый день получаем ушибы. Это нормально.
– Не вижу ничего нормального в том, что моя невеста постоянно ходит в синяках, – проворчал мой любимый профессор.
– Мне очень приятна твоя забота, но не стоит так переживать. Правда, – попыталась вразумить жениха, пока он снова не начал, как это уже случалось, разбираться и принимать меры.
– Я просто о тебе беспокоюсь.
«Лучше бы беспокоился за меня с планеты», – чуть не ляпнула я. Благо вовремя остановилась и сменила тему, потому что знала: Рейна мне всё равно не переспорить.
После того случая я всё чаще стала замечать саэра Даггерти, неожиданно появлявшегося во время наших тренировок в спортзале либо на полигоне. Он приходил якобы просто так, чтобы переброситься парой фраз с Приннил либо пошушукаться с Фларом. Последнего внезапные появления коммодора чрезвычайно злили, но сержант терпел и старался не подавать виду. Наверное, решил, что до конца цикла осталось не так уж много и присутствие приятеля он как-нибудь переживёт.
Вот и я тоже как-то переживала. Грустила из-за предстоящей разлуки и в то же время ждала окончания преподавательской деятельности жениха.
В один далеко не прекрасный вечер, когда тренировалась тет-а-тет с Хшэнем и, как обычно, получала от него упрёки и замечания – обидные и грубые, но, к сожалению, вполне заслуженные, – Рейн решил заглянуть к мастеру в гости. Заметили мы его не сразу. Учитель был поглощён тем, что с упоением ругал меня за неповоротливость и заторможенную реакцию, а я тем, что кротко внимала его раздражённой отповеди.
– Повторим ещё раз, – вдоволь наругавшись, распорядился сэнсэй. – Готова?
Я кивнула и приготовилась к отработке злополучной техники ударов по болевым точкам. Так и не поняла, кто в тот вечер на ком тренировался: я на Хшэне или он на мне. Потому что удары доставались почему-то исключительно моей персоне.