Пепел погасшей звезды. Отражения

Близнец, в отличие от меня, сумел выкрутиться, с горем пополам пересказал начитанный материал и был отпущен с миром. Как и все остальные. А вот мне пришлось идти обдумывать вместе с коммодором своё вечернее наказание.
Когда доплелась до кафедры, зал уже опустел. А с уходом кадетов исчез и грозный профессор, уступив место моему самому любимому из Рейнов: ласковому, скучавшему по своей невесте жениху.
Не говоря ни слова, он привлёк меня к себе и нежно поцеловал в губы. Поначалу даже растерялась от столь неожиданного проявления чувств и послушно ответила на поцелуй, совершенно позабыв, что следовало бы сохранять бдительность. Ведь в любой момент идиллию могло нарушить чьё-нибудь появление. Да вот хотя бы вездесущего Флара.
Потом, правда, спохватилась и упёрлась кулачками в грудь радаманца, намекая, чтобы особо не увлекался.
– Понравился сюрприз? – неохотно оторвавшись от моих губ, прошептал он с улыбкой.
– Если честно, я в замешательстве. – Прочитав недоумение в синих глазах, пояснила: – Никак не могу поверить, что ты – мой преподаватель. К тому же очень строгий. – И шутливо его толкнула. – Ты меня наказал! На первом же занятии!
– Ты была непослушной, – пожурил меня Рейн, на этот раз в шутку. – Зачем глазела по сторонам?
– Я наблюдала. Всем этим девицам перед твоими лекциями не помешало бы завязывать глаза.
– Может, ещё предложишь затыкать им уши? – развеселился Даггерти. – Тогда от моих занятий толку будет ноль.
– Больше чем уверена, они и так тебя не слушают, – проворчала я. – У них мозги заняты совсем другим – романтической чепухой.
Правда, долго злиться, когда тебя обнимают и нежно целуют за ушком, не получилось. Я как-то незаметно оттаяла, расслабилась и окончательно успокоилась.
В конце концов, он здесь из-за меня, а не из-за какой-нибудь незнакомой девицы. Так что и не стоит зря волноваться.
Но это не означает, что я перестану контролировать и бдеть.
– Тебе идёт чёрная униформа. И эта новая стрижка…
Рейн поменял причёску кардинально: остриг хвост, оставив на макушке волосы более длинными, в то время как на висках и сзади они топорщились тёмным ёжиком. Наверное, не сразу получится привыкнуть к его новому образу, но в целом мне нравилось. Особенно, если вспомнить о том давнем пари с Фларом.
Интересно, спор с приятелем имеет какое-либо отношение к смене имиджа?
– Просто так подстригся? – как бы между прочим поинтересовалась я.
Было жутко любопытно узнать, что подвигло его расстаться с любимой шевелюрой, но не рассказывать же о подарке Провидицы. Неизвестно, как Рейн отреагирует на то, что её святейшество поделилась со мной воспоминаниями о его прошлом.
– Захотелось перемен в жизни, – обтекаемо ответил Даггерти, оставив неудовлетворённым моё любопытство.
Дальше допытываться я не стала. Аудитория начала заполняться кадетами, и нам снова пришлось стать учителем и ученицей.
– Не забудьте, Таро, после ужина будете отрабатывать наказание, – вернулся к официальному тону коммодор.
– Есть, саэр! – как и положено, попрощалась я, с трудом сдерживая улыбку.
Быстро покинула зал, ведь следовало ещё успеть добежать до раздевалок и переодеться на тренировку. Дабы не заработать наряд, на сей раз за опоздание, от Флара.
Одно из моих самых нелюбимых упражнений – это подтягивания на турнике. Что тут скажешь: у меня очень слабые руки. И хоть за минувший год я стала выносливее и крепче, сумела даже обзавестись рельефными бугорками на плечах – которыми очень гордилась и которые у Рейна почему-то вызывали лишь снисходительную улыбку – подтягивания всё равно давались мне с трудом и в муках.
А когда за моими мытарствами принимался наблюдать Флар, миссия становилась практически невыполнимой. Вот и сейчас он смотрел так, будто пытался взглядом содрать с меня кожу. Не знаю, почему возникла столь жуткая ассоциация, но именно это пришло на ум, когда ментор с каменной рожей двинулся в мою сторону.
В подобные моменты я начинала завидовать силачам, вроде Авена. Вилар и на одной руке подтягивался с таким видом, словно его тело было легче пёрышка, чем вызывал у наших надзирателей исключительно положительные эмоции.
 
В то время как я почему-то провоцировала всплески раздражения и недовольства.
В последние недели, правда, Флар меня не доставал, предпочитал делать вид, что я для него пустое место. Но сегодня по его глазам поняла, что благодатное время закончилось.
Передо мной снова стоял старый добрый сержант, пристально следя за тем, как я пытаюсь подтянуться. Ещё утром заметила, что саэр не в духе, а сейчас, кажется, совсем до ручки дошёл.
– Таро, ты должна из кожи вон лезь, чтобы снова подняться в рейтинге, – приступил он к очередной воспитательной беседе. – Какой бы сильной ни была твоя аномалия, в МРУ слабаки не нужны. Особенно на Радамане. Так что отбор будет серьёзным. Вот отправят тебя в какое-нибудь захолустное управление, на край Галактики. Будешь там демонстрировать свои таланты.
Если Флар полагал, что такая речь взбодрит меня, придаст мне силы и ускорения, то глубоко ошибался. Руки дрогнули, дыхание сбилось, и я в изнеможении спрыгнула на пол.
– Ещё один подход, – безжалостно напомнил ментор.
– У меня есть три минуты, – продемонстрировала извергу браслет, фиксировавший каждый выполняемый сет и время на отдых между ними.
Жадно глотнув воды из бутылки, прикрыла глаза, надеясь, что когда их открою, Флар куда-нибудь испарится. Не тут-то было. Ментор продолжал стоять над душой, давая понять, что снова записал меня в свои «любимчики».
– Ты с Приннил уже не занимаешься? – скорее утвердительно, чем вопросительно сказал он.
– Нет. Сержант сочла, что я достаточно хорошо научилась перемещаться по платформам. – И на всякий случай напомнила, пока великий и ужасный не придумал, чем ещё занять мой досуг: – Зато теперь регулярно встречаюсь с мастером Хшэнем. По вашему распоряжению, саэр.
Как в воду глядела: мне действительно решили добавить вечерних тренировок в спортзале. Якобы из беспокойства о моём светлом будущем, которое оказалось омрачено тёмным прошлым, то бишь инцидентом с фор Варом. Но я-то точно знала: Флар просто решил меня добить.
– Тебе дополнительные баллы не помешают. Так что после ужина отдохни полчаса и приходи в спортзал, – назначил мне «свидание» ментор.
– Сегодня не могу, – с опаской призналась я, моля Создателей, чтобы избавили меня от дальнейших объяснений.
– Таро, это не просьба, это приказ, – принялся давить он авторитетом.
– Я бы с радостью, саэр, но действительно не могу.
– Это почему?
– Я… наказана, – почувствовала, как в груди ёкнуло сердце.
– Кем? – Мне даже показалось, что в карих глазах Флара заплясали красные огоньки, как у самых настоящих радаманских бесов.
– Коммодором Даггерти, – ответила ещё тише и даже втянула голову в плечи, стараясь казаться меньше и незначительнее.
Взглянув на побелевшего сержанта, поняла, что молить Создателей уже не имеет смысла.
– И какой же, интересно, он нашёл предлог, чтобы тебя «наказать»? – усмехнулся радаманец.
– Я была невнимательна на лекции.
К счастью для меня, в тот момент пропиликал сигнал на браслете.
– Ещё один подход, – машинально напомнил ментор и, больше не сказав ни слова, ринулся к следующей жертве.
Остаток дня прошёл в стрессах. За обедом все только и делали, что шептались о Даггерти. Как будто не было других тем для обсуждений! За ужином стало ещё «веселее». Судя по всему, к вечеру с тактикой и стратегией, а также с новоиспечённым профессором успели познакомиться все второкурсницы. И теперь помещение полнилось девичьими голосами, взахлёб обсуждавшими, как и сколько раз Рейн на кого посмотрел и кому сколько уделил внимания.
И чего ему не сиделось на планете…
Первокурсницы хоть и не имели счастья лицезреть новенького, но тоже заразились энтузиазмом и стали принимать активное участие в разговорах. Страсти достигли апогея, когда Даггерти в компании нескольких менторов вошёл в столовую.