Будни молодого властелина (СИ)

Как ни пыжились мои спутники, на торжественный марш наше прохождение по улицам совершенно пустынного поселения походило мало. Скорее уж на доставку под конвоем. И как на настоящих заключенных из-за посверкивающих в солнечных лучах оконных стекол в нашу сторону неприязненно глазели местные любопытствующие. Хорошо еще, что яйцами и гнилыми помидорами нас закидывать никто все же не пытался.
  
Но так или иначе, до цели своего посещения мы дошли: деревянный, просторный дом в центре деревни оборотней, скорее всего, строился по проекту какого-нибудь коттеджа для новых русских. Вычурно и очень колоритно. Настоящий терем. С башенками, высоким крыльцом и крытыми лакированными дощечками переходами в сторону так же богато выглядевших просторных хозяйственных построек.
Не подкачали и коридоры внутри этого здания: свет многочисленных магических светильников отражался в восковом покрытии светло-золотистых бревен, подчеркивающих, в свою очередь, искусные резные накладки и даже отдельные целые панно на тему разнообразных лесных обитателей.
Конечным пунктом наших продвижений оказался довольно большой зал, в настоящий момент заполненный десятками мужских фигур, сгрудившихся вокруг стола с сидевшими за ним ответственными лицами.
Я всмотрелся в сидящих. Трое крепких телом седовласых мужчин с плотной, хотя и несколько тускловатой аурой — это, наверняка, альфы. Опять же, хоть и только на словах, но описания предводителей объединенной волколачьей стаи мне Саввой и Игнатом были даны заранее. А вот в сидящих от своих визави с противоположной стороны стола двух скуластых и узкоглазых дядьках лет сорока или пятидесяти я без труда опознал довольно сильных магов. Особенно силен был тот, что потолще, с пальцами, как сосиски. Он, скорее всего, у них и командовал.…Хотя, и второй степняк тоже не отличался атлетическим телосложением.
— Ордынцы, — сказал, как выплюнул Прокопий. Так вот они какие, шаманы хана Энке.
— Здравствуйте, маги рода Стрешневых, — обратился в нашу сторону центральный из троицы правящих оборотней мужчина. Как там его Савва, когда описывал, называл?.. Путающий Следы. Очень многообещающее именование. — Присоединяйтесь к нашей компании, присаживайтесь.
То, что к торцевой стороне стола уже были выставлены четыре стула меня нисколько не удивило: пока мы шли по деревне, у хозяев было достаточно времени, чтобы подготовиться. А вот само расположение стульев — непорядок. Хоть и не слишком значимое, но все же неуважение. Мы ж сюда заявились позиционировать себя в качестве сюзеренов, а тут место нам выделили, что называется, сбоку припека.
А дальше начался самый натуральный торг, только для вида замаскированный под переговоры. Оборотни, пользуясь нашим противостоянием со степняками, откровенно выкручивали руки нам обоим.
— … Для нашего свободолюбивого народа неприемлемы ваши условия, господин Стрешнев, — принялся втирать мне один из старейшин после того как я озвучил, что ожидаю от стаи волколаков, обитающих в Булат-Оле, подтверждения их старых клятв, сформулированных еще в незапамятные времена прежним главой рода Стрешневых. — Они для нас все равно, что узда. — И тут же перевел разговор на наших конкурентов: — вот, посланцы хана Энке готовы предоставить нам почти полную свободу в наших действиях. Достаточно лишь поклясться, что мы не будем устанавливать никаких иных контактов с магами, помимо исключительно представителей самого хана.
Я не стал продолжать эти препирательства, с демонстративно безразличным видом налил из кувшина, стоящего на столе, в стакан чистой, прозрачной воды, не спеша выпил. Кстати сказать, вопреки обычаям, диктующих накормить гостей, кроме двух кувшинов с двумя стаканами же, по числу заявившихся делегаций магов, на столе больше вообще ничего не стояло.
— Замечательная водица, — произнес, вытерев губы. — Подозреваю, подземные ключи?
— Да, край нам достался благодатный, — с еле скрываемым самодовольством ответил мне один из старейшин, вычурного прозвища которого я не смог вспомнить. Ну, да, они ведь уже почти торжествуют свою победу: воспользовались мажеской сварой, прогнули ненавистных магов под свои хотелки.
— Жаль только, что уже совсем вскоре эта замечательная вода вновь станет недоступной.
— Ты что, нам угрожаешь? — Воззрился в мою сторону Путающий Следы, если я не ошибаюсь в невербальных знаках, главный предводитель волколачьего племени.
— С чего бы это? Просто на чуть-чуть заглянул в будущее, — хмыкнул я. — Она же поступает к вам с водокачки, обустроенной артефактом с перезаряжаемым накопителем маны. На сколько там еще имеющегося заряда маны хватит? Месяц? Два?
— Для своих союзников мы готовы перезаряжать данный артефакт по первому же их требованию, — со значением объявил в ответ на этот мой тезис главный, более упитанный степняк.
— Шаманы? Ману? Ну-ну, — подначил я этого своего недруга. — А ваши духи на такое разбазаривание ценного для них продукта как отреагируют? Вроде ж у вас преобразование праны, необходимой вашим призванным духам, в ману в соотношении три к одному идет? Не разоритесь с подобными тратами?
— Это не такая большая трата, чтобы мы не могли ее осуществить для своих друзей! — Есть, клюнула рыбка! Подсекаем.
— А зарядка многочисленных светильников тоже за ваш счет пойдет? А все прочие артефакты, которые приобрели волколаки у моего рода за века нашего с ними сотрудничества? Их вы тоже обязуетесь своевременно перезаряжать? А еще рано или поздно, но эти артефакты начнут выходить из строя, да и амулеты потребуются на смену израсходованным тоже.
— Вместо этих ваших светильников, мы предоставим светоносных духов… — визгливо завопил толстяк, понимающий, что что-то в его уже почти успешных переговорах вдруг пошло не так. И таки, похоже, не одному мне понятно, что веками продуманный, очень экономичный светильник и светоносный дух в качестве обычного, рядового источника освещения — это почти несоизмеримые явления. И по расходам несоизмеримые, и по яркости свечения. Духи же, они такие, даже если и с плана света призванные. Нахаляву светить точно не станут.
— … Амулеты и артефакты делает не только род Стрешневых! Мы просто купим недостающее. — Вторил степняку оборотень, тоже почувствовавший, что уже слепленная им в его мозгах пасторальная картинка волколачьей независимости начинает расплываться подобно миражу в пустыне. Вокруг стола с переговорщиками начал раздаваться пока еще невнятный шум.
— Хорошее решение, — одобрил я вариант старейшины, объявившего этот последний вариант. — Только вы ж собрались приносить клятву хану Энке? Любое общение с другими магами, помимо представителей хана, согласно той клятве, ведь строжайше запрещено.…И, самое главное, возможно вы забыли, но этот ваш оазис спокойствия окружают кланы Детей Ночи. Если у вас с ордынцами будет объявлена полная взаимная свобода от обязательств, кто или что тогда будет сдерживать вампиров от нападения на своего исконного врага?
Ох, что тут началось! Я упоминал про шум, начавшийся среди зрителей. Теперь он перешел в полноценную свару. Даже старейшины за столом начали злобно переругиваться между собой.
— Я убью тебя, щенок! — Вновь завизжал главный ордынец парой минут позднее, когда понял, что его, вроде бы стопроцентный план подчинения волколаков дал серьезную трещину, и оборотни мало-помалу все же склоняются возобновить договор с моим родом, а не пытаться ставить рискованные и малопродуманные эксперименты над своим существованием.
— Андрей, не ведись на вызов, — попытался было остановить мой ответ грубияну Прокопий. Да и остальные двое моих магов согласно загомонили и закивали головами.
  
Я на эти предупреждения в качестве останавливающего жеста только выставил ладонь. Мол, сам с усам, разберусь. После чего ехидно воззрился в сторону вражеского шамана.
— Вызываешь на поединок, толстячок? Не боишься внезапно похудеть от излишних усилий? — Уточнил я, тщательно скрывая накатившую вдруг радость. Моя отдохнувшая за ночь интуиция вполне определенно высказалась, что данный противник, даром, что по своим магическим силам находится где-то на уровне мастера, если не младшего магистра, может оказаться мне вполне по зубам.