Из двух зол... (СИ)
– Ну немудрено... Девочки в садик просятся вот. Как думаешь - можно ее отпустить? Она наших там не заразит ничем?
– Я не думаю, что у нее что-то заразное было. А наши... Они же тут уже были все. Мне Настя рассказывала. Они с Таней приходили сюда все ещё когда она пластом лежала. А ты там у этой лежал... Еще в первый день. Никто не заболел.
– Понятненько. Так что, считаешь можно их в садик отпустить?
– Одних что ли?
– Нет. Конечно нет. Ты и проводишь.
– А ты?
– А мне уже не три годика. Посижу один.
– Так это... У нее одежки зимней нет. Эта, когда ее тащила, ничего не взяла. В одеяло завернула и всё.
– Мда. Проблема. И что теперь - ей на улицу вообще не выходить до лета?
– А... как?
– Да ты не обращай внимания. Это я сам с собой разговариваю. Нужен рейд в город. У нас же тоже шмотья нет толком? В чем выскочили тогда из дома и всё.
– Ну да.
– Как все невовремя... Буду думать. А девочку придется так же. Завернуть в одеяло или в плед и на руках до садика. Ну или на санках.
– Может потом?
– Ну когда потом-то? Видишь, девочки хотят в садик, - я тихонько погладил настороженно зыркающую Машу по голове. И тут же под руку, буквально по кошачьи, ввинтилась Ева. Пришлось и ее приласкать. - Качельки посмотреть.
Стоило Малинке с девочками уйти, я только задремывать начал, как в палату ввалились возбужденные Эльба с мальчишками.
– Ты представляешь, он...
– Крыса! Сам тушенку жрет, а остальным пустую кашу варит...
– У него там целый склад...
Говорили они все одновременно, перебивая друг друга и все трое, пылая праведным возмущением.
– Так, давайте без криков, - поморщился я, - и по одному. Эльба, что там случилось?
– Ну-у-у... Там этот твой Толстый... Валера кажется. Он, оказывается, ещё в самом начале бомбанул магазинчик на заправке. Ну на той... На газпромовской. И жратвы у него припасено охренеть сколько...
– И что? Молодец. Правильно поступил.
– А то, что когда ты его старшим поставил и сказал всех остальных кормить, он с ними не делится!
– В смысле? Он их не кормит?
– Кормит. Но только тем, что они сами в домах нашли. А эти запасы сам жрет! С сестренкой на пару. А Егору, Леше и Андрюшке нашему простую кашу варит. Пустую. А сами с тушняком едят.
– И что?
– Как что? Несправедливо же!
– Что несправедливо? Что он догадался магазин обнести и запасы сделать?
– Но он не делится!
– А почему он должен делиться? - я никак не мог понять их логики.
– Но ты же сам ему приказал...
– Стоп, стоп, стоп! Я ему приказал следить за тем, чтоб все остальные были сыты, накормлены, напоены, умыты. Как он этого будет достигать - я не обговаривал. И приказа отдать всё, что у него есть - тоже не было. Давайте еще раз. Он остальных кормит?
– Да, но...
– Может он им мало дает? Они недоедают?
– Да нет, вроде нормально, но сам-то жрет с тушенкой...
– Я это уже понял. И что? Его тушенка- он и ест. Нас это совершенно не касается. Он же ее не у нас украл? Так что имеет право.
– Но все равно, это как-то...
– Так, давайте все успокоимся и я вам лучше байку расскажу. С намеком. Чтоб вы поняли мое отношение к этой ситуации. Она, конечно, с матом, то так оно даже лучше. Сочнее и лучше усвоите.
– Ну давай.
– Короче, это что-то вроде переписки Петра Первого и Меньщикова. Письмо первое, От Петра к Меньщикову:
"Шлю тебе сто тыщ рублей
На постройку кораблей.
Как получишь дай ответ:
Начал строить али нет?"
Письмо второе. Ответ Меньщикова Петру Первому:
"Из ста тыщ мы девяносто три
ПропилИ и прое..И.
Дай нам Царский свой Совет:
Все же строить али нет?!
Письмо третье. Ответ Петра первого Меньщикову:
"Воля царская моя
Не хочу знать ни х.я!
Где пилИ, кого е..И
Но чтоб Б ЫЛИ корабли!!!"
Стоят, глазами хлопают. Думают. Главную мысль из частушек нашли и теперь переваривают.
– То есть, ты хочешь сказать, что он все правильно сделал?
– Нет! - довольно резко перебиваю я. - Не всё. Но в рамках поставленной задачи он всё выполняет, и, потому, его личные качества в расчет приниматься не будут. Да, мне тоже он неприятен. Но он справляется со своей задачей! А если мы отберем у него то, что он сумел набрать в магазине, то мы будем куда хуже его самого. Это его тушенка! И он может делать с ней всё что хочет.
Стоят, сопят. Умом мои доводи понимают, а нутром... Ну как же. Есть наши, и есть не наши. Наши - это Андрюшка. А Толстый с остальными не наши... А тут Андрюшка, или, скорее всего, одна из девчонок этих, что вчера сбежали, Ксюша и Оксана кажется, пожаловались, что их обижают и всё. Взыграло ретивое... Наших притесняют! И, главное, не объяснить же, что Толстый тоже наш! Они это и так знают... Умом. А внутреннего согласия нет. Ничего. Притрутся.
– Надеюсь, вы не стали делать никаких опрометчивых поступков?
Засмущались. Отводят глаза.
– Так... Честно говорите!
– Ну-у-у... Это - Эльба упорно смотрит куда-то в угол, по капле выдавливая из себя признание. - Так, только... Подзатыльник ему отвесила.
– И всё?
– Ну-у-у... Да. И еще сказала, чтоб всех остальных тоже тушенкой кормил.
– Зря. Значит так. Сейчас поедешь обратно и скажешь, что он может распоряжаться тушенкой по своему усмотрению.
– Вот еще! - аж вспыхнула вся.
– За свои косяки нужно отвечать. Я же тебе буквально пару часов назад объяснял, что ты не лезешь в его дела! Ты смотришь только то как он выполняет наказ. А ты, по своей бабской натуре, полезла не в свое дело! Ты вообще слушаешь, что я тебе говорю? Собирайся. Едешь сейчас же. И я с тобой. Как гарант, что ты все поняла.
На Эльбу было больно смотреть. Огромная деваха съежилась, словно ее ударили. Того и гляди заревет. У баб это быстро...
– Так никак пока не поехать - пришел ей на помощь Рыжик, тоже заметивший ее состояние - Мы же привезли всего кучу. Два телевизора, две стиралки, DVD-магнитофон, Кассетный видик...
– Так почему вы все ещё тут, а не разгружаете это все? - перевожу взгляд на него и давлю взглядом. Ты, сдается мне, тоже не просто рядом стоял, когда Эльба подзатыльник отвешивала. Точно. Заюлил и тут же сбежал.
– Настя, - я повернулся к помалкивающей девчонке, - помоги мне собраться...
Я не стану описывать наш короткий рейд в СМП. Чего там особо рассказывать-то? Ну не смаковать же подробности, как я ломал в психологическом плане Эльбу. Но выход этот был нужен.
Во-первых - да, щелкнуть по носу чуток занесшуюся девушку. Показать кто тут самый главный. Пусть я и в таком плачевном состоянии. Все равно я тут командую и решаю. (Никогда бы не подумал, что буду переживать, за место в иерархии. А тут, нате вам - полезло что-то изнутри. Что-то темное. Звериное. Но ощущающиеся - единственно правильным.)
Во-вторых, мне было нужно проверить границы своих возможностей. А что? До сортира же сам хожу уже, вот и выезд выдержу. Ну что сказать? Выдержал. Хотя и едва-едва. Вот, вроде, ничего особого и не делал. Дойти до машины, да там на месте еще чуток пройти. А потом, все то же самое в обратном порядке. А такое ощущение, что я марафон пробежал. Когда вернулся - весь мокрый был, хоть выжимай.
В-третьих, проверить чему Эльба научилась в вождении авто. Ну что, прогресс есть. Он очевиден. С нуля же начинала. А теперь управляет не хуже чем Даня в начале нашего знакомства. Нормально. Побольше практики и будет летать.
Ну и, в-четвертых, действительно восстановить справедливость с этой тушенкой. Это действительно его запасы. Это мы живем. считай, одной маленькой коммуной. Да и то... Рыжики отдельно, Даня-Аня отдельно, Таня с детьми отдельно... И у каждого же есть свой небольшой запасец продуктов. И я же на него не претендую! Хоть и подкармливаю их по вечерам со своего большого запаса.