Хроники пилота: Звездолет для бунтаря (СИ)

— А где батарея?
— Внутри костюма. Минут пять нужно.
— Ну ладно. Ты отдыхай, я пойду все закончу.
— Подождите, передам сейчас координаты огневых точек второго зала.
Арихман всех побери, я и забыл про это помещение, вход в который зиял темным провалом слева.
Временной замок еще действовал, когда я вернулся. Но через мгновение исчез, пули застучали дождём, растелившись блестящим ковром. Я спрятался за контейнером, подтянул к себе винтовку Тимура, и решил попробовать ее в деле. Она оказалась легкой, почти воздушной после тяжеленной «дочери Катюши». Пошарив в оружейном ящике, я обнаружил несколько зарядов, вставил в гнезда. Оглушительный взрыв заставил вздрогнуть, вжать голову в плечи. Ствол выплюнул ярко-голубой комок. Турель съежилась растеклась, превратившись в лужицу ртути.
  
Осторожно я привстал из-за контейнера, огляделся. Все огневые точки в нишах превратились в кучу ошметок. Что заставило наполнить мою сущность радостью и удовольствием от хорошо сделанного дела. Теперь осталось только проверить то помещение, вход в которое виднелся в дальнем левом углу от меня.
Шлепнув ладонь по саркофагу, я в отличном настроении направился к цели.
Сделал шаг внутрь. Вспыхнул мягкий, чем-то схожий с дневным свет. Квадратный зал шагов пятнадцать в длину и ширину. Стены из тех же отливающих темным металлом панелей, ловко пригнанных друг к другу. В дальнем углу — стол с клавиатурой, устаревший облезлый монитор.
Шшш. Шум открываемых створок, глухое жужжанье электромоторов. И четыре турели-близнеца приготовились уничтожить меня шквальным огнем. Грохот выпущенных зарядов прервал их существование навсегда. Превратив в бесформенные и жалкие комки металла.
Я аккуратно приставил плазмаган к стене, положил шлем на стол, и с интересом начал изучать изображение на мониторе. Медленно вращалась отрисованная мерцающими зелеными линиями схема летательного аппарата. Хотя сегменты угадывались совершенно четко — ядерные реакторы, двигатели, сложенный звездный парус, воронка для ловли водорода из космоса. Но сам внешний вид необычный, не похожий ни на те звездолёты, которые строят земляне (а я сохранил в памяти всю базы данных, что показал мне Ковалёв), ни на звездолёты нашей планеты.
Рядом со схемой аппарата бежали строчки символов: будто бы перекрученные между собой тонкие червячки. Они напомнили значки, что я видел на кубиках, которые обнаружили в зале с умирающим и воскресавшим растением. Что это могло быть? И почему мой нейро-интерфейс отказывается их переводить? Это шифр? Я пощелкал клавишами. На схеме замигали ярко-красным узлы звездолёта — места ремонта. Судя по количеству неисправных секций, аппарат сильно поврежден, гораздо больше, чем мой. Передняя часть смята в лепешку, словно корабль врезался в скалу.
И тут в голове что-то щелкнуло, весь пазл сложился, да ещё так идеально, что я не удержался, шлепнул себя по лбу. Какой же я балбес! Ведь все абсолютно ясно теперь.
Я отступил на шаг, стараясь считать, как можно больше информации. Отправил в свой нейро-интерфейс для перевода.
Мигнул свет, лязг откинутой крышки люка. Машинально бросил взгляд вверх, и замер, ноги примерзли к полу, пальцы похолодели. Из дыры, по крышке люка сползла, пузырясь и пульсируя, розовато-бурая масса, покрытая мерзкой отливающей фиолетовым слизью. Схватив винтовку, прицелился. Тишина! Интерфейс плазмагана вывел издевательское сообщение, что я зря стараюсь — отсек с зарядами пуст, как голова кретина. Ну каким же надо быть беспечным идиотом, что не захватить боеприпасы, отправляясь на опасную миссию⁈
Из комка вытянулись длинные щупальца с круглыми венчиками. Обвили меня, впились в скафандр. Стали медленно, но неотвратимо тянуть вверх. А где-то в глубине потолка, в густой зловещей тьме, на меня пялились два белых круглых глаза. Широко и злобно открылся огромный рот с мелким, клиновидным зубами в несколько рядов. Мои дерганья лишь усиливали хватку. Сжимали так, что хрустел несчастный скафандр. Слизь стекала по силовому полю скафандра. Но осталось так мало энергии, еще чуть-чуть и мерзкая тварь проглотит меня, переварит.
  
Глава 17 
 
 
— Лейтенант Рей, вам доверена невероятно важная миссия. И в то же время опасная. Но для вас, сына врага нации и преступника — это прекрасный шанс искупить свою вину, вернуться, так сказать, в лоно своих соотечественников не просто честным человеком, но героем нации. Вы понимаете, как это важно для вас?
— Да, господин полковник, понимаю, — автоматически отрапортовал я, хотя почти не прислушивался к пафосным словам командира полка.
— Господин адмирал очень хотел, чтобы именно вы выполнили эту миссию. Вы ведь учились в одной академии с ним? Не правда ли? Он хорошо помнит вас, — голос полковника звучал так подобострастно, что меня едва не стошнило прямо на его парадный мундир.
Я молча кивнул. Не только Кельси Хов помнил меня, я тоже не забыл о том, как этот мерзавец сделал все, чтобы погубить моего отца, сделал меня изгоем, толкнул на путь преступлений, когда я вынужден был наняться к главе криминального клана Акуна-Ре. Кельси, женившись на Оланде, дочери министра обороны, уверенно шагал наверх по карьерной лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. На этого мерзавца пролился золотой дождь в виде наград и званий. Но вот вопрос, почему Кельси по-прежнему ревновал меня к Оланде?
Наша планета очень долго готовилась к войне с планетой нелурианцев. Но когда стало ясно, что они уже создали огромный космический флот, и скоро двинутся на нас, оказалось, наше вооружение никуда не годится, устарело, оказалось мусором.
После казни моего отца все разработки в области вооружения, которые он курировал, свернули, выкинули на свалку. И в том числе разработку генератора экзотической темной материи. Хотя экспериментальные образцы учёные успели сделать. И только после того, как наши шпионы выяснили, что нелурианцы сумели создать с помощью этой материи туннели пространства-времени, учёные нашей планеты вернулись к разработкам.
Но время было упущено. Команда ученых лихорадочно пыталась догнать наших потенциальных врагов. И чтобы протестировать созданные туннели брали не добровольцев, а смертников. Половина из тех, кого посылали туда, в созданные туннели, не возвращалась, остальных настигал кошмар небытия, они сходили с ума.
И вот теперь адмирал Хов благородно отправляет меня на невероятно опасное задание по спасению нашей расы. Если миссия будет успешной, то Кельси получит очередную награду, а я, возможно, выживу и сохраню рассудок…
— Да, лейтенант, — полковник выпрямился и на его суровом лице заиграла самодовольная улыбка, — Господин адмирал сообщил, если вы сможете выполнить задание с честью, то вам будет присвоено новое звание. И вы получите орден Бриллиантового Льва.
Ох, как Кельси расщедрился. Может быть, он старается выглядеть благородным в глазах Оланды?
— Благодарю за доверие! Служу народу!
— Все детали задания отправлены в ваш нейро-интерфейс, аппарат подготовили для вас. Вы можете приступать к выполнению задания. И помните, лейтенант, от вас зависит существования нашей планеты. Это очень ответственное, важное задание. И да, что я еще хотел сказать? Вы должны целиком и полностью следовать мисси, параметры которой ввели в ваш интерфейс. Любая попытка к бегству, срыву задания приведет к тому, что вас уничтожат, а звездолет вернется на автопилоте на базу. Все понятно?
  
На космодроме меня ждал маленький и легкий спейсфайтер, больше смахивающий на флаер. Но для того, чтобы добраться до звездолёта, бороздившего океан космоса вокруг планеты, это достаточно.
Серая взлетная полоса из пластибетона осталась позади, аппарат быстро и уверенно набирал высоту. Воздух начал будто сгущаться, темнеть и резкая вибрация прошла по фюзеляжу — включились реактивные двигатели. И вот уже на бархатной тьме космоса зажглись грозди золотых звезд, сложились в контуры нашей галактики, похожей на раскрутившиеся горящее колесо.