Хроники пилота: Звездолет для бунтаря (СИ)

— Блииин, это сколько ж нам переть пехом? — проворчал Сашка, прыгая на месте, разминая ноги и руки. — Чего Крупа не мог нас поближе закинуть? Это бы так колбаситься до утра будем.
— Эта площадка единственная для посадки такой тяжелой машины, плюс нельзя привлекать внимания. Мы сели за горами, — начал я объяснять.
— Да, понимаю я, — перебил меня Сашка. — Так, просто ною.
  
Нейро-интерфейс составил маршрут, и мы двинулись в путь, раздвигая высокую траву — казалось, что здесь совершенно девственная земля, не тронутая деятельностью разумных.
Шли молча, стараясь ступать осторожно и тихо. И лишь равнодушные звезды, и желтоватый серпик луны освещали нам путь.
— Вот здесь, — тихо сказал я, остановившись возле смахивающего на полуразрушенный, заброшенный колодец входа.
Хряк свалил все барахло на землю, и попытался приподнять люк. Он поддался, из темноты пахнуло затхлостью и гниением.
— Подожди, — Сашка остановил Хряка, который уже занес ногу на первую ступеньку полуразрушенной металлической лестницы. — Надо проверить, есть там что опасное.
Он вытащил из своего рюкзака контейнер, в котором будто стрекозы, сидели изящные с пластиковыми прозрачными крылышками нанодроны. Запустив их внутрь, начал на экране планшета отслеживать путь. Слабый свет отражался от грунтовых стен, едва укрепленных деревянными досками, из-под которых сочились струйки грязной воды. Об этом входе явно забыли.
Но тут летающие малыши уперлись в монолитную, выполненную из какого-то прочного металлического сплава дверь.
— Пройдем ли мы там?
— Думаю, пройдем, Лазер, главное, чтобы Крупа электричество отключил.
— Тогда пошли. Не забудьте дыхательные маски. Если за этой дверью туннель с дыхательной смесью скалькутсов, то она ядовита.
— Мы поняли, поняли, — нетерпеливо пробурчал Хряк, начав спускаться вниз.
Пока мы шли, я размышлял, как быстро хозяева этого места очухаются после того, как Крупа вырубит электростатиты. Вдруг мы ошиблись и эти приемники вовсе не для получения энергии от солнца? Может быть, у скалькутсов есть дополнительные генераторы.
И вот мы оказались в тупике. Монолитная дверь, явно тяжелая и толстая. Сашка быстро просмотрел все вокруг и нашел панель, куда можно ввести код. Мой нейро-интерфейс проделал то же самое и вывел, что тут шифр первого уровня сложности.
— Слушайте, может просто взломать? — предложил я. — И не отключать всю энергию?
— Эти уроды могут узнать об этом. И направить сюда бойцов, — Сашка в задумчивости почесал щеку.
— Но они тем более узнают, если будут уничтожены станции, — возразил я.
— Слушайте, хлопцы, — встрял Хряк. — А вы не пробовали просто открыть?
Он потянул за ручку и дверь спокойно поддалась, обнаружив за собой длинный извилистый коридор. Блекло-красный свет аварийных ламп высветил стены, отделанные панелями из темного металлического сплава.
Мы с Сашкой переглянулись.
— Ну чего встали? Замерзли что ли? — Хряк хохотнул. — Пошли.
Он вразвалочку, вальяжно вступил в коридор, обернулся к нам и весело махнул рукой.
Громкое нарастающее жужжанье, словно на свободу вырвался целый рой злых диких пчел. Панели в коридоре отъехали, из проемов выдвинулись стволы пушек. Воздух разорвал шквал автоматных очередей. Обрушился на бедного Хряка, отбросив его тело на пол. И я услышал лишь его короткое: «Бл…!»
  
Глава 45 
 
Я оттащил Хряка, дверь пружинно захлопнулась. Привалив к стене, расстегнул рубашку парню — в бронежилете, густо-густо, как изюм в тесте, торчали отливающие серебром задницы пуль.
— Больно, бл… — пробормотал Хряк. — Похоже ребра сломал.
— Ничего, сейчас тебя починим.
Пришлось аккуратно снять жилет, и мои золотистые малыши быстро вылечили парня. Хотя все время, что они роились вокруг него, Хряк бурчал себе что-то под нос, выпятив нижнюю губу, словно от досады и обиды.
Но стоило ему прийти в себя, парень кинулся к брошенному рюкзаку, вытащил оттуда прозрачный пластиковый контейнер. Распахнул дверь. Как только пушки вновь ожили, бросил туда бомбу. Захлопнул дверь. Пфф! Взрыв выдавил в толстенной двери округлую выпуклость размером с панцирь огромной доисторической черепахи.
Я прошелся по коридору туда-сюда, пытаясь соединиться с Крупой. Наконец он отозвался. Но голос его показался странным, напряженным, недовольным.
— Крупа, вырубай свет, — сказал я. — Нам так не пройти.
— Не могу.
— Почему? Что случилось?
— Я веду бой, — коротко бросил он и отключился.
— Да, ё-мое! — вскрикнул Сашка, повернулся вокруг себя, ударил кулаком по деревяшке, что скрывала грунтовую стену.
— Надо отменять операцию, — решил я.
— Как? Как отменять⁈ — проорал в отчаянье Сашка. — Кто нас отсюда вывезет? Мы можем улететь на твоем челноке, или на космолете с Крупой! Ты понимаешь, Лазер, это или нет?
— Ну тогда придется с боем пробиваться.
Я присел рядом с громадным рюкзаком, куда мы сложили оружие, боеприпасы. Порылся. Квантовая пушка лежала там, полностью заряженная. В большой обойме термоядерные заряды в силовом поле. Я вспомнил, что на моем спейфайтере у меня была портальная пушка. Эх, как бы она пригодилась бы нам сейчас!
— Вставай, Хряк. Я пойду первым. Если что, буду включать силовое поле. Хотя надолго его не хватит. Но другого выхода нет.
Коридор за дверью встретил нас глубокой какой-то просто зловещей тьмой. Все лампы разбиты вдребезги. Фонарь на моем скафандре выхватил на полу слой из перекрученных металлических лохмотьев с оплавленными краями. Ниши, где раньше прятались турели, зияли черными провалами.
Коридор расширился, вывел нас в круглый зал, стены мрачно отсвечивали темным металлом. В центре высился цилиндр, на ребристой серебристой стенке проступала панель экрана. Вся из танцующих значков алфавита скалькутсов. Но после того, как Кузьмич поделился со мной расшифровкой, над панелью воспарил экран с уже понятными мне символами. Но уяснить, что нужно ввести, я не мог. Сканер нейро-интерфейса помочь ничем не смог.
Шшш. Цок-цок. И я потянул Сашку и Хряка, мы спрятались в тени коридора. К лифту подошли двое, в которых я узнал скалькутсов. Высокие, тощие твари, на скелет которых будто натянули желтую плотную кожу. На вытянутых мордах выступали огромные черные глаза. Дыхательная маска, от которой за спину, в плоский ранец, шли гофрированные трубки. Общались друг с другом булькающими звуками. Но так тихо и невнятно, что понять, о чем они болтают, я не смог.
Пришельцы подошли к панели, и один из них когтем трехпалой лапы ввели код. Я не стал сканировать им мозги, вдруг они заметили бы этот «обыск», это могло вызвать у них подозрение.
Подъехал лифт, с тихим лязгом отъехала створка. И два пришельца исчезли внутри.
— Ну что, Сашка, скажешь? Куда эта шахта ведет?
— Куда-то на дно, там огромный зал. Но с чем я не знаю. Съездим посмотрим?
Я вызвал схему полигона на внешний экран. Судя по коду, который ввели пришельцы, это был самый нижний уровень.
— Вот, — я провел на плане пальцем линию. — На этом уровне и находится мой спейсфайтер. Так что спускаемся.
— Ага. И там нас ждут, прямо, как дорогих гостей, — пробурчал Сашка.
— И что ты предлагаешь? — воскликнул я, не скрывая раздражения. — Мне нужен мой аппарат. А вы можете здесь оставаться.
Решительно направился к панели, занес палец для набора кода.
— Лазер, давай так, — Сашка остановил меня. — Спустимся по внутренней аварийной лестнице. Она по стене шахты проходит.
— А Хряк с этим всем барахлом как спустится?
  
— Да я ничего, — Хряк поднял рюкзак, набросил на плечи. — Смогу.
— Хорошо, Сашка, я согласен, — я огляделся по сторонам. — Откуда доступ к этой лестнице?
— Здесь сбоку есть проход, — Сашка махнул рукой, показывая в угол, где темнел квадрат люка.
Мы проникли в шахту лифта и начали спускаться по лестнице. Первым бодро переставляя ноги, лез легкий худой Сашка, потом я. А за нами, пыхтя, заставляя тяжело вздрагивать всю металлическую конструкцию, шел Хряк. Мы все-таки взяли у него часть снаряжения, винтовки, пушку. Так что совесть меня уже не мучила.