Черная вишня

– Куда он? – спросила растерянно, заслужив странный взгляд.
– Убивать пошел, – беспечно бросил маг.
– Как? – опешила я.
– А чего ты добивалась? – Альгер сел обратно.
– Я просто обиделась на такое обвинение. А тогда, ну… испугалась очень. Он как-то решительно настроен был.
– Ника, мне надо идти, если они затеют дуэль, то понадобится секундант и, возможно, лекарь.
– А мне ногу можешь полечить? – спросила я нервно. Хотелось куда-то бежать, и было очень страшно за Шера.
  
– Что ж ты сразу не сказала!
– Пока сижу – не болит, – буркнула я, а мою ногу уже водружали на стол и накрывали ладонями.
– Может, тебя вообще не лечить? – проворчал маг. – Тогда ты точно будешь сидеть здесь и тебя не нужно будет разыскивать по всему замку.
– Не поможет. Я даже со сломанной ногой танцевать ходила, – призналась я честно и добавила: – Альгер, скажи мне, что этот Амир отвратительный боец.
– Хотел бы, но степняки буквально рождаются с оружием. Я против него и минуты не продержусь.
У меня дыхание перехватило. Что я наделала?!
Мы неслись по коридорам. Маг у кого-то что-то спрашивал через медальон.
Противоборствующие стороны обнаружились в одном из дворов. За казармами. И от мира и согласия было далеко. Амир вертел в руках изогнутый хищный клинок, Шердан извлек из ножен почти прямой меч. Когда тренировался с Альгером, у него был другой.
Воины сближались, обступая выложенный светлыми камнями большой круг. Похоже, место для поединков тут было выделено и использовалось регулярно.
До шаисы новости еще не дошли, по крайней мере, со своего места в тени стены я ее нигде не видела.
– Поединок до результата, – объявил какой-то мужчина.
Липкий страх стиснул внутренности. Запястье неприятно покалывало. Хотелось подойти, что-то сказать. Но пока я раздумывала, негромко продребезжал от пинка щит, висящий на перекладине. И пара противников в круге сорвалась в стремительную рубку.
Я закусила палец, чтобы не орать, и дернулась вперед. За плечи меня поймал Альгер. Кажется, он был не слишком взволнован.
Мужчины сходились раз за разом, обмениваясь молниеносными ударами.
– Видишь, как отличаются их техники, – нашептывал мне на ухо маг, и я кивала, хотя ничего не понимала в рисунке боя.
– У Амира ятаган, раны наносит режущие за счет веса и изгиба. А у клинка Шера изгиб слабый и заточка полуторная. О! Сейчас будет… Надо же! Отбил! – с досадой прокомментировал Альгер. – А у меня не получается. Так вот, Шер может наносить и режущие, и колющие…
В этот момент Амир как-то хитро крутнулся, резко меняя направление атаки, и я увидела, как Шердан сильно отклоняется назад, падая на руку. Но тут же изворачивается, перекатываясь в сторону, еле уходя от широкого рубящего удара наискось.
А дальше у меня был шок. Я пыталась рвануться в круг, видя, как стремительно краснеет на груди моего брюнета рубашка. Но меня все так же удерживал маг. И судя по тому, как впивались в мои плечи его пальцы, спокоен он больше не был. О том, что останутся синяки, подумала как-то отрешенно.
– Смотри.
И я смотрела. А что мне оставалось?
Вскоре даже несведущей мне стало понятно, что что-то изменилось. Противники снова сошлись, но теперь Амир пятился. Отбивал удары, все более мрачнея, и снова пятился. Шердан двигался и атаковал стремительнее, чем прежде, хотя лично мне это казалось невозможным. Я осознавала только одно: долго так продолжаться не может. Он ведь кровью истечет, устанет. Но, как оказалось, данная тактика имела свою цель. Дикий напор заставил ошибиться уже Амира, тот на мгновение замешкался и тут же получил жалящий укол в ногу, а затем еще один. Узкое лезвие пронзило ключицу, выводя степняка из строя.
Звякнула о камни упавшая сталь, и степняк припал на одно колено.
Альгер меня больше не держал, поспешив туда, где Шер уже что-то говорил своему противнику, помогая ему подняться.
– Ника! – Обернувшись, я увидела, что ко мне подходит Кари, а шаиса Галиана скрывается в замке.
Кари проследила за моим взглядом, подмигнула.
– Матушка очень довольна, – заговорщицки проговорила она. – Теперь она с Амира не слезет, пока не вытрясет все, что хотела, и даже больше. Проигравшая сторона всегда уступает. А ты что такая бледная?
Тут она заметила, как к нам идут ее брат и Альгер. А меня не отпускало чувство, что все вокруг как-то не так реагируют, как должны бы. Два поединщика, смертельная опасность. Или не смертельная? Ведь Шердан не убил Амира. Я уже не понимала решительно ничего.
Кари поцеловала брата в щеку. Сделала мне страшные глаза и упорхнула, а меня уже молча поймали под руки и увлекли в сторону покоев.
– Почему ты так побледнела? – Шердан вышел из спальни, на ходу надевая рубашку.
– Я подумала, что один из вас умрет. – Я оторвалась от разглядывания маникюра.
Грудь шайсара пересекал длинный розовый шрам. Прежде чем сбежать, Альгер объяснил, что скоро даже рубца не останется, только полоска незагорелой кожи.
– Это был поединок до результата. – Он пожал плечами и сел на диван напротив.
– До какого результата? На Земле дуэльный кодекс отменен почти повсеместно! – Я снова злилась. – И результат я понимаю очень условно. Если не до первой крови, то до смерти!
– Да ты кровожадна, – проговорил он иронично, наливая себе и мне вина.
– А что я могла еще подумать? – Я отпила полбокала. – Нет человека – нет проблемы. Чем не результат?
– Прямо слова моего начальника, кстати, твоего гипотетического деда! Ты точно не хочешь поработать на безопасность? – весело спросил этот интриган. – Ну как хочешь. А поединок до результата – это пока один из поединщиков не потеряет способность сражаться или до признания поражения.
– Ясно. Я все не так поняла. Но ты умчался с перекошенным лицом, Альгер сказал, что ты пошел убивать, и пытался умчаться тоже. – Кажется, остатки адреналина меня почти покинули, и я готова была расплакаться.
– Ника, прекрати нервничать. – Шер присел передо мной на корточки, поймал за руки, погладил запястья большими пальцами.
– Я испугалась, – прошептала я совсем тихо.
– На самом деле это мой четвертый поединок с Амиром, – признался этот невероятный тип. – Последний раз я бился с ним почти четыре года назад.
– То есть у вас это в порядке вещей? – Он меня немного шокировал.
– Именно с ним – да. Мы понимаем, что смерть одного из нас никому не выгодна.
– Значит, ты не рисковал?
– Почему же. Всегда есть место случаю. Кстати, вывести из строя противника сложнее, чем убить. – Шер отпустил мои руки и сел обратно. – Ну и матушка просила надавить на него.
– С ума сойти! Так ты использовал меня как повод подраться с ним? – Похоже, я опять злилась. – Чтобы шаисе Галиане было проще согласовать пошлины?
Этот гад виновато улыбнулся и добил меня:
– Амир, скорее всего, задевал тебя с этой же целью. Три предыдущих поединка я ему проиграл, и он был уверен в победе. – Тут Шер заметил мое состояние и поспешил уточнить: – Но это не отменяет того, что ты очень красивая девушка и, вне всяких сомнений, понравилась ему.
Было довольно гадко. Я всерьез переживала за то, что кто-то может пострадать, а меня просто использовали, чтобы подраться и тем упростить согласование таможенных пошлин.
– Я поняла, – ответила ровно.
А потом выскочила за дверь, справедливо полагая, что его светлость бос и неодет, а значит, сразу преследовать меня не станет. И припустила в сторону подвалов.
Но так и не дошла до цели. Во-первых, вспомнила, что обнаружат меня везде, а дух просил приходить одну. Во-вторых, была поймана шаисой, которая без лишних слов утащила меня в библиотеку. У нее снова появились вопросы. Я постаралась не выть в голос.
   
Глава 13
 
Нет ничего более невыносимого, чем безделье.
В окна башни были вмурованы нешуточные решетки. Я сидела на подоконнике и озирала живописные окрестности. Под стропилами суетились голуби. На крыше, где была смотровая площадка, дежурили дозорные и была налажена система наподобие гелиографа. Не знаю, зачем это при всеобщей магификации, но, видимо, до конца кудесникам не доверяли. Там же стояло какое-то метательное орудие на станине и покоилась внушительная горка тяжелых даже с виду ядер. Я хихикнула, вспомнив шутку про чугуниевую бомбу, постояла на ветру под надзором выглянувших из укрытия солдат и спустилась к голубям. Вслед мне глядели подозрительно. Барышни, во время завтрака лазающие по башням, тут явно были внове.