Птичка (СИ)

Да и Долохов, совершенно не в моём вкусе. Слишком жёсткий взгляд. Наверняка он властный и циничный тип, при его-то положении. И в отношениях, скорее всего, ведёт себя также!
О чём я думаю? И что он там выискивает? То, что я подхожу на эту должность я не сомневалась, и не понимала его подачи.
— Все они пишут, что владеют английским языком, а как только начинаешь разговор, виновато улыбаются, — говорит Долохов, обращаясь к Илье Викторовичу.
И говорит это на английском языке. Илья Викторович только хмыкает, он совсем устранился, оставив шефа руководить процессом.
— Я владею, английским языком, — вставляю я, тоже по-английски, — а также французским, и немецким. Я полиглот. А с вашей стороны, не очень вежливо говорить обо мне в третьем лице, в моём присутствии.
Этим выпадом я заслуживаю короткого удивлённого взгляда от Долохова, изумлённого от Ильи Викторовича, и уважительного от Валерии. Но мне, честно говоря, не до их восхищения, я не совсем понимаю Долохова, и поэтому стремлюсь выяснить всё на берегу.
— Назар Дмитриевич, я знаю себе цену, и прекрасно осознаю, что подходу на эту должность. Лучше вы никого не найдёте. Не скрою «Уолтерс», мне интересен. Помимо того, что я считаю это предприятие прибыльным, и по моим прогнозам уже через полгода открытия, гастропаб выйдет в ноль. Эта концепция нова для нашего, города, но в отличии от остальных городов Сибири, у нас целевая часть населения, как раз наши потенциальные клиенты, поэтому успех обеспечен. Для меня это ещё и интересная работа, которой я планирую отдаваться полностью. Работать я привыкла добросовестно, и ответственно, но вижу, что я вас чем-то не устраиваю, и принимаю это. Это ваше предприятие, к которому вы относите, судя по тому, что лично принимает участие в собеседовании, очень ревностно, и вполне можете иметь на то личные причины, чтобы не принять на работу не понравившегося вам человека. Вы можете сказать мне это прямо, а не выискивать причины, для отрицательного ответа.
Долохов ничего не отвечает на это, и даже на то, что я выдерживаю его красноречивый взгляд. Он оценивающе скользит по мне, словно примеряясь. А я уже мысленно попрощалась с этой должностью.
Сиять «Уолтерс» будет без меня. Я, наверное, даже в качестве гостя сюда не приду.
— Виктория Даниловна, — снова переходит он на вы, — судя по всему вами сказанному, эта должность не по вам, а выше я предложить вам, не могу, и боюсь, вы быстро заскучаете.
— Вы, Назар Дмитриевич, и боитесь? — усмехаюсь я, и встаю из-за стола, и ловлю его мимолетный взгляд на моей груди.
Мужчины тоже поднимаются.
— Было приятно познакомиться, — улыбаюсь я, немного разочарованно, но чего скрывать, я и разочарованна.
Перевожу взгляд сперва на Илью Викторовича, киваю, потом уже смотрю на Валерию, ей коротко улыбаюсь.
— Всего хорошего, — роняет Долохов, равнодушный к моей улыбке.
Илья Викторович тоже прощается, и Валерия спешит проводить меня. И прежде чем покинуть уединенный зал, я прекрасно слышу слова Долохова, который и не думает приглушить свой тон.
— Фигура на тройку, и мозгов многовато, — догоняют меня, его слова.
Их прекрасно слышит Валерия, выходящая со мной, и бросает на меня виноватый взгляд.
Так вот в чем дело!
Я не котируюсь, для миллионера, и его гастропаба. Я не стандартная худышка, ещё и посмела светить своим умом.
Так гадко!
Не думала, что в продвинутый век, буду страдать от дискриминации.
Я коротко и учтиво попрощалась с Валерией, она даже кинула мне стандартную фразу по поводу обязательного звонка.
Бред, конечно!
Я села в машину, и позволила сползти со своего лица спокойствию и радушию.
Что ж, Виктория, лишний раз ты столкнулась с несправедливостью этого мира.
Блин, но как, же я была уверенна, что эта работа у меня в кармане. Прямо всеми фибрами души верила. И так нагло, меня по моське.
Не котируешься ты детка!
Я положила руки на руль, а на них голову, печально, конечно, но не смертельно.
Задумалась над тем куда податься.
Домой не охота. Мама будет кудахтать, о том, что они ещё пожалеют, что такого специалист как я надо поискать.
 
Может и правда в этом дело? Меньше надо выпячивать свой ум!
Но я же, хотела показать, что разбираюсь во всех аспектах!
Перестаралась!
Как часто ворчит папа, правда, пока мама не слышит, мужики не любят сильных и умных баб.
Ну а что мне делать?
Глупее я не умею казаться!
Да ещё и это замечание про фигуру. Шовинист проклятый! У меня офигенная фигура, это у тебя вкус паршивый!
Это я уже разозлилась!
Ударила по рулю руками и подняла голову, намереваясь не секунды больше оставаться, даже на парковке перед гастропабом, чтобы не терзать себя больше, и застыла.
Напротив, возле большой чёрной машины стоял Долохов, и расстреливал меня взглядом.
Он остановился, открыв дверь пассажирского сидения, и смотрел на меня, словно наслаждался моим раздраем, вроде как поставил на место зарвавшуюся бабу.
Может прав отец, это и нужно мужчинам, чувство превосходства, и власти. Всё же инстинкты, никуда от них не деется.
Я отвела взгляд первой, и завела машину, вывернула с парковки, прощаясь с работой, которую так хотела заполучить, и с циничным миллионером Долоховым.
Ладно, всё забыли, живём дальше.
2. Желание сбывается.
— Юля, я тебя настоятельно прошу, проследи, чтобы новую коллекцию выставили полностью и вовремя, и с поставками больше не портачьте! — вещаю в трубку.
— Вик, ну харе уже меня отчитывать! — взвыла Юля.
— Ну, вам хорошо говорить, а весь негатив потом я собираю от своих подписчиков, — фыркнула я, и пошла, открывать дверь, потому, что на пороге стоял Лев, отчётливо видный мне в видеофон.
— Ну, всё, всё поняла, прослежу лично! Целую! — Юлька отключается, а я спешу впустить парня.
Лев как всегда с букетом цветов, восхищённо окидывает меня взглядом.
— Привет, — протягивает мне цветы.
Много жёлтых тюльпанов. Обожаю их. Много, так, что держать, тяжело.
Лев скидывает обувь проходит в гостиную.
— Что тихо так, где все? — имеет виду мои родителей.
— Поехали открывать дачный сезон, — я пошла за вазой.
— Не рано, — смеётся Лев, и ловит меня на излёте в ванную, обнимает.
Он высокий и немного долговязый. Светлые волосы, постоянно в беспорядке, но ему идёт. С его голубыми глазами и крупными чертами лица. Они ему придают мальчишеский шарм. Лев айтишник. Мы познакомились в компании общих друзей. Он стал вторым мужчиной в моей жизни. Тогда я ещё отходила от длительных отношений, которые ранят меня, по сей день. А Лев нашёл какой-то подход ко мне. Может просто рассмешил. А потом выяснилось, что у нас много точек соприкосновения. Он немного старше, всего на пару лет, и, не смотря на то, что я предпочитаю мужчин постарше, Лев смог найти ко мне ключик. И вот уже два месяца, ухаживает за мной, а пару недель настойчиво старается перейти к более решительным действиям.
Я вроде, как и не против, и не девственница, слава Богу, в двадцать пять-то. Просто прошлые отношения мои были настолько больными, что пока мы не спим вместе, у меня есть ощущения некой несерьёзности этих. Может малодушно, но мне так легче. А ещё Лев очень нравится моим родителям, вот просто уже свадьбу планируют, и давят на меня, особенно мама.
Вот и сейчас Лев ловит мои губы, прижимает к себе. Урчит, сжимает в объятиях. Его прикосновения мне приятны, и поцелуи тоже не вызывают отторжения. Просто я всё время сравниваю свои неземные ощущения, из первых отношений, и понимаю, что Лев это полумера, и всё время задаюсь вопросом, готова ли я мириться с этим, и насколько честно это по отношению ко Льву.
— М-м-м Лёв, — отстраняюсь, всё ещё сжимая в руках букет.
— Хочу тебя, малыш, сколько ещё будешь мучить меня? — резонный вопрос, ещё бы мне кто-нибудь сказал.
— Прости, я…
Договорить не даёт, снова целует, похоже Лев настроен серьёзно, не удивлюсь, если это групповой сговор. Моя мамочка вполне могла позвонить Льву, и предупредить, что они с отцом уезжают с ночевкой. Она у меня всю жизнь на руководящих должностях, поэтому видимо папа и делится, втихаря своей мудростью, исходя из собственного опыта жизненного, чтобы не выпячивала я свою силу, была мягче, беззащитнее.