Высшая Каста
Дагни чувствовала вину.
А иногда – лёгкую грусть. Ведь в своё время ей требовалось всего лишь соблазнить Артёма, притупить его бдительность, использовать в интересах Консула, а затем – убить. Но то, что началось как задание, не самое приятное, но задание, превратилось в страсть, захватившую их обоих. Артём, потерявший любовь, и она, никогда не знавшая любви, нашли друг друга… Встретились и не смогли расстаться. После чего всё пошло наперекосяк – в их жизнях, в их обязательствах, в их положении, но не между ними. Между ними всё как раз получилось идеально.
И это «идеально» Артём был готов защищать до последнего вздоха. И Дагни – тоже. Потому что то, что у них получилось, стало для наёмника и ведьмы самым главным в жизни. Самым ценным. Они берегли и сражались за свои неповторимые отношения, потому что всё остальное можно купить или добыть. Артём не сомневался, что привезёт красную «батарейку», поэтому Дагни ещё вчера влила в себя немного энергии из оставшегося у них артефакта – чтобы проводить мужчину как следует, и сегодня чувствовала себя великолепно.
Проснулась, привела себя в порядок и, поскольку дел по дому было мало, а погода стояла солнечная, решила искупаться. Вода в горном озере была весьма прохладной, но девушке она нравилась – освежала и бодрила. Конечно, хорошо, когда на берегу её поджидал Артём и сразу принимался растирать мохнатым полотенцем, но пока его можно только представлять. И ждать.
Дагни с разбегу бросилась в воду – она предпочитала сразу нырять с головой, а не медленно входить, привыкая к холодной воде, вынырнула, фыркнула и поплыла от берега, рассекая воду сильными, резкими гребками. Примерно на середине остановилась, перевернулась на спину и некоторое время блаженствовала, жмурясь на солнце. А затем её внимание привлёк новый звук. Не звук, а звуки – голоса. Мужские. Девушка перевернулась на живот, посмотрела на берег, и её губы сжались в тонкую полоску.
Чужаки.
Первая мысль почти паническая: «Нас нашли?! Взяли Артёма и проследили его путь?»
Но через секунду девушка поняла, что не чувствует магии. На берегу её поджидали четверо парней – или мужчин, отсюда не видно, – которые были обыкновенными челами. Не колдунами.
«Интересно, что вам здесь нужно?»
Волнение, конечно, осталось – Дагни понимала, что, скорее всего, незваные гости явились не с добрыми намерениями, но ощущение серьёзной опасности исчезло. Не могло не исчезнуть, учитывая, что внутри девушки плескалась недоступная обычным челам сила. Однако Дагни понимала, что использовать её придётся с большой осторожностью, чтобы о ней не поползли ненужные слухи.
«А может, они просто заблудились и хотят спросить дорогу?»
Вероятность существовала… ровно до того момента, как рыжая доплыла до берега и вышла из воды. Взгляды, которыми мужчины ощупали её фигуру, говорили много больше слов.
«Не заблудились…»
Лица незнакомые, хотя… Одного из гостей она, кажется, видела в придорожном магазине, в который они с Артёмом заезжали несколько дней назад. Тогда она поймала на себе заинтересованный взгляд, но не обратила внимания – подобными взглядами её награждали постоянно. А парень, получается, её запомнил, запал и проследил до дома.
– Ты не против, если мы тоже искупаемся?
Дагни молча развернула полотенце, вытерла лицо, затем набросила на плечи и чуть склонила голову:
– Вы не заметили табличку «Частные владения»?
Одна из серёжек в правом ухе девушки была «толмачом» – артефактом, шепчущим ей перевод услышанного и переводящим ответные фразы на итальянский, поэтому разговор шёл в режиме реального времени.
– Мы решили, что вы скучаете, синьора, и обрадуетесь гостям. Муж ведь уехал.
То есть они засекли машину Артёма и решили воспользоваться моментом.
«Они настолько голодны или я им сильно понравилась?»
– Муж запрещает принимать гостей в его отсутствие, – спокойно ответила рыжая.
– Не доверяет?
– Не хочет рисковать.
– Давай не будем ему рассказывать, – мягко предложил главный из незваных гостей. – Кстати, меня зовут Роберто. – Он подождал, не услышал ответа и вообще какого-либо комментария, но не смутился и продолжил: – Просто искупаемся, поговорим о разном… приятно проведём время…
И стал стягивать рубашку. Его дружки заулыбались, но пока не последовали примеру вожака. Ждут.
– Муж часто уезжает?
Роберто оказался мускулистым, спортивным парнем и явно считал себя неотразимым. Возможно, для этого у него были основания.
– У тебя прикольные украшения. Любишь пирсинг?
– Любила в молодости.
Бурлящей внутри энергии хватит, чтобы вызвать одного джинна минут на пять-семь, но это намного больше чем нужно: чтобы убить всех четверых, джинну потребуется не более десяти секунд. Но использовать магию нельзя. В смысле, заметную магию, вроде джиннов или «эльфийской стрелы», да и убивать четверых идиотов Дагни не хотела – мало ли кому они рассказали о том, кого собираются «навестить»? А значит, придётся применять «незаметную» магию: ускоряющую движения и усиливающую удар. Рыжая едва заметным движением заставила полотенце соскользнуть на траву. Гости сочли это приглашением, и второй из них начал раздеваться. Роберто же остался в одних только плавках.
– Если хочешь, я могу их снять.
– В этом нет необходимости.
– Тогда сниму в воде… Люблю купаться с красивыми девушками.
Рыжая промолчала.
– Ты согрелась? Пойдём в воду.
Роберто протянул руку.
– Ещё не согрелась, – качнула головой Дагни. – Чтобы согреться, мне недостаточно полотенца. Требуются другие упражнения.
– А она мне нравится! – воскликнул Роберто.
– Явно горячая штучка, – поддержал вожака второй парень.
– Будет весело!
Они читали происходящее по-своему и были уверены, что читают правильно: домик высоко в горах, муж уехал, помощи ждать неоткуда, девушка поняла, что «отношения» неизбежны, и приняла «мудрое» решение пропустить этап активного сопротивления, способного привести «гостей» в бешенство. Можно сказать, что всё пройдёт по согласию.
– Для тех упражнений, которые помогут тебе согреться, купальник необязателен, – заметил Роберто.
– Так сними его, – предложила Дагни.
– Я?
– А кто?
– А ты и в самом деле горячая штучка.
Роберто сделал шаг, оказавшись на расстоянии удара, и… получил его. Правой рукой в голову. Стремительно и резко – остальные трое не увидели движения, только последствия: вожак дёрнул головой и повалился на землю. Следующий удар достался его нетерпеливому приятелю: Дагни сделала два плавных, но необыкновенно быстрых шага и ударила второго любителя искупаться ногой. Тоже в голову. В обоих случаях девушке помогало заклинание «кузнечный молот» на минимальном уровне – этого оказалось вполне достаточно, чтобы сластолюбцы получили по лёгкому сотрясению и отправились в нокаут.
На всё – четыре с половиной секунды.
Затем Дагни подняла полотенце, вернула его на плечи и вопросительно посмотрела на двух оставшихся «гостей».
– Понравились мои упражнения?
Они переглянулись. Первый шок прошёл, и теперь оставшиеся на ногах парни лихорадочно оценивали ситуацию, прикидывая, продолжить ли склонять хрупкую рыжую красавицу с золотым пирсингом к «отношениям», или имеет смысл отступить, пока не поздно?
– Если вы сделаете правильный выбор, то не забудьте одежду этих шалопаев – мне на лужайке грязь не нужна.
– Не боишься, что мы вернёмся?
Дагни помолчала, глядя задавшему вопрос в глаза, после чего едва заметно пожала плечами:
– В этом случае оставь родным письмо, что ты собрался сюда – чтобы они знали, где тебя искать. – И с улыбкой перевела взгляд на озеро. – Мотайте, парни, пока целы. К тому же муж скоро вернётся, и мне нужно заниматься обедом.
* * *шато Канкон
окрестности Марселя, Франция
Маркиз Канкон очень хотел владеть настоящим дворцом. Прекрасным, вызывающим восхищение дворцом, при упоминании которого все знакомые – и даже чванливые парижские штучки! – цокали бы языками, кивали головами и говорили: «О да! Я был у Пьера и хочу сказать, что его дворец – это нечто!» Маркиз хотел блистать и потому без должного уважения, а если честно – с отвращением – вспоминал прагматичных предков, которых интересовала не красота главного здания поместья, а размер и обустройство расположенных под ним грандиозных винных подвалов. Что же касается «дворца», то он представлял собой неказистое строение, годное лишь для насмешек и не имеющее никаких надежд быть перестроенным, поскольку нужных средств предки не оставили, предпочитая вкладывать их не в «мишуру, годную лишь пускать пыль в глаза», а в честный семейный бизнес. Как гласило местное предание, именно от огорчения невозможностью жить так, как хотелось, маркиз Канкон и скончался в достаточно раннем возрасте, отписав родовое поместье старому парижскому другу. Которому очень понравились грандиозные винные подвалы, идеально подходящие для превращения их в убежище.