Тайна замка Серых олив
К десяти часам Жюли уже стояла перед коваными воротами замка, которые были чуть приоткрыты. Величественные оливковые деревья тянули ветви над гравийной дорожкой. Она прошла внутрь и замерла от вида: большой двухэтажный каменный особняк, с башенками по бокам, с высокими окнами и лёгким налётом таинственного запустения – словно дом на мгновение застыл во времени.
– Мадемуазель Дорье? – прозвучал женский голос слева. Из тени боковой беседки вышла мадам Гайар, изящная полнощекая дама в светлом костюме. Её улыбка была дружелюбна, а в руках она держала планшет со списками.
– Да, это я. – Жюли улыбнулась, сразу потянулась к ней пожать руку. – Рада познакомиться.
– Прекрасно. Я как раз ждала вас. Прошу, следуйте за мной, – мадам Гайар сделала энергичный жест, указывая в сторону парадной двери. – Сейчас я покажу, как у нас устроена подготовка к балу.
Они пошли по дорожке, и Жюли успевала быстро озираться по сторонам. Не удержавшись, спросила:
– Замок всегда выглядит так… величественно, но будто бы немного пустынно?
– О да, – кивнула мадам Гайар, – семья де Лабор не живёт здесь постоянно. Они то уезжают в Париж, то в Италию. Маркиз часто мотается по делам. Но к балу всё привели в порядок, наняли дополнительные руки.
– А маркиз уже здесь, в имении?
– Приехал на днях. Вчера поздно вечером виделась с ним, очень устал и нервничает, – мадам Гайар покачала головой. – Но вы, журналистка, не упустите возможность взять у него пару комментариев, правда? Он в приёмном зале, если пожелаете, я попрошу его уделить вам минутку.
Жюли кивнула, внутренне в лёгком трепете: «Раз уж возможность есть, надо ею воспользоваться.»
Они зашли в просторный вестибюль, где холодный мраморный пол отражал высокие колонны. Свет проникал сквозь стеклянный купол на потолке, но всё равно царила полутень, придававшая месту слегка таинственный вид. В углу мерцал камин, хотя на улице было не слишком холодно, – возможно, для уютной атмосферы.
Здесь уже суетились люди: пара слуг расставляли стулья, кто-то развешивал ткани, готовя декор к предстоящему балу. Из приёмного зала доносились звуки перебора скрипок – музыканты, видимо, проводили репетицию.
– Вы видите, всё в полном разгаре, – шёпотом заметила мадам Гайар. – Идёмте, покажу вам, где будет танцпол, где столы…
Они прошли через арку, и Жюли поразило, насколько высок потолок: своды плыли где-то наверху в узорах, а вдоль стен шли длинные панно с изображениями охотничьих сцен. Она ловко вынула фотоаппарат и сделала пару снимков, пока мадам Гайар не отвела её в сторону:
– Только будьте осторожны с фотографиями, маркиз любит контроль над тем, что публикуют.
Жюли улыбнулась:
– Понимаю. Но без снимков репортаж будет не столь живым. Я аккуратно отберу, что пойдёт в печать.
Мадам Гайар удовлетворённо кивнула:
– Хорошо. Кстати, он сказал, что вскоре может вас принять. Сейчас, возможно, беседует с кем-то из местной аристократии. Да и дочка его, мадемуазель Элоиза, тоже где-то здесь. Может, и с ней поговорите, она в организации бала участвует. Да-да, пойдёмте, наверняка найдём их в Малом салоне.
Они миновали парадный зал и прошли к Малом салону, двери которого были приоткрыты. Изнутри слышался негромкий мужской голос. Жюли замедлила шаг – внутри явно шёл разговор, не хотелось врываться без стука.
– Дорогой маркиз, – произнёс голос, – я надеюсь, вы всё же придаёте значение тому, что приглашены столь высокие персоны. Нельзя ударить в грязь лицом, замок…
– Прошу, не учите меня управлять собственным домом, – жёстко отрезал второй, более усталый голос. – Вон из-за таких рекомендаций я и оказался в долгах, мадам Виконтесса.
«Виконтесса? – Жюли удивлённо моргнула, обмениваясь взглядом с мадам Гайар. – Значит, там виконтесса де Лафонтен?»
Через секунду в дверях показалась женщина лет пятидесяти в элегантном бархатном платье, лицо её потускнело от досады. Она смерила Жюли холодным взглядом, но сразу выдавила вежливую улыбку:
– О, у нас гости? Приятно познакомиться, – тихо произнесла она с кивком, проскользнув мимо.
В комнате же остался мужчина, седовласый, но статный, в безупречном костюме. По осанке и выражению лица можно было догадаться: это маркиз де Лабор. Он повернулся к ним:
– Мадам Гайар, – произнёс он негромко, – это новая журналистка?
– Да, – подтвердила она, жестом подзывая Жюли. – Мадемуазель Дорье. Прибыла из местной газеты делать репортаж о нашем благотворительном бале.
– Рад знакомству, – суховато кивнул маркиз. – Можете задавать вопросы, если хотите, но прошу учесть, что я немногословен по поводу своей семьи.
Жюли сделала крошечный реверанс, не зная, как вести себя: то ли формально, то ли свободно. Склонила голову:
– Спасибо, маркиз. Я обещаю, что в репортаже акцентирую торжественную атмосферу и цель – сбор средств на реставрацию.
Маркиз усмехнулся с некоторой усталостью:
– Да, было бы неплохо. Ведь люди часто забывают о настоящей миссии таких событий, подменяя их праздной сплетней. Вы, как журналист, можете помочь раскрыть важность культурного наследия нашего города.
– Разумеется, – кивнула Жюли, и сердце у неё ёкнуло: «Вот он, хозяин “Замка Серых Олив” – тот самый, о чьих тайнах шепчутся в округе».
Пара вопросов, которые она задала, касались планов на бал: какое число гостей ожидается, насколько велика сумма, которую хотели бы собрать. Маркиз отвечал чётко, но отрывисто, то и дело поглядывая на дверь, словно ждал возвращения той самой виконтессы, которая только что ушла.
– Мы стремимся собрать не менее ста тысяч евро на восстановление старинной монастырской стены, – сообщил он. – Это немалая сумма, но при тщательной организации всё возможно.
– Потрясающе… – произнесла Жюли, продолжая записывать в блокнот. – А можете ли вы сказать пару слов о вашей дочери Элоизе? Ведь она в центре внимания, как я слышала.
Упоминание Элоизы вызвало у маркиза лёгкую тень недовольства:
– Да, моя дочь – умна, красива, надеюсь, в будущем достойно унаследует замок и продолжит наши семейные традиции. На балу вы сможете поговорить с ней лично.
Мадам Гайар, почувствовав напряжение, прибавила:
– Прекрасно, думаю, на этом пока всё, маркиз. Мадемуазель Дорье осмотрит залы, чтобы понимать, как располагаются столы и оркестр.
– Конечно, – кивнул маркиз. – Могу попросить лишь об одном: пишите о фактах – чтобы люди знали, какие пожертвования действительно нужны. А лишних сплетен старайтесь не допускать.
Он бросил на Жюли выжидающий взгляд, от которого у неё пробежали мурашки по спине. Словно предупреждал: «Не лезь слишком глубоко в семейные секреты». Но Жюли понимала: для атмосферного репортажа нужно больше, чем голые факты. Однако сейчас она просто учтиво улыбнулась:
– Разумеется, буду аккуратна.
Маркиз чуть расслабился, кивнул, демонстративно взглянул на часы и отошёл к окну, оставляя её наедине с мадам Гайар.
Когда они вышли из Мaлого салона, мадам Гайар отвела Жюли к широкому коридору:
– Здесь будет устроен проход для гостей, а вон там – небольшой буфет. Попробуйте задать пару вопросов Элоизе позже. Думаю, она должна быть где-то в оранжерее.
– Хорошо, – Жюли уже видела, что предстоит большая работа. И столько всего интригующего.
Они спустились по низкой лестнице во двор. Воздух здесь был насыщен запахом оливковых деревьев и цветов. Пока Жюли прощалась с мадам Гайар, неожиданно из бокового флигеля вышел молодой мужчина, приятной наружности, быстро поклонился дамам и поспешил к двери. Жюли лишь на миг пересеклась с ним взглядом. «Кто-то из гостей? – мелькнула мысль. – Или один из родственников?»
Окинув на прощание взглядом своды, балконы и многовековые стены «Замка Серых Олив», Жюли ощутила тихое волнение. Вокруг этой семьи, кажется, действительно крутилась какая-то странная драма. Сама атмосфера пропитана непонятным напряжением.
«Что ж, – подумала она, шагая к воротам, – надо подготовиться к бурному репортажу. И, кажется, здесь может скрываться гораздо больше, чем просто информация о благотворительной акции».