Охотник на мафию. Часть 1 (СИ)

Юрий тоже знал про эти рекомендации и продолжил.
- Даже, скорее не в меня, а в тело Сергея. Сейчас с тобой, Иваныч, говорит не Сергей. Душа Сергея куда-то делась. Наверное, вылетела, из-за попадания пули в сердце. Не знаю. От него осталась память и некоторые рефлекторные реакции. В том числе и речевые. Начинал разговор с тобой его... Э-э-э... Разум, что-ли?
Юрий пока решил не говорить о памяти Сергея из будущего.
- Но с его памятью не всё так просто. Она не раскрытая передо мной книга. Я не могу её листать. Она вроде как просыпается, время от времени. То есть, я не всё помню, что знал Серёга. Я вот совсем не знал, что он восстановился на службе.
- Ты не восстанавливался на службе. Ты не уходил со службы. Забыл?
- Ты не услышал! – чуть повысил голос Юрий. – Я не Сергей!
- Ты не дури! – тоже повысил голос Ковалёв. – Юрку жаль. Это безусловно! Но... Не сходи с ума. В «дурку» хочешь?!
- Ты не горячись! – уже тише сказал Юрий. – Я тебе легко сейчас докажу, что я – это Юрий. Я знаю все его, то есть мои, явки, пароли, оперативные дела, агентов, наконец. И ещё... Тот номер телефона, по которому я тебе позвонил... Он ведь не простой номер. Ты сам мне говорил, что не всем его даёшь. Что он у тебя идёт через...
- Тихо, ты!
Ковалёв встал и вышел из-за стола, подошёл ближе к Юрию, приподнял его подбородок, заглянул в глаза. Серые радужки едва виднелись за щёлочками век.
- Скажи своё кодовое слово.
Юрий сказал.
- А чрезвычайное?
Сказал.
- Такого не бывает!
- Сам знаю!
- А теперь скажи то же самое, но свои.
- В смысле?
- Ну, для Субботина.
- Так... Это... Не знаю. Всё, что касается тебя Абдула спрятал куда-то далеко. Оно вылезет постепенно, но пока... Не знаю. От полиграфа, наверное спрятал.
- Правильно. Учили его этому. В смысле – тебя. Тьфу, блять. Запутал совсем.
Ковалёв снова уселся на свой стул и забарабанил пальцами по столу.
- Та-а-а-к... Так не бывает, но случилось... А значит, что?
«Бородач» снова побарабанил пальцами.
- Сможешь продолжить игру? Говоришь, не всё помнишь?
- Серёгино не всё помню. А что за игра?
Ковалёв снова подскочил со стула и прошёлся до входной двери, приоткрыл её и выглянул в зал. Свет погас, а потом снова, когда дверь закрылась, загорелся. Потом Ковалёв взял пульт от стоящего в нише под потолком, телевизора и включил его. На экране появилась мерцающая рябь помех, а вслед за ней раздался характерный шум. Сделав шум погромче Ковалёв посмотрел на Сергея.
- Вот же ж бред! Сам себе не верю, что верю в эту чушь! Но делать нечего. Слушай. С момента падения Союза предполагалось, что начнётся передел сфер влияния и разграбление страны. Не будем сейчас о том, можно ли было его избежать. Вся структура Союза прогнила с низу до верху. Предатель на предателе. И в партии, и в правительстве, и в у нас, и у наших соседей. Везде, короче. Да тебе ли не знать? Про опиум, что из Афгана военными бортами возили, слышал? Ну вот. А держать власть в этом беспределе надо... Вот и поступила команда поддерживать определённых людей. Нельзя допустить управленческого хаоса.
Он замолчал, взял стакан, поднёс к губам, но потом, увидев, что он пуст, поставил на стол.
- Ты о новом губернаторе?
Ковалёв кивнул.
- Но ведь рядом с ним бандиты?! – возмутился Юрий
Ковалёв хмыкнул.
- А где их сейчас нет? Ты думаешь в СССР рядом с партией и правительством не крутились бандиты? Да сколько угодно! Особенно на Кавказе и в Средней Азии. Через воров в законе Иосиф Виссарионович страной управлял. Главное, чтобы беспредела не было, а он сейчас есть. Вот наша задача - беспредел прекратить.
- Так, вроде, как не наша это функция, - проговорил Юрий. – Соседи да менты пусть крутятся.
- Они и крутятся, как могут. Менты только документируют сходки, анкетируют бандитов, профилактические мероприятия проводят, вербуют и подсасывают информацию. А «соседи» сейчас заняты отбором государственной собственности и создании новой элиты. Из себя любимых. Такая им дана установка. Финансовая система СССР рухнула, а закордонный агентурный аппарат содержать надо. Не до бандитских разборок им сейчас.
 
- То есть, если я правильно понимаю, то, чем занимался Сергей, - установка партии и правительства?
Ковалёв поморщился.
- Не всё так просто. В горле пересохло. Пойду чай налью. Тебе принести?
- Принеси.
Ковалёв вышел и вскоре снова вернулся, неся в одной руке два стакана в подстаканниках, а в другой вазочку с какими-то мелкими плюшками.
- Тут у них хорошая выпечка.
- Я знаю. Ты постоянно об этом говоришь. И это ещё одна наша контрольная фраза.
- Верно, - вздохнул Ковалёв и добавил. – Охренеть!
Он снова уселся за стол и какое-то время они отдались горячему чаю и плюшкам. Потом Юрий спросил.
- Но если так всё централизованно, то как тогда в мэры пробрался этот чудик? Они же с губернатором были на ножах.
- Ну, во-первых, не такой уж он и чудик. Капраз всё-таки. Говорят – технический гений. Буйный немного, но сейчас это может и к лучшему. Тут ещё надо понимать, что, централизации, как ты говоришь, по сути, нет. Там, в Москве, тоже та ещё гидра...
- Это понятно.
- Хорошо, что многие там тупо занимаются расхищением государственной собственности, и не играют в региональную политику.
- Но ведь мэр и губернатор должны работать вместе?! Вот сейчас, например...
- И воровать вместе? Вот увидишь, этот мэр ещё проворуется, - сказал Ковалёв.
У Юрия в голове вдруг пронеслась вереница Владивостокских мэров вплоть до две тысячи двадцать третьего года. И оказалось, что нынешний мэр стал одним из немногих мэров, не привлечённых к уголовной ответственности.
- А давай поспорим, что не проворуется? – сказал Юрий, улыбаясь.
- Узнаю брата Колю, - сказал Ковалёв. – Абдула бы не позволил себе панибратствовать с начальством. Значит ты точно Юрка. Вот же ж казуистика! Убили одного, но он жив, а тот, кто выжил, того нет.
- Казуистика, - согласился Юрий и решил, что пришло время сознаться и в большем. – Ещё хочу сказать. Только ты не сочти меня за шутника или психа.
- Ещё большего психа?! – вскинулся Ковалёв. – А разве бывают такие?
- Бывают, - Юрий вздохнул. – Я будущее знаю.
Ковалёв молча сидел пару минут, а потом спросил:
- С чего это ты вдруг решил?
- Вижу события разные. Которые ещё не случились. Сны.
- Хрена ты! Ясновидец какой! Сны и я вижу! Но не уверен, что они вещие.
- У меня Серёгина память, но она не теперешняя, а аж до две тысячи двадцать третьего года. И там он умирает. Я видел, как он умирает, Иваныч. Но там не было и меня, Юрия. Я немножко сначала запутался, где я, а где он. Но потом понял, что это его память, потому, что меня здесь убили.
- Блять, Серёжа! Или Юра? Да ну тебя! Он, блять, запутался. У меня сейчас мозг лопнет! На хрена мне ещё про это знать? Какое нахрен будущее?!
- Например, в августе будет покушение на Балу, а в сентябре на Макара.
- Какого Макара?
- Александра Макаренко.
- Этот в наших списках не значится.
- А Балу?
- Этот, точно нет. Ты ж защищаешь его. А-а-а... Ну да. Не помнишь?
- Это помню, почему и удивился вашей с Сергеем связи. Он, что, тоже ваш?
Ковалёв покачал головой.
- Наших в бандитах нет. Кроме тебя. Хотя, его тоже бандитом сложно назвать. Сам он в стороне от физических расправ и старается решать дела мирным путём. Вот его некоторые исполнители. Перегибают палку. Некоторых беспредельщиков мы уже вывели из игры. 
- А меня? Можно назвать бандитом?
Ковалёв вздохнул.
- Ты, - он на несколько секунд запнулся. – Ты, Сергей, не бандит, а ликвидатор. Все мероприятия организовываются с санкции верхнего руководства.
- То-то и оно, что «верхнего». Где они будут, когда дядя прокурор за ноздри подтянет, в стойло поставит и насильственным путём рога ломать станет. Или самого ликвидируют за ненадобностью.