Охотник на мафию. Часть 1 (СИ)

- Что молчишь, приём?
Юрий кое-как вытащил откуда-то из глубины глотки зык и судорожно сглотнул.
- Приём, - сказал он.
- Приём-приём! Что хотел?
- Встретиться бы.
- Правильная мысль. Сейчас время есть?
- Есть. Где?
- В кафе на Западной.
- Принято.
Юрий внимательно рассматривал радиостанцию, запоминая, или вспоминая, установленные волны и каналы. Он понял, что станция работает в режиме сканера, который установлен на плавающую частоту определённого диапазона.
- «И что это сейчас было? – спросил он сам себя. – Кого это Ковалёв полковником назвал? Юрия, или Сергея? Если Юрия, то почему сказал о его, Мамаева, убийстве, а если Сергея, то какой он полковник? Серёга – майор. Связь у них явно со скремблером[3], защищённая. Охренеть! Получается, Ковалёв работает на бандитов?! Никому верить, блять, нельзя. Скоро и себе верить перестану.»
Он спустился вниз.
- Отъеду на часок.
- Оружие возьмёте? – спросил дежурный.
Полковник покачал головой.
- «Нахватало мне ещё кого-нибудь из своих завалить, - подумал он. – Из бывших своих... Вот положение!»
- Куда едем? - спросил водила.
- Куда? – удивился полковник вопросу и понял, что и сам не знает куда. Память Сергея на этот вопрос не реагировала.
- На Западную.
Водитель пожал плечами.
[1] СВУ – самодельное взрывное устройство.
[2] ГБР – группа быстрого реагирования.
[3] Скремблер — программное или аппаратное устройство (алгоритм), выполняющее скремблирование — обратимое преобразование цифрового потока без изменения скорости.
  
Глава 7
 
- Через Динамо? – спросил водитель?
- Поехали через Динамо, - задумчиво согласился полковник.
Память Сергея снова не откликнулась, как раньше, когда он касался какой-то новой для себя страницы его жизни. Они тремя машинами выехали на Алеутскую, бывшую 25-го Октября, и, пересекая ей почти поперёк, свернули в сторону стадиона Динамо. За стадионом свернули на Западную. Нырнув под железнодорожный переезд направо, машины проехали мимо ритуального агентства. Здесь мысли Абдулы шевельнулись, но полковник их отогнал. Не то и не теперь.
Он примерно представлял, где может находится кафе, но это было его, Юркино, кафе. В котором они с Ковалёвым не раз и не два справляли дни рождения. А память Абдулы молчала, как партизан на допросе.
Полковник внимательно всматривался в вывески, но иного кафе, кроме «Паруса» на улице Иманской не стояло. Да и то по официальному адресу это кафе значилось стоящим на проспекте Красного знамени. Хотя фасадом выходило на Иманскую.
- Тут тормозни. В кафе зайду.
- Проверка как обычно?
- Как обычно? - удивился полковник и недовольно дёрнул головой. – Пусть будет, как обычно.
Бойцы высыпали из машин, но только двое пошли к парадным дверям, осмотрели вход и вошли в кафе. 
Только после того, когда они вышли, перед полковником распахнулась дверь джипа.
- «Солидно работают», - подумал он, наступая на бордюр. – «На уровне девятки[1]. Хорошо их Серый выдрочил».
В кафе, как всегда, стоял полумрак. Хозяева экономили электричество и включали настольные лампы только для посетителей. Полковник иногда, если работа была где-то рядом и имелось время на перекус, в кафе заходил, но ни разу не видел здесь посетителей больше одного.
Вдруг откликнулась память Сергея старшего, и полковник «увидел» это же кафе полное гостей, отмечающих шестидесятилетний юбилей Ковалёва. Было весело. А память Абдулы молчала.
Вот и сейчас перед барной стойкой стоял пожилой бородатый неопрятный человек. Он что-то искал в большом кошельке, перебирая мятые купюры. На стойке на тарелке лежали два пирожка, а рядом стоял стакан с чаем. 
Полковник скользнул взглядом по гражданину. Гражданин вызывал такое эстетическое отторжение, что взгляд Юрия на нём не задержался и скользнул дальше в поисках места, «где бы присесть»?
- «Стоп!», - подумал вдруг он, и насильно заставил себя посмотреть на одинокого посетителя. Он почувствовал, как едва-едва шевельнулась память Абдулы.
 
- «Ах ты ж сука! – возмутился полковник. – Дурить меня вздумали!»
Кто его вздумал дурить, полковник ещё не понимал, но в первую очередь грешил на своё новое тело. Неприятный гражданин взял, тем временем, в руки тарелку с пирожками и стакан в подстаканнике, и двинулся не к столикам, а к неприметной в полумраке двери, обитой такими же, как и стены, деревянными рейками. Открыл её и скрылся, тихонько притворив.
Юрий не стал «шифроваться» и тоже подошёл к этой двери и потянул на себя. За ней была темнота, однако Юрий вошёл и дверь за собой притворил. Тут же включился свет. Ковалёв сидел за столиком в углу и уже пил чай, аккуратно процеживая его через накладную бороду.
- Сколько раз пробовал пить через бороду... Пренепротивнейшая мерзость. Особенно водка, - сказал Сергей. – Я вообще не понимаю тех, то водку цедит. Это какой-то мазохизм. Водку надо забрасывать в рот и сразу глотать.
- Согласен, - сказал начальник ГРУ. – Зато коньяк через бороду, это нечто! Потом запах стоит от бороды. Даже сейчас, после чая, старый аромат чувствуется, а ведь пользовал я её уже, как недели две назад.
- Не до шуток мне сейчас Иваныч.
- Чего так?
- Ты говорил, что меня фэбэры подозревают в убийстве Юрки? Так, вот, правда это. Поэтому, на душе полное гавно.
- Во, бля! – только и смог сказать Ковалёв.
Тут память Субботина словно раскрылась для Юрия и полковник впал в ступор. Поэтому заговорил, в общем-то, Абдула.
- Кто ж знал, что его туда черти занесут?! Ты же помнишь, что мы пасли отморозков, что в мае неудачно покушались на Кирилина. И по нашей «вине», кстати, Надеждинский глава остался жить. И во второй раз тоже, кстати. Наши на адресе постреляли Матвеевских. По радио передали, что несколько ушли через из окна. Первый этаж же. Мы с "Черепом" были в прикрытии и перекрыли арочку. И кто знал, что Юрчик в том же доме какой-то адрес проверял. Один, мать его! Вот он первый в арочку и вышел. Вместо Матвеевской группы.
- Вот же ж блять, - выругался Ковалёв.
- Надо было живьём брать, вот я и целил в броник, да пуля, говорят, отрекошетила и в шею попала.
- Я читал сводку, - резко бросил Ковалёв. – Вот же... Встретились, блять, два одиночества! В тёмном переулке в три часа ночи. Сказали, что и в тебя попали.
- Попали. Доктор кудесник. Андрюху выдернули. Месяц со мной возился.
- В Заливе?
Сергей кивнул.
Юрий ничего не понимал. Получалось, что с Сергеем они встретились, когда те охраняли известного предпринимателя, а сейчас главу администрации Хасанского района, на которого уже не раз и не два совершались покушения. Где-то в хассанской администрации «протекала крыша» и бандиты узнавали о его перемещениях. Субботин со своими бойцами, похоже, заманили отморозков в ловушку. Распространив информацию о месте ночёвки Кирилина. В неё же угодил и Юрий, решивший в одиночку проверить инфу одной проститутки, которых приволокли опера с убойного отдела.
Адрес девчонка дала правильный, только арок в том дворе оказалось две. Вот одну и пас Юрий. Только стрельба началась в другом адресе. Квартиры оказались совмещённые.
Юрий наконец-то пришёл в себя, прочитав мысли Сергея и всё правильно поняв. Тот, оказывается, всё то время, что они находились в ссоре, продолжал служить в ГРУ. И даже за четыре года сумел дослужиться до полковника. Юрием овладела ревность. Полковник ГРУ – войсковое звание, а полковник милиции – специальное, в военный билет не записывается. Доведись сейчас Юрию восстановиться в вооружённых силах, взяли бы майором.
- Тут есть ещё одна проблема, - сказал Юрий, откашлявшись.
Он полностью овладел телом и общим сознанием.
Ковалёв поставил на стол подстаканник.
- Как-то так получилось, что сознание Юрки перешло в меня.
Ковалёв прищурился, но ничего не сказал и не спросил. Выдерживал паузу следователя. При начале признательных показаний подследственного было рекомендовано воздерживаться от вопросов. Начал говорить, пусть говорит до конца.