Мозаика сердца (СИ)

— Ты же не выдашь меня? — осторожно спросила я, заглядывая мужу в глаза, встречаясь с его яркими яростными глазами.
Некоторое время он странно смотрел на меня, будто чему-то удивлялся.
— Я люблю тебя, — тихо ответил он, отодвигаясь и отворачиваясь от меня. — Странно, что ты до сих пор не поняла этого, — Я же опешила, окаменев и онемев от неожиданного признания.
— Ты можешь ничего не отвечать. Волки чувствуют, когда их любят. Они всегда знают это. Ты хочешь меня, но не любишь.
Он вдруг резко повернулся и посмотрел на меня темными больными глазами, а я невольно прижала пальцы к губам, боясь произнести что-нибудь ужасное и неподходящее к ситуации.
— Пока ты со мной, я буду любить тебя и защищать… от всех. Когда исчезнешь из моей жизни… Я не хочу даже думать об этом.
— Исчезну? — пробормотала я. А ведь я исчезну и довольно скоро… Осталось меньше двух лет.
— Я знаю о твоей магической клятве, — устало признался Дарен.
— Что? Откуда? — побелела я. — О какой? — спохватилась, но, похоже, было уже поздно. Но мало ли, что он имел в виду?
«Может, он имеет в виду что-то совершенно другое? Пресветлая Богиня, пусть будет так, пожалуйста…»
— Дар рассказал, — рвано выдохнул Дарен, еще отойдя от меня на шаг. Почему он отходит? Будто боится меня.
На мой недоверчивый взгляд ответил:
— Видишь ли, он был вынужден признаться мне, что потребовал у тебя магическую клятву о том, что ты уйдешь после истечения срока брака. Признался, поскольку понял, что ты для меня… истинная.
Я вжалась в стену, с ужасом округлив глаза.
— Не может быть… почему ты так решил? Это ошибка, — пробормотала я невнятно, совершенно растерянная и напуганная.
Некоторое время Дарен смотрел на меня все таким же темным больным взглядом. Яркие глаза тускнели на глазах. Как же ему сейчас было плохо. Святые небеса.
— Потому что дышать без тебя не могу и уже не смогу, — спокойно признался муж. — Волк знает это. Дар понял и очень расстроен тем, что натворил.
Я в ужасе смотрела на вдруг закаменевшее лицо мужа и глаза, уже ставшие тусклыми и бледными.
— Я не хотела, Дарен.
— Уж лучше бы ты хотела этого, — горько прошептал он, криво улыбаясь.
— Я имела в виду… Что мы наделали? — я медленно спустилась по стене на пол, согнула ноги в коленях и уронила тяжелую голову на них.
— Я хочу, чтобы ты знала, что ты значишь для меня, — уверенно произнес Дарен. — Понимала, что мои чувства настоящие и… навсегда. И доверяла мне. Иначе я не смогу тебе вовремя помочь, а ты слишком много рискуешь.
Я не поднимала головы, раскачиваясь из стороны в сторону, потрясенная всем происходящим.
— Анна, я уйду ненадолго — все же мне надо в наскальный город волков для оборота.
— Ненадолго? — прошептала я, не поднимая головы.
— Надеюсь, что да. Мне необходимо обернуться волком, иначе я сойду с ума. Здесь не могу, иначе информация об обороте сразу дойдет до императора, и он начнет задавать ненужные вопросы. Стражи сразу считают информацию с браслета.
— Ясно, — глухо ответила я.
— Пожалуйста, пока меня не будет, никуда не уезжай, ни с кем не встречайся и ничего не предпринимай. Ты можешь дать мне такое обещание? — попросил Дарен. Его голос зазвенел от напряжения и… страха. Он боялся за меня.
Я подняла несчастное лицо:
— Да. Конечно. Могу.
Муж вгляделся в мои глаза, его взгляд смягчился. Медленно подошел и встал на колени рядом со мной, притянул меня в свои объятия в той же позе, что я и сидела.
— Любимая моя девочка, не расстраивайся так. Я что-нибудь обязательно придумаю, и все будет хорошо.
— Я не хотела, Дарен, становиться твоей истинной. Я так сожалею.
— А я ни капли, — серьезно прошептал он, нежно гладя меня по волосам. — Я и мечтать не мог, что встречу и полюблю такую достойную женщину, как ты. Это подарок Небес, Анна. Это благословление Богини.
— Это проклятье, — горько прошептала я. — Я приношу несчастья.
Он крепче прижал меня к себе.
— Ты сделала меня самым счастливым за последние дни, Анна.
— А когда мне придется уйти? — я выкарабкалась из его объятий, чтобы твердо посмотреть в глаза. — Когда я уйду, что с тобой будет? Я знаю… я читала… ты умрешь от тоски, — я сжала с силой зубы и вцепилась в его одежду пальцами. — Потому что, когда оборотень теряет истинную пару, он умирает.
 
— Но я не собираюсь тебя терять, — серьезно ответил муж, тоже твердо отвечая на мой взгляд. — Ты — моя женщина, моя жена, я буду бороться за тебя. Со всем миром, магическими клятвами и со всеми богами. Я сильный маг и хороший ученый, Анна, и обязательно что-нибудь придумаю.
Мои глаза изумленно расширились.
— А ты что думала? — усмехнулся он в мое вытянувшееся лицо. — Что просто так возьмешь и уйдешь? Я отпущу тебя только, если ты сама захочешь. По-настоящему захочешь. Мой волк всегда поймет истинность твоих чувств. Если ты к тому времени захочешь остаться со мной, — на этих словах его глаза снова вспыхнули и вновь стали безумно яркими и голубыми, — я переверну весь мир и найду выход, чтобы быть вместе.
Сердце дрогнуло и остановилось от его слов, пропустило удар и еще один, а потом вдруг бешено забилось. Я смотрела и не верила, что все это происходит со мной. Но ведь я уже слышала разные клятвы от мужчин… и ни один раз. Разве можно верить, когда все так сложно и запутано? Нельзя. Я знала, что нельзя.
"Не открывай сердце оборотню", — вспомнила веление Богини. А ей можно верить? Тоже нет.
Я никому не должна верить, а надеяться могла только на себя.
Только вот слова Дарена заронили что-то теплое и согревающее в замерзшем сердце. Росток надежды. Надежды на возможное счастье. Но пока я будто со стороны смотрела на этот росточек и размышляла, стоит ли его взращивать или, наоборот, беспощадно выдернуть из сердца, пока корни тонкие и прозрачные.
А если я дам ростку шанс, сумеет ли он пробиться сквозь сковавшие сердце холод, недоверие и осторожность?
***
Дарен переместился в наскальный город и отсутствовал уже несколько дней. У меня же было куча дел, которые не терпели промедления. В лаэрдорате Севера сейчас проходили работы по удобрению и опрыскиванию от разных вредителей винограда, из которого уже третий год собирались производить прекрасное вино; приводили в порядок многочисленные бочки для вина. Удобряли и окучивали различные сельскохозяйственные культуры, которые потом будут всем лаэрдоратом собирать.
Я ездила по всей земле лаэрдората и помогала оборотням и людям: договаривалась с землей, если она вновь становилось безразличной к жителям и не плодородной, просила, чтобы она отдавала все свои питательные вещества растениям, которые взращивали жители. Боролась с сорняками, чтобы они убирались по-хорошему, и учила жителей, чем их нужно опрыскивать для уничтожения, если они не слушались меня.
Я ездила по всем округам лаэрдората и наблюдала за деятельностью подданных, которые всегда встречали меня с восторгом и любовью, угощали молоком и хлебом, булочками и квасом. Иногда меня сопровождал кто-нибудь из Советников Севера, чтобы воочию убедиться в происходящих благоприятных изменениях на территории лаэрдората.
В один из дней этим сопровождающим оказался Райан МакЭнор. Раньше я осторожно кокетничала с ним, пытаясь завоевать его расположение, но после того, как мы с Дареном стали очень близки, я прекратила свои игры, решив больше не испытывать судьбу.
Я, МакЭнор и еще десяток слуг возвращались с многочасовой прогулки в дальние округа лаэрдората. Оборотни весело переговаривались между собой, обсуждая, с каким удовольствием будут скоро пить собственное вино, которое не придется покупать втридорога с Юга империи или из соседней Марилии. МакЭнор ехал рядом со мной и молчал.
 
Я думала о Дарене, когда он вернется, и не обращала на него внимания.
— Вынужден признать, что вы очень много сделали для местных жителей, — вдруг громко произнес МакЭнор.