Мозаика сердца (СИ)

«Какой ужас! Почему он не ушёл?! Заснул? Забыл уйти?» — проносились испуганные мысли.
Я прислушалась к спокойному размеренному дыханию мужа мне в затылок. Спит или нет? Хотя о чем я?! Если бы не спал, то давно ушёл бы, как и всегда раньше. Я вдруг поняла, почему мне было так жарко спать ночью. Потому что он… Обнимал. Меня. Всю ночь. Я невольно тихо застонала от бессилия и отчаяния.
— Что? Что случилось? — услышала сонный, растерянный голос Дарена. — Где болит?!
Я с трудом повернулась к нему лицом в кольце тяжёлых рук.
— Вы забыли уйти, — хриплым спросонья голосом прошептала и с опаской заглянула в сонные голубые глаза.
«Святые небеса! Какой он милый утром!».
— Какая ты красивая спросонья, — прошептал он, словно проурчал. — Так давно хотел увидеть тебя такой. И, по-моему, мы окончательно перешли вчера на "ты".
Я передернула плечиками и выпалила:
— Объясни: почему ты все еще в моей постели?!
— Ты просила поспать с тобой — ночью тебе стало страшно, — с невинным видом ответил Дарен, а наглые руки стали поглаживать спину, останавливаясь у поясницы.
— Я попросила побыть со мной, пока не усну! — возмущённо ответила я. — Потом ты должен был уйти!
— Это ты попросила вначале, — согласился он. — А потом… хм… после наших поцелуев ты попросила остаться, — нагло соврал он, потому что я точно этого не просила.
— Я не просила! — возмутилась я, упираясь ладонями в его грудь.
После сна его тело было горячим, и тепло кожи передалось моим ладоням. Мужской запах, смешенный с запахом кедра, ударил в ноздри и защекотал их.
— Очень хочется поцеловать тебя, когда ты такая… полусонная, растрепанная, нежная и взбудораженная, — неожиданно хрипло и нежно пробормотал Дарен. И, недолго думая, горячо поцеловал, просто прижав меня к себе ещё теснее. Его губы были тёплые и жадные, а руки стали медленно поднимать мою сорочку вверх. Низ живота стал тут же наливаться теплом, а тело задрожало, и мне захотелось в ответ обнять его и ещё сильнее прижаться к крепкому сильному телу, влиться в него, обвить его ногами…
Я замерла, не дыша. «Почему мне так нравится?! Ну почему я хочу его… Без эликсира ничего не должно происходить между нами!»
Желание гладить его грудь, ощутить его жадные ладони на груди и ответить страстно на поцелуй оказалось таким острым и непреодолимым, что я ещё больше испугалась: «Да что со мной?!»
— Быстро отпусти меня! — просипела возмущено, почти задыхаясь и беспомощно трепыхаясь в его объятиях, ощущая нежные прикосновения уже на обнаженной коже живота и спины.
— Чего ты опять испугалась? — нахмурился муж, замирая.
— Отпусти! Немедленно!
Он отпустил, удивленный и расстроенный, и я тут же испуганно отпрянула от его горячего и желанного тела, и стала неуклюже отползать боком, как лежала, словно краб какой-то, но не рассчитала расстояние и свалилась с кровати на пол прямо на раненую руку.
— О, Демоны! За что? — застонала я.
Сверху появилось лицо Дарена.
— За то, что отвергаешь мужа, — насмешливо и незлобно произнёс он.
Я держалась за перевязанное плечо и хмуро разглядывала над собой его лицо с широкой белозубой улыбкой, грустными глазами и с растрёпанными каштановыми волосами. Сейчас оно было другим. Незнакомым. Лицом мальчишки. Таким я не знала своего мужа. И не хотела знать. Я отвернулась и неуклюже попыталась подняться.
— Я не отвергаю мужа, — недовольно пробурчала я. — Свой супружеский долг я исправно выполняю.
Дарен вдруг оказался сверху меня на полу, слегка придавив к пушистому ковру и опершись на локти.
— Анна, я не обижу тебя… никогда… доверься мне, — серьезно прошептал он.
Я тоже серьезно посмотрела в его глаза, утонув в темной глубине потемневших глаз.
— Чего ты боишься? — тихо спросил он.
Я отвернула лицо и невольно тяжело вздохнула, закрыв глаза, понимая, что их начинают жечь слезы.
«Чего я боюсь? Чувств. Жарких, всепоглощающих, страстных, от которых всегда становится больно в конце. С тобой так и будет, потому что ты используешь меня в интересах своей Земли, а я больше не хочу страдать, потому что устала. А ещё… Скоро оставлю тебя и не хочу привязываться».
 
— Анна, девочка моя, мы будем женаты ещё два года, я не могу спать все время с куклой, на все соглашающейся, я хочу прекрасную женщину с эмоциями, с желаниями, — серьезно прошептал Дарен, заглядывая в мои глаза. — Я хочу тебя, а ты хочешь меня, я чувствую это. И я мечтаю, чтобы близость между нами происходила гораздо чаще, чем четыре раза в год. Так давай попробуем? Согласна?
— У тебя есть такие женщины, Дарен, — глухо ответила я, открывая глаза. — С эмоциямми и желаниями. Я даже вижу их периодически, — зубы невольно скрипнули от злости.
Он поморщился:
— Есть, я же живой мужчина, Анна, но они не нужны мне. Я хочу только тебя.
Я окаменела, растерянная, не зная как быть. С одной стороны, я безумно желала поддаться ему, с другой, очень опасалась последствий. Три года я так старалась быть осторожной, а теперь…
— Ну же… расслабься, — прошептал Дарен, — твоё тело уже знает меня… хочет меня… просто теперь ты сама… должна довериться мне.
Я отчетливо поняла, что очень хочу довериться ему и, более того, отдаться. Именно ему и прямо сейчас, ни о чем не думая, испытать настоящую близость с мужчиной, который меня хочет, и которого хотела я сама. Причем этого хотела не вторая я, как с императором Дэвисом Аркартом, а первая, которая обычно была рассудительная и сдержанная, а теперь теряла голову.
— Нет, — упрямо ответила я, а сердце сжалось от тоски. — Что ты хочешь от меня?! — взвилась я, зашипев и отталкивая его. — Если будет так, то это может привести к привязанности, Дарен! Я не говорю о любви, но элементарная привязанность любовников… Зачем нам это? Никому из нас это не нужно, не так ли? Срок договорного брака скоро закончится, и каждый из нас пойдёт своей дорогой! Скорее всего, мы больше не будем видеться! Никогда!
Дарен выглядел странно: как будто я его смертельно оскорбила.
— Надо просто жить, Анна, — серьезно прошептал муж. — Полноценно жить каждым днём. Ты же тоже хочешь этого, я вижу, но ты постоянно сдерживаешь себя.
— Жить?! Просто жить?! Жизнь — жестокая штука, Дарен!
— Тогда что было вчера между нами?
— После вчерашних совершенно кошмарных событий мне захотелось немного тепла, — тихо пробормотала я, отводя глаза. — Мне захотелось… — я осеклась и резко произнесла: — Дарен, давай условия не менять, хорошо?
Дарен тут же выпустил меня из объятий и сел рядом, не сводя с меня странного изучающего взгляда.
— Ты собираешься стать любовницей Дэвиса после истечения срока нашего брака? — глухо спросил он.
— Нет, конечно! — искренне возмутилась я, тоже садясь и подтягивая колени к груди.
— Но твое поведение… — осуждающе произнес муж.
— Это игра, Дарен. Просто игра между мной и императором.
— Он в курсе, что это просто "игра"? Когда играют, дворцы не дарят, Анна.
— Мне все равно! — разозлилась я, понимая, что муж прав. — Он захотел подарить, я приняла подарок, чтобы не оскорбить его!
— Хорошо. Договорились. Ничего не меняем, — наконец мягко и миролюбиво произнёс Дарен, а я облегченно выдохнула, что он заметил. — Но вчера тебе захотелось не тепла, Анна. Ты просто отвлекала меня. А теперь я жду твоих объяснений.
— Давай позавтракаем и… — сощурила я глаза, лихорадочно ища выхода.
— Нет, мы не позавтракаем, пока ты все не расскажешь, — спокойно заявил муж и потянул меня за здоровую руку, чтобы я поднялась. Усадил на кровать, накрыл одеялом плечи и сел рядом.
 
— Я внимательно слушаю тебя. Со всеми подробностями за последние три года.
***
В итоге я ничего не придумала и просто призналась ему, вначале взяв магическую клятву о его молчании, что участвую в тангрийском сопротивлении, что помогаю подготовиться к восстанию и вчера ходила на задание, что занимаюсь всем этим уже три года. Почему он не замечал, так откуда мне знать? Наверное, хорошо маскировалась и… эликсир перемещения помог. Откуда я о нём узнала? Я соврала, что дала магическую клятву и не могу рассказать. Сколько уже я им пользуюсь? Да уже три года почти. Единственное, что я не рассказала, это то, что отдаю свои драгоценности на продажу для покупки оружия и других необходимых вещей.