Джон и Дэйв и Храм Кс'аль'наа''тхутхутху (ЛП)

– Эм, она сломана, – наконец произнёс я.
Коп Фрэнки переместил луч к следующему объекту – человеческому черепу с заострённым шипом длиной с палец посередине лба.
Он перешёл к следующему предмету, и опять воцарилась неловкая длинная пауза. Это был стальной револьвер тридцать восьмого калибра. Но у меня всё равно не получилось бы использовать его в качестве орудия преступления, так как ствол оканчивался бесформенным комком расплавленного металла, похожего на изжёванную жвачку.
  
Дальше была стеклянная банка, наполненная прозрачной жидкостью, в которой плавал перекрученный фиолетовый язык. Рядом стояла ещё одна такая же банка, в которой плавала пара глаз с торчащим из них клубком нервов и кровеносных сосудов. Коп этого не заметил, но когда луч скользнул мимо этой банки, глаза повернулись и проследовали за ним. Рядом с банкой стоял старый аккумулятор от моего грузовичка, измазанный въевшейся грязью. Куда их обычно выкидывают?
Луч проследовал на нижнюю полку и высветил красную пластиковую канистру для бензина, стоявшую рядом со старым ЭЛТ-монитором, в экране которого зиял пролом от выстрела из дробовика. Дальше было то, что я так не хотел показывать копу. Коробка.
Мы услышали хруст листьев за спиной.
– Йоу, что у вас тут?
Мы с копом обернулись и увидели тёмную фигуру со светящимся огоньком сигареты в руке. Джон. Коп направил на него фонарь – наверное, чтобы проверить, не вооружён ли он. На Джоне была фланелевая рубашка и чёрная бейсболка с надписью «ШЛЯПА» заглавными буквами.
Я представил их друг другу, и Коп Фрэнки поблагодарил Джона за то, что он приехал. Я надеялся, что Фрэнки наконец свалит из сарая, поскольку с каждой минутой нервничал всё больше и больше. Глаз пульсировал в месте укуса. Я раздумывал, стоит ли показаться врачу. Порыв ветра донёс до меня запах перегара, исходившего от Джона.
Коп отвёл фонарь и снова посветил на пол сарая. Свет упал на Коробку.
Она была оливково-зелёного, военного цвета, размером с микроволновую печь. Ребристые, как будто армированные стенки. На Коробке не было защёлок или замков, и если попытаешься её открыть, заметишь, что крышку никак не поддеть – пальцам даже не за что зацепиться. Поперёк передней стенки шла жёлтая трафаретная надпись – пиктограммы, похожие на египетские иероглифы.
Одного взгляда хватало, чтобы понять: это очень серьёзная коробка. И её обязательно стоит проверить, если твой долг – обеспечивать безопасность людей.
Фрэнки кивнул на Коробку.
– Что внутри?
– Не знаю.
Вообще говоря, я и правда не знал.
– Мы нашли её в лесу, – вмешался Джон. – Она лежала в грязи, как будто её кто-то выбросил…
В общем-то, так и было. Я подумал, может, пусть дальше говорит Джон. Он продолжил:
– Думаю, она вывалилась из НЛО.
Я закрыл глаза и вздохнул. Затем проговорил:
– Можете забрать её, если хотите. Сдадите в бюро находок у себя в участке.
Коп выключил фонарь, затем спросил у Джона, могут ли они выйти и поговорить. Он показал фонарём на сарай со словами:
– Может, закроете его, а я пока поговорю с Джоном?
Я ответил, что это отличная мысль, после чего они, хрустя листьями, направились к свету, лившемуся из задней двери дома. Я закрыл сарай, запер замок и облегчённо вздохнул. Облегчение продлилось примерно четыре секунды – именно столько мне понадобилось, чтобы осознать, что Джон и Фрэнки вернулись в дом, в котором жук-убийца только что пытался отгрызть мне глаз.
Я поспешил за ними и вошёл в кухню. Я видел, как Джон с копом разговаривают полушёпотом в гостиной, но не мог разобрать слов. Полагаю, коп просил Джона побыть моей сиделкой и позвонить ему, если я вдруг продемонстрирую другие признаки помешательства. Я подошёл ближе и услышал едва разборчивый голос Джона: «…ему очень непросто в последнее время…». Интересно, в каком свете он собирался меня выставить?
Я окинул взглядом кухню в поисках монстра, обращая особое внимание на высокие места. Никого. Я закрыл открытые выдвижные ящики и шкафчики и наскоро прибрался. Я уже почти вышел и только у двери развернулся, подумав, что шкафчики – идеальное место, где ублюдок мог спрятаться. Когда я завтра утром достану овсянку, тварь накинется на меня. Как бы их обыскать, не привлекая внимания Фрэнки? Лучше подождать.
Я проверил спальню, опять под видом уборки. Приподнял матрас и пружинный блок под ним, обшарил одежду в шкафу, проверил за дверью. Монстра не было. Вставил ящики обратно в тумбочку. Лампа-индейка отломилась от пьедестала, но свет загорелся, когда я вставил вилку в розетку. 
Когда я вышел, Джон с копом стояли на переднем крыльце. Это прогресс. Я услышал, как Джон поблагодарил полицейского за то, что он приехал; как выразил надежду, что Фрэнки не забудет меня в своих молитвах, ведь мне это так необходимо, потому что в моей жизни полный бардак, и вообще я жалкий неудачник, пытающийся справиться с лишним весом, финансовыми проблемами, алкогольной зависимостью и эректильной дисфункцией.
Я решил выйти на крыльцо, прежде чем Джон окончательно разрушит мою репутацию. Коп уже направлялся к патрульной машине, когда Джон сказал: «…А его девушка сейчас в отъезде, и она однорукая. Потеряла руку в автомобильной аварии. Можете представить, каково им».
Фрэнки, отчаянно пытавшийся отделаться от разговора, докладывал по маленькому радио у себя на плече, что ситуация под контролем. Я встал рядом с Джоном, мы попрощались со спиной копа и ждали, пока он уедет.
Снизу послышался цокающий шум: сраный жук-монстр пробежал у нас под ногами, спрыгнул с крыльца и заспешил сквозь траву и листья прямиком к копу. Секунду спустя он исчез в темноте.
Джон посмотрел на него, затем на Фрэнки. Затем повернулся ко мне.
– Эм... это он привёз его?
Я спрыгнул с крыльца и замахал руками:
– Стой, Фрэнки! Офицер Бёрджесс, стойте!
Он остановился в шаге от машины и повернулся ко мне. Я открыл рот, но слова застряли в горле. Пучок маленьких бронированных ног показался на левом плече Фрэнки, уже касаясь его оголённой шеи. Но он ничего не чувствовал.
У меня за спиной раздался голос Джона:
– Фрэнки! Фрэнки! Чувак, не двигайся! У тебя что-то на плече!
Фрэнки снова положил руку на рукоятку пистолета, бросая тревожные взгляды то на меня, то на Джона, как будто его проблемы с сумасшедшими теперь удвоились. Монстр перелез через плечо Фрэнки и прислонил ноги к его щеке.
Джон закричал:
– Фрэнки, сделай так! – Джон показал, как смахивает что-то у себя со щеки, будто отгоняя муху. – Я серьёзно! У тебя что-то на лице!
Фрэнки не понимал всей серьёзности ситуации и не послушал. Он начал говорить что-то типа того, чтобы мы не двигались и не подходили ближе.
Я рванулся вперёд.
Я вскинул руки к маленькому монстру. Но не успел. Фрэнки сделал что-то такое, от чего я рухнул на колени, хватая ртом воздух. Какой-то резкий удар в горло – и, скажу вам, сработало оно на отлично.
Стоя на коленях, я поднял глаза и попытался во второй раз предупредить Фрэнки, и во второй раз не смог. Я видел, как тварь сползла на ему на грудь и мимолётным движением нырнула в рот.
Теперь коп обратил на неё внимание. Он кинулся на землю, голова с глухим стуком ударилась о дверь полицейской машины. Фрэнки жадно глотал воздух, задыхался и дергался, пытаясь залезть руками себе в рот.
Я постарался отползти назад, сидя на жопе на покрове из листьев. В это время подбежал Джон и закричал: 
– Фрэнки! Фрэнки! Эй!
Фрэнки не отвечал. Руки перестали двигаться; пальцы согнулись, как будто его поджарили на электрическом стуле. Джон повернулся ко мне:
– Нужно отвезти его в больницу!
Я в оцепенении сидел на земле, желая только одного: поскорее вернуться в дом и залезть под одеяло.
Джон распахнул заднюю дверь полицейской машины. Затем ухватил Фрэнки под мышками.