Джон и Дэйв и Храм Кс'аль'наа''тхутхутху (ЛП)

– Ты же и так всё обыскал.
– Тогда я ещё не знал, что ищу.
– А теперь знаешь? И что же ты надеешься найти здесь, детектив?
– Ответы.
Я вставил ключ в замок, повернул ручку и придержал дверь. Я посмотрел на Фальконера.
– Хорошо, детектив. Входи. Можешь всё тут разворошить. Разрезать мой матрас, унюхать пакетик с травой в моём шкафчике, залезть в подпол. Обыскивай, сколько нужно. Приведи армию и переверни вверх дном весь город. Просвети фонарём каждый угол, обшарь каждый куст. Здесь и в соседнем городе, а потом в оставшейся части штата. Выпусти армию людей с фонариками, прочеши с ними всю страну, пока не исследуешь и не опишешь каждый квадратный дюйм на территории США, а затем и всего мира. Давай, флаг тебе в руки. Изучи под микроскопом хоть каждый уголок вселенной – но ты никогда не найдешь бородача из сортира!
  
Я приоткрыл дверь на дюйм и ещё раз посмотрел на него.
– И Фрэнки Бёрджесса ты тоже не найдешь. По-моему, тварь, захватившая Фрэнки, собиралась домой. Уверен, никто и никогда больше не увидит Фрэнки Бёрджесса.
Я отвернулся от детектива. Я толкнул дверь, шагнул внутрь и напоролся на Фрэнки Бёрджесса.
Фрэнки открыл рот. Тонкая струя брызнула оттуда вместо приветствия.
У меня была мысль вскинуть руку, чтобы защитить лицо от жидкости – что бы это ни было, – но прежде чем успели сработать мышцы, раздался БАМ, и комнату озарила бледно-голубая вспышка. Меня впечатало спиной в землю. В ушах звенело; я тупо смотрел в небо, пока до меня кое-как доходило, что хрень, выплюнутая Фрэнки, взорвалась в воздухе с такой силой, что меня отнесло назад.
Я перекатился и услышал, как Фальконер кричит Фрэнки какие-то полицейские фразы, держа обеими руками здоровенный автоматический пистолет из нержавеющей стали. Я с удивлением обнаружил, что на Фрэнки не было ни одной раны. И что он прибавил в весе фунтов тридцать.
Фрэнки шагнул к Фальконеру, и воздух сотрясли два выстрела, один за другим.
Фрэнки был невозмутим. Он подпрыгнул, пролетел вперёд, как Майкл Джордан, и вскинул руку к шее Фальконера – тот упал на колени, но не выпустил из рук пистолет. Он прижал ствол к животу Фрэнки и нажал на курок. На пояснице Фрэнки разорвались выходные раны, и куски мяса полетели на лужайку. Фрэнки устоял. Я заметил у себя за спиной какое-то движение, повернулся и увидел «новый» Джонов «Кадиллак Купе Девиль» семьдесят восьмого года. Джон выскочил из машины и бросился ко мне, крича: «КЛЮЧ! ГДЕ КЛЮЧ ОТ САРАЯ?!»
Я не успел ответить. Ключ от сарая? Что он задумал? Одолжить у меня газонокосилку?
За моей спиной послышался отчаянный рык Фальконера. Я обернулся и увидел, как Фрэнки схватил детектива у основания черепа. Он с силой склонил его голову к своей талии, затем развернул корпус. Держа лицо Фальконера у своих ягодиц, Фрэнки пёрнул. Фальконер рухнул на листья как подкошенный.
Я услышал за спиной быстрые шаги, затем – хлопок двери. Джон. Я решил бежать к нему, но прежде, чем смог встать, на меня налетел Фрэнки. Он приземлился всем весом мне на грудь, как в седло.
Я посмотрел ему в глаза и увидел полный ужаса взгляд молодого парня. Он пытался что-то прошипеть – шёпот прорывался из глубины горла. Он наклонился и схватил меня за рубашку. Я не мог разобрать слов – они звучали как одышка старика в респираторе. Он наклонился ещё ближе. Я чувствовал запах его дыхания.
– Помоги мне! Помоги мне! Ничто не движется! Ты понимаешь?!?
– Фрэнки! Ты слышишь меня? Слезь с меня!
– Слушай, слушай! Не умирай, чувак! Ничто не движется! Никогда не умирай, потому что там ничто не движется!
Фрэнки закричал. Длинная, разделённая на сегменты тварь вылезла у него изо рта – точнее, из жука, прятавшегося во рту. Она напоминала бледного земляного червя, только длиннее, с маленьким жалом на конце, как у скорпиона. Я боялся, что тварь переползёт на меня и ужалит. Вместо этого она выгнулась кверху, к глазу Фрэнки. Он закричал. Червь вонзился в его глазное яблоко.
За углом дома раздался рокот небольшого мотора. В голове пронеслась безумная мысль, как Джон выбегает с моей газонокосилкой, крича: «Спасибо, что одолжил!» – затем запихивает её в машину и уезжает.
На меня капнула кровь из проколотого глаза Фрэнки. Он вытянул руки и принялся раздирать мне шею и лицо в приступе бездумной ярости. Звук мотора приблизился вплотную. Чья-то фигура возвысилась над нами, загородив солнце.
Джон. Держит что-то в руках, что-то большое.
Мотор разогнался до механического рёва, но тут же замедлился, будто надрываясь. Раздался хруст, как от моркови в блендере. Меня обдало брызгами.
Рябь металлических зубьев бензопилы вгрызлась Фрэнки в шею. Джон с силой давил на пилу, раскачивая её вперёд и назад, пытаясь продраться через позвоночник, мышцы и сухожилия. Кровавые полосы покрыли его руки. Голова Фрэнки упала с плеч, и влажные волосы хлестнули меня по лицу.
Его тело простояло ещё несколько секунд и рухнуло на меня всем мёртвым весом, выбив воздух из моих лёгких.
Пила остановилась. Джон что-то орал мне в лицо. Затем он взялся за плечи Фрэнки, и мы вместе стащили с меня труп. Я вскочил на ноги и с отвращением оглядел свою толстовку. Выглядела она так, будто её сняли с младенца, дорвавшегося до мясного шведского стола.
– БРОСЬ ПИЛУ!
Мы оба обернулись: Фальконер поднялся на колени и целился в Джона, стоявшего с бензопилой наперевес над обезглавленным трупом бывшего копа.
– С возвращением, – сказал я. – Я уж боялся, что он запердел тебя до смерти.
– Положи бензопилу на землю!
Джон подчинился. Он достал сигарету, закурил и спросил:
– Дэйв, а куда делся «Штиль»?
– Чего?
– Твоя старая бензопила – «Штиль».
– А, её украли.
– Новая мне совсем не нравится. Мало весит – тяжело управлять.
– Это «Блэк и Дэкер».
– Не суть. Всё равно отстой.
Фальконер поднялся на ноги и зашагал к нам.
– Назад! Отойдите от него, живо!
Мы с Джоном подчинились, но продолжили внимательно следить за головой и телом Фрэнки – мало ли чего ещё он выкинет. Ни то, ни другое не двигалось. Уверен, что там, где Джон отпилил голову, он распилил пополам и жука. Но я не собирался проверять. Я уже упоминал, что Фрэнки вроде бы прибавил в весе – так оно и оказалось. Его окровавленная футболка натянулась поверх распухшего живота. Трудно сказать, почему, но среди прочих деталей именно эта беспокоила меня больше всего.
Фальконер вложил автоматический пистолет в кобуру и с отвращением посмотрел на Фрэнки. Затем перевёл взгляд на Джона, каким-то образом изобразив на лице ещё большее отвращение.
– Какого хрена ты сюда припёрся?
– Спасти твою жалкую задницу.
– Когда я задаю вопрос, ты отвечаешь как надо. И чтоб я больше не слышал дешёвых киношных острот.
– Я позвонил Дэйву домой, он не ответил. Я испугался, что до него добралась одна из этих жукотварей. На мобильный он все равно не отвечает, если только звонит не его девушка, поэтому…
– Мне надо помыться перед работой, – вмешался я.
– А мне нужно вернуться домой, чтобы никто не видел меня на улице, – сказал Джон. – Я позвонил на склад и сказал, что не выйду, потому что меня подстрелили в больнице.
Фальконер выглядел так, будто вот-вот начнёт расстреливать всех, кого видит.
– Никто из вас, ушлёпков, никуда не пойдёт, пока не получит от меня письменного разрешения.
Джон взглянул на труп и сказал:
– Хорошо. Вот, что мы скажем копам…
– Он и есть коп, Джон.
– А ну оба завалили ебальники!
– Возвращайся домой, детектив Фальконер. Всё, конец. По крайней мере, по твоей части, – сказал я.
– Стоп, – вмешался Джон. – Так ты Вэнс Фальконер?
– Заткнись или получишь пулю в морду.
– Это же ты поймал Убийцу Дня Отца, да? Ты ещё сбросил его с вертолёта?