Мертвое наследие (СИ)

Вдруг воин с рыком в своём последнем порыве вскочил с места и ударил мечом. Но не было в этом движении уже той скорости и силы. Да и Дунвест наверняка ожидал чего-то подобного. Он умело парировал этот выпад и ответным ударом снёс седому воину голову. Увидев, как его тело опадает на каменный пол я сам наконец смог выдохнуть и привалиться спиной к стене.
— Какие у нас потери? — спросил я, оглядывая усталых бойцов.
— Двое лежачих, — сухо отрапортовал Сивый. Раз говорит он, а не Хорки, значит тому совсем хреново.
— Насколько серьёзно?
— Пока неизвестно. Зефа за работой вопросами лучше не отвлекать, но судя по его напряжённой морде дела у кого-то из парней хреновые. Да и ты сам, если честно, выглядишь паршиво. Идти-то хоть сможешь?
— Смогу, — кивнул я. — Главное, чтобы больше никто не пожаловал к нам в гости. Выстави дозорных.
Я отлип от стены и поковылял к телу погибшего чуть ранее мага. Нужно было как минимум убедиться в его смерти. Короткий осмотр подтвердил перелом шейных позвонков, да и кости черепа явно имели трещины и деформации, которые было видно даже под слоем наплывающих гематом. Будто рыцарь ударил его не кулаком, а кузнечным молотом. Кровь из обрубка руки сочилась на удивление медленно, словно организм ещё пытался противостоять кровопотере. А может… Я прислушался к наличию дыханию, и даже потратил последние крохи на «поиск жизни», но нет, мои подозрения не подтвердились. Этот маг был мёртв.
Зато я почувствовал слабый огонёк в теле его напарника. Он еле тлел в его солнечном сплетении, не давая опознать его как полностью мёртвого. Будучи настороже, я сначала проверил карманы трупа, не найдя ничего интересного кроме перстня, спрятанного в небольшом бархатном мешочке. Я даже с некоторым азартом перевернул его, чтобы затем нервно выдохнуть, увидев красующуюся там пятёрку. Одним мастером в Павелене стало меньше…
У его младшего и ещё живого коллеги помимо перстня нашлась целая сумка, в которой оказался осколок странного пористого камня, размерами даже уступающий нашему. Небольшой кошель с парой золотых монет и горстью серебряных, да какие-то побрякушки, не имеющие силы. То, на что я так рассчитывал, отсутствовало. А без жертвенника я не мог сейчас помочь ни себе, ни Зефу.
Я хотел было добить мага, но внутренний голос меня остановил.
— «Его жизнь может пригодиться.»
Я даже подивился такой наглости после всего случившегося.
— «О, ты не стесняешься говорить со мной после того, как чуть было не забрал себе моё тело?»
— «Лишь на время, иначе мы бы оба погибли.»
— «Мне так не показалось, Бес. За всё это время не только ты научился читать меня. Я тоже теперь вижу тебя насквозь. Я помню твой голод, и не верю, что ты смог бы удержаться, получив возможность пожрать суть Малека.»
— «И получить его силу», — даже не стал спорить он. — «Встать на одну ступень с ним и ему подобными. А после возвыситься ещё дальше, чтобы однажды бросить вызов Отрёкшемуся и отомстить за всё! Разве не в этом суть нашего предназначения? Разве не это ты видишь на кончиках нитей? Так дай мне забрать эту силу, а я сделаю так, что это тело не разрушится, не исполнив уговор.»
— «А кому это тело будет служить после этого? На кончиках нитей полно вариантов, и в большинстве из них меня и вовсе нет в живых. Не стоит играть со мной в эти игры, Бес.»
— «Как пожелаешь. Возможно, время действительно ещё не пришло. Но ты, кажется, хотел помочь себе и своим людям.»
— «И как в этом может помочь полумёртвый маг?»
— «Отбрось наивность. Ты всё уже понял. У тебя есть камень, у тебя есть жертва. Требуется лишь решимость.»
— «Разве для этого не нужен ритуальный кинжал?»
— «Кинжал — костыль для непосвящённых. Мне он не нужен. Осколок очень мал, и не примет больше одного подношения. Второй же тебе ещё пригодится, чтобы заполучить то, что мы ищем. Поэтому жизнь сильного одарённого на роль жертвы подойдёт как нельзя лучше.»
Ничего не ответив, я вновь отправился ко входу на внешний ярус пирамиды, опоясывающий её по кругу. Наверняка, днём отсюда открывался отличный вид на всю округу, но сейчас уже практически стемнело, и не видно было ничего. Лишь угрюмые лица наёмников, стоящие вокруг своих поверженных друзей. А ещё широко открытые глаза Зефа, в которых было полно сомнений и страха.
 
— Говори, не тяни, — приказал я, встав напротив него и лежащих на плащах Хорки и Пруста. Над братом склонился Шуст, а возле друга присел Колтун, и оба с надеждой и с вызовом смотрели на меня.
— Для них поход окончился, — слова лекаря больно ударили по всем. — Могут окончиться и жизни, если вовремя не помочь.
— Так помоги. Для этого ты и в отряде, вытаскивать парней, когда удача их подвела.
— У меня не хватит силы на обоих. Могу попробовать, но велика вероятность, что тогда умрут оба. Нужно решить, но я… я не могу.
Конечно, не может, когда над душой стоят небезучастные товарищи. И теперь он хочет переложить это бремя на меня. Что ж, не могу его даже в этом винить. В конце концов, я командир отряда, мне и решать. Ну или пойти другим путём, не самым чистым и с непонятными последствиями.
— Начинай лечить обоих, не медли, — приказал я. — Горунар, иди за мной.
Гигант молча кивнул и пристроился рядом. Дойдя до проёма, я приказал ему развернуться спиной и никого не впускать внутрь.
— Особо любопытным бей в лоб, не раздумывая, — громко рекомендовал я, видя, как юный искатель с любопытством пытается заглянуть ему за спину.
О произошедшем после мне хотелось тут же забыть. Вот только не так просто избавиться от своих личных кошмаров. Те липкие и тёмные чувства, сопровождавшие простой по исполнению ритуал, трудно было описать словами. Это было непросто убийство, коих я уже совершил в своей жизни большое множество. Это было противоестественное действо, нарушающее порядок вещей. Мы словно украли эту силу у мира, не дали раствориться ей в его эфире, тем самым нарушив что-то в его балансе и истончив завесу. Я помнил ту гору жертвенников на алтаре в храме возле Заречной. Я представлял сколько жертв приносится в Диких королевствах и не только, и понимал, что это лишь очередная песчинка, которая вряд ли кардинально изменит ход вещей. Однако теперь и я был к этому причастен. И хоть управлял процессом Бес (пусть и под моим строгим контролем), но всю тяжесть последствий я ощущал на себе в полной мере.
Мотнув головой, я вытер кинжал о штанину мага и забрал уже привычный кристалл с поверхности ставшего почти чёрным камня. Пора было обратить зло во благо.
Вернувшись к Зефу, я прогнал Колтуна и Шуста, а сам уселся рядом, наблюдая за работай юного лекаря. Магия аспекта жизни требует терпения, точности и интуиции. А ещё призвания. Даже мастер в другом аспекте едва ли сможет продвинуться дальше 2-й ступени в лекарском деле, если не имеет к нему таланта. А вот наоборот — вполне себе возможно. И яркий тому пример — Блурвель, обладающий весьма широким и ярким арсеналом техник всех направлений. Поэтому как не силился я сейчас почерпнуть для себя что-то полезное, но увы, тщетно. А может я просто слишком устал?
От размышлений отвлёк взволнованный голос Зефа:
— Я почти пуст, но…
— Дай руку, — сказал я. — Бери силу аккуратно, иначе выжжешь каналы.
Я вложил в его ладонь кристалл и зажал его пальцы.
— Разбудите меня, когда младшая из лун закончит свой путь, и на небе не останется светил. Ну или если что-то вновь пойдёт не так…
Не дожидаясь ответа, я примостился возле стены, прикрыл глаза и провалился в забытье.
  
Глава 16
 
Короткий сон не принёс облегченья, лишь заставил тело болеть ещё больше. Но всё же я приказал себе разлепить глаза и собраться с мыслями. Рядом по-прежнему никого кроме разбудившего меня Зефа не наблюдалось, хотя в такой черноте вряд ли можно было разглядеть хоть что-то даже в паре метрах от себя.
— Пора, — лекарь выглядел усталым, но куда более уверенным, чем когда я засыпал. Хороший знак.