Гном 2: Орден стражей (СИ)

Брац вдруг сильно закашлялся, достал из кармана жилетки чистую тряпочку и вытер рот.
— Ну так к делу, значит, — продолжил старейшина. — В один из многочисленных дней в крепость является Хард. Я удивился его визиту, ведь до времени ежегодных сборов еще несколько месяцев. Пришел и говорит, мол Люси погибла в бою с оборотнем.
— Снова Хард? — переспросил Тахон?
— Угу, он, — ответил Брац и продолжил рассказ. — Я говорю, как? А он поднял деревянную бочку с медовым квасом, выпил залпом почти половину, вытер рукавом усы, сел на лавку в главном зале и все рассказал.
Нижняя Кишеть, деревня такая есть в южных землях Гидании. Почти у самого Черного леса, где живут эльфы. Вообще, половина южных земель и есть лес, эльфы заняли его и считают своим дом. Ни лорд, ни королева Лидия даже и не думали оспаривать этот вопрос.
— Помощь эльфов в Великой битве, двести лет назад, должен помнить каждый, — вдруг перебила рассказчика Вира. — Много славных эльфийских лучников отдали жизнь в схватке с Торусом. Война кончилась, мы так и не смогли ужиться с людьми и решили снова уйти в лес. Черный лес наш дом и всегда им был.
— Так вот, пошел слух, что к деревеньке той прибегает волк, — продолжил старейшина. — Здоровый, раза в два больше самого большого волка. Нет, не нападает, стоит и смотрит издалека. Женщины напуганы, дети не выходят из дому. Мужики хоть и по смелей, но не было среди них ни одного охотника, все в поле работали. Эльфы запрещают в своем лесу охотиться, но время от времени приносят в поселения мясо и шкуру, вполне по низкой цене, а то и вовсе меняли на зерно или специи. Жители деревни собрали кое-какое добро, думали зайдет если какой эльф, то наймут его, чтоб зверя "отогнал". Эльф и правда вскоре заглянул в поселение, но оказался простым торговцем и никогда не держал лук и стрелы в руках. Пообещал рассказать об их проблеме в других деревнях и поспешил удалиться.
Вот так и до Харда дошел слух о непыльной работенке для воина, он как раз был в южных землях. Добрался в Нижнюю Кишеть за пару дней, смотрит, а там Люси Кривая Коленка уже уплетает за обе щеки угощения. Ну что же, решил остаться, может помощь какая потребуется девушке.
— Вам не кажется что история повторяется? — спросила тихо Вира. — Опять Хард, опять приходит, когда заказ уже взяли и снова остается помочь.
Тахон нарочно кашлянул.
— Хард уважаемый гном и храбрый страж, — ответил Брац сердитым, но спокойным голосом. — У него безупречная репутация, которую он заслужил своей кровью.
— Продолжай, Брац, — произнес командор. — Мы все внимательно тебя слушаем.
Остались стражи ночевать у одной бабки, дом у нее был как раз с того краю деревни куда волк этот прибегал. Хозяйка растопила печь и постелила гостям на полу, вы не поверите, волчьи шкуры. Хард с Люси, конечно, расспросили бабку, откуда столько охотничьего добра. Та ответила, что наменяла их у эльфов на картошку. Шкуры ей ни к чему, просто жалко остроухих, вот и помогает. Картофеля то целый огород у нее, самой много, сажает больше по привычке. В тот вечер волк не появился и стражи решили лечь спать.
Ночью Хард проснулся от какой-то возни в доме. Оказалось Люси не спала и шарила по дому. За окном темнотища, а бабки нет. Ну нет и все, лежала на печи и пропала. Гномка вышла во двор, там тоже никого. Легли дальше спать, мало ли чего, может по нужде ушла или к соседям. Только гном начал потихоньку дремать, как раздался волчий вой за окном. Стражи вскочили и подбежали к окошку. Сколько не всматривались - ничего не видно. Вышли из дома, подошли к забору, с той его стороны, откуда вой был слышен. И видят такую картину... На краю деревни стоит высоченный мужчина с широкими плечами и длинными седыми волосами. Без одежды, в чем мать родила. В руках только шкура волчья, прикрывается, значит, ею. А рядом стоит та самая бабка, хозяйка дома. О чем говорили они, гномы не расслышали, только по интонации и поведению было понятно, что мужик о чем-то слезно умоляет бабку, а та отнекивалась и даже немного хихикала. Затем хозяйка сунула руку в карман платья, достала горсть каких-то зерен и высыпала бедняге в ноги. Тот взревел, и превратился в волка. Процесс этот, конечно, не для слабонервных. Хард сказал, всякое видал за свою жизнь, но таких мучений ни разу. Клочья шерсти лезли, разрывая кожу. А скрежет костей у него до сих пор стоит в голове. Бабка развернулась и пошла в сторону дома, а стражи поспешили обратно и притворились спящими.
 
— Волколак, — Тать улыбнулась и посмотрела на Риту.
— Что, прости? — староста прервал рассказ.
— Ну, волколак это или волкодлак, — продолжила ведьма. — Оборотень по-нашему. И вовсе он никакой не король, здоровый просто вот и все.
— Ты имела с ними дело? — удивился Тахон.
— Слушай, Тахон, — взволнованным голосом ответила Тать. — Я тебе не какая-нибудь там ярмарочная фокусница, ты же в курсе сколько мне лет? И при этом по виду мне не дашь и двадцати. Представляешь сколько нужно магической силы всю эту красоту поддерживать?
— Это она так говорит, потому-что Номена со своим демоном тут нет, — ухмыльнулся Ихард и тут же улыбка исчезла с его рта. Тать резко повернула голову в его сторону и чуть наклонила на бок, зрачки глаз ее стали мутно белыми. Гном попытался добавить очередную шуточку, но смог лишь промычать. Рот его исчез с лица. Усы есть, борода есть, а рта нет. Будто и не было никогда. Ихард встревожено встал, достал из кармана штанов тряпочку и тщательно в нее высморкался. Видимо боялся задохнуться.
— Тать, успокойся, — тихо проговорил командор. — Гном всегда так шутит, тебе же нравилось раньше, сама его подтрунивала. Ихард может и задохнуться так. А как ты вообще смогла это сделать? Ведь магия не действует на обычного гнома.
— Теперь убедился в моей силе? Магия спадет сама через некоторое время, — успокоилась ведьма. — Оборотни это люди принявшие образ зверя. По своей воле, либо по чужой.
Есть еще третий вид - родившиеся с этим проклятием, такие могут, превращаться время от времени из человека в животное, в основном в волка, но бывали случаи даже в медведя. Каждый день или несколько раз в год, все зависит от того насколько его родители натворили бед, расплата так сказать. Но это не всегда так... порой достаточно того, что беременная женщина увидит стаю волков в лесу и чем-то им не понравится или съест кусок мяса убитого волком скотины.
— Я читала, что оборотень может родиться даже в семье, где родители работали по праздникам, — добавила эльфийка.
— Все так, — ответила ведьма. — Это большая редкость, но и правда такие случаи бывали.
— То есть опытный маг может превратить себя или другого человека в волка, я правильно понял первые два случая? — уточнил Тахон.
— Все верно, — продолжила Тать. — Судя по тому, что я услышала, бабка превратила беднягу. Способов много, скорей всего накинула на него заговоренную шкуру волка и теперь поддерживает это состояние, как ей вздумается, на вскидку, те "зерна" из ее кармана был заговоренный особым способом горох. Пареньку бы просто не прибегать к ней, тогда заклинание, вероятно, спадет, но он не может. Насильно превращённые в волков, страдают от страха и отчаяния, скучают по человеческой жизни и хотят снова стать людьми.Тать встала, открыла дверь кухни и громко хлопнула в ладоши. Дверь балкончика напротив открылась, в башню с громким карканьем залетела ворона и села ей на плечо.
— Та самая Молли? — Тахон узнал ворону по белому пятнышку на голове. — Ты так и не решила, что с ней делать?
Ведьма ничего не ответила командору, шепнула несколько слов птице, та захлопала крыльями и улетела. Тать закрыла дверь балкона и кухни, села на диванчик, глубоко вздохнула и тяжело произнесла:
— Посмотрим, что там за новая ведьма объявилась.
— Что было дальше, Брац? — спросил командор.
Старейшина от утомления уже клевал носом, услышав, что к нему обращаются, встрепенулся и продолжил: