Замок Короля Пауков (СИ)

— Такие моменты хуже всего, — раздался голос и к Феликсу подошёл священником со шрамом. Отец Салливан. — Но, если действовать опрометчиво, можно потерять всё. Остаётся только ждать.
— Но это твоя чаша, — сказал отец Салливан и направился вперёд. — А у меня своя.
— Куда вы? — спросил Феликс.
— Внутрь, — священник шёл к замку с таким видом, будто направлялся на прогулку. — Во время боя всегда много раненых и умирающих. Первым надо помочь, а вторых надо простить.
Он пошёл прямо к воротам. Феликс остался на своём месте, чувствуя себя слепым. Отправить ещё батальон? Но там тесно, лишние люди только помешают. Бой продолжался, уже не такой яростный, как в начале. Кто-то дрался на стене, кто-то у ворот, кого-то только что сбросили из бойницы. Священник нагнулся над телом и нарисовал перед ним круг в воздухе. Мушкетёры держали ружья нацеленными на стены. Это резерв на случай если первая волна штурмующих отступит. Все пехотинцы Леса умеют стрелять, владеть пикой и алебардой, так что стрелки и в ближнем бою могут постоять за себя.
На вершине башни дрались двое, всё внимание было приковано к ним. Один из них — это Эмиль, надевший по случаю штурма свой ветеранский трёхчетвертной доспех. Его противник тоже непрост, он нордер, но одет в рыцарскую броню, наверняка трофейный, снятый с убитого противника. Нордер всё пытался отбиться, но слишком он устал. Эмиль вышиб оружие, ударил врага тесаком и сбросил со стены под одобрительный рёв стрелков. Наверху появился ещё один человек, который начал размахивать знаменем. Герб маркграфа Дренлига: чёрный паук на жёлтом фоне. Это победа?
Знамя приветствовали ещё более громкими криками. Кричали стрелки, кричали бойцы Леса, кричала пехотинцы из армии Тренланда и союзники из Эндлерейна. Значит, всё же победа. Феликс выдохнул и вытер холодный пот со лба. Нет, это не для него. Закончится война и нужно уходить, заниматься чем угодно, только не отправлять людей на смерть. Вот только чем, спросил он сам себя? Тем, чем занимался до того, как встретил Себастьяна Грайдена в том лесу? Нет, на этот вопрос Феликс не хотел отвечать.
— Хорошая работа, старик, — похвалил Алистер Макграт. Следом за ним шли Сэджин Лидси со своим телохранителем.
— Поздравляю с победой, — Сэджин улыбнулся и положил руку на плечо. — Легко и быстро, я и не сомневался.
— Я ничего не сделал, — сказал Феликс. — Просто стоял и смотрел.
— Открою тебе секрет, — Сэджин улыбнулся ещё шире. — Все командующие чувствуют себя именно так. Ты стоишь и просто смотришь, надеясь, что враг допустит больше ошибок, чем ты.
— Вычитал это в той книжке? — Алистер засмеялся и Сэджин вслед за ним.
Феликс смех не поддержал.
— А чего ты такой мрачный, старик? — спросил Макграт.
— Оставь его, Алистер, — сказал Сэджин. — У нас у всех полно работы. Я прикажу, чтобы на стены поставили несколько пушек, дай только человек двадцать, чтобы помогли тащить. Макграт, на тебе всё пересчитать.
Грайден кивнул и пошёл внутрь. Двор монастыря завален трупами, большинство нордеры, но и солдат Леса достаточно много. Не сказать, что второй и третий батальоны понесли большие потери, но погибло всё равно много. Лишь бы этот план с проходом выгорел, иначе умрёт ещё больше.
* * *
Массивные деревянные ворота монастыря, состоящие из двух створок, были разного цвета. Кас выругался и отметил, что надо приказать их поменять, когда сам станет лордом. Трупы из крепости уже выносили, теперь здесь только солдаты Леса, которые помогали с пушками. Тяжёлые чугунные и бронзовые стволы поднимали на самодельных лебёдках.
Сэджин стоял у тех самых ржавых вышек, что видно с долины, и пытался их зарисовать. Они уже давно не двигались, только монахи знали, как их починить. Но их всех казнили. Кто-то из ветеранов Леса показывал на деревянные бочки и обгоревший труп возле них.
— Никаких факелов! — кричал ветеран. — Это масло горит сильнее, чем смола. Никаких факелов! Вот это чучело бочки поджечь хотел, да сам сгорел.
Находившаяся в бочках жидкость воняла так, что болела голова. Одна из бочек была пробита, и жидкость натекла в лужу от вчерашнего дождя, и теперь вода была покрыта масляной плёнкой радужного цвета. То самое горючее каменное масло, что монахи добывали из тех древних вышек и разводили, чтобы лучше горело. Во дворце отца много ламп на этой жиже.
 
— Никакого огня, а то мы все взлетим на воздух!
— Это потрясающе, — сказал Сэджин, заканчивая рисовать. — А что нас ждёт под землёй, даже боюсь представить.
— Ничего хорошего, — Кас зажал нос, чтобы хоть как-то не дышать этим запахом. — Идём быстрее, пока я не передумал.
— Хорошо, спасибо. Макграт, ты за старшего.
Надо бы тоже оставить вместо себя, но пока об этом думать не хотелось. Сначала увидеть, что их ждёт, потом принимать решение. Главное — это вернуть замок.
Священник ждал у входа в погреб. Его чёрная мантия испачкана в крови, будто он сам сражался. Значит, этот человек — прославленный наёмник, который основал Лесное Братство? Неважно, теперь он бесполезный священник.
— Нам сюда, милорд, — сказал он. — Врата внизу.
— Хорошо, — Кас зевнул. — Закончим поскорее. Ты! — он ткнул в грудь какого-то офицера, который постоянно ходил в компании Феликса. — Приведи ко мне Грайдена.
Грайден-младший был неподалёку и пришёл почти сразу.
— Феликс, ты с нами, — сказал Кастиэль. — Спускаемся втроём, разбираемся, что там и возвращаемся, а на завтра планируем штурм.
— А кто тогда останется командовать, если мы все спустимся?
— Ну кто-нибудь, — Кас отмахнулся. — Я не могу доверить это дело никому, кроме себя. Живее.
Феликс кивнул и повернулся к офицеру, что стоял рядом со священником.
— Гилберт, ты за старшего. Второй и третий батальон остаются в гарнизоне, остальные готовятся к штурму. Проход охранять, никто не должен войти. А мы сможем сразу пройти в замок и открыть ворота? — он посмотрел на священника.
— Нет, тогда пришлось прорубаться. Было жарко. Но нас не ждали, поэтому мы сумели.
— Ладно, будем действовать по обстоятельствам, — сказал Кас. — В любом случае это будет ночью, а пока мы просто посмотрим. Но пусть все будут в полной готовности.
— Понятно, — Феликс уже начинал осваиваться в новой должности. — Гилберт, полная боевая готовность. Передай армейцам, пусть тоже не расслабляются, приказ лорда Дренлига.
Подвал, в который проникало мало света, был разграблен захватчиками. Бочки с солониной разбиты, мешки с зерном разорваны, но колодец вроде не засыпан.
— Нужно проверить, что вода не отравлена, — подсказал Сэджин.
— Проверим.
Одна из дверей подвала разбита топорами. Судя по запаху вина, тут был винный погреб, но сейчас здесь только разбитые бочки. Захватчики вылакали всё, что есть.
— Вот ублюдки, — сказал Кас. — Ничего не оставили, а так бы отметили. А вон те бочки не тронули.
— Каменное масло, — сказал священник. — Лучше никакого огня. Нам сюда, милорд, — он показал на стену. Обычные камни, даже раствор кажется старым.
— Точно сюда, ладно, проверим. Феликс, надо пару ребят с кирками, да чтобы неразговорчивые.
У солдат ушёл час, чтобы разбить часть стены, но уже после первых камней было понятно, что там полость.
— Дальше мы сами, — Кас отобрал кирку, когда увидел что-то металлическое в темноте. — Теперь вон отсюда и никого не впускать под страхом смерти. Лидси, что там?
Сэджин засунул туда голову и присмотрелся.
— Кажется, это дверь. Что-то написано… ого. Кас, ты не поверишь.
Ушло ещё полчаса, чтобы разобрать остатки камней, но там и правда дверь, стальная и массивная. Очень сильно покрыта ржавчиной, но можно разглядеть, что на ней что-то написано. Жаль, что нельзя пользоваться огнём, в подвал проникало не очень много света. Но всё же Кас наконец разглядел, что именно изображено на стали.
 
На двери выгравирован паук, точно такой же, как на гербе дома Дренлигов, только над головой изображена корона. Над ним надписи на письменах Старого мира — Draenlig Industries Ltd.