Сад для вороны (СИ)

Я, кстати, помню похожую историю. Мне-прошлой моя-прошлая русская мамочка ее рассказывала, только там фигурировали индусы.
Но обе версии сходятся в выводе: необоснованно делать выводы, имея лишь часть информации. Не видя целостной картины, судить о чем-либо. Да хоть бы и о слоне.
  
Вот и я пыталась разузнать побольше о слоне. До того, как начну делать некие выводы о том, что таится в облачной пустоте.
В свете этом информация о девочке-кунице от Джиана явно была полезна. В тот раз, когда я якобы толкнула Сюй Вэйлань, нормального разбирательства не произошло. Сюр какой-то, детский лепет. Малышку просто убрали из группы.
А я почти уверена, что истинный виновник в той истории — это пятнистая говнистость… тьфу ты, киса в пятнах. Каким-то образом она подбила на толчок куницу: уговорила ли, за конфетку предложила пошалить, еще что-то выдумала… Так или иначе, «ставила» представление Вэйлань, а огребла только (со)участница спектакля.
Юньсюй же в результате потерял друга. И это уже повод присмотреться к мальчику-слону. Пообщаться. Может, предложить остаться подольше после танцев. Лишних полчаса мне погоды не сделают, а слону могут и подсобить.
Совсем хорошо, если парни тоже задержатся. Вместе — веселее. И потом, когда мы неделю занятий пропустим, на нас будут чуть менее косо смотреть. Ну, насколько это осуществимо с учетом особенностей местного населения. И нет, мне никогда не надоест эта шутка.
Отменный повод для общения подогнал мне батя. Он распечатал фотографии с нашего чудесного отдыха в парке птиц. Как я говорила, там же не только пернатые. Это ворону тянуло к птиченькам. А предок больше всего нащелкал кадров со свинтусами… каждому свое. Шучу.
На самом деле, родитель много фото сделал. С разными животными. И часть из них отлично подошла для раздачи моим детсадовским друзьям.
— Он точь-в-точь как ты, — заявила я, передавая фотокарточку жирафику.
Дружище отреагировал правильно. Вытянул шею и улыбнулся, прямо как то длинношеее. Детвора вокруг засмеялась. Чистый беззаботный смех — самое ценное, что дарит нам детство.
— Этот красавчик — тебе, — продолжила я раздачу «портретов». — Чен, он как ты нынешний. А до второго тебе еще придется подрасти, чтобы полностью соответствовать.
Нашему юному гению с пространственным мышлением досталось сразу две фотографии. Мелкого бегемотика и его «будущей», взрослой версии.
Думала, что малыши могут испугаться разверзнутой пасти, но не тут-то было. Детки наперебой советовали Ченчену кушать больше, чтобы поскорее достичь взрослой формы.
— Быков мы не встретили, — я изобразила на лице досаду. — Как и акул. Но было много крокодилов и черепах. Черепаху я отдам тебе, Шуфэн. Чтобы тебе передалось от нее мудрости.
«И чтобы ты сбавила обороты в своих подколках», — я решила как-нибудь потом добавить. Без лишних глаз и ушей.
— А крокодил — для Юна, — выдала я самый необычный «портрет» из получившихся у бати. — Потому что, когда ты вырастешь, к тебе так же начнут слетаться красотки.
Помню, сама описывала в одном из текстов, как бабочки пьют черепашьи слезы. Получая при этом нужные им минералы. Теперь я знаю наверняка, что с крокодилами это тоже работает.
И да, с учетом статуса наследника, вокруг этого мальца реально будут виться всякие… бабочки. Он же при (больших) деньгах, что делает наружность далеко не самым значимым в плане привлекательности. Так-то Юн не страшный, не подумайте. И с зубами у него неплохо, хотя до полного комплекта еще пары моляров не хватает.
Юный Юн принял фотокарточку двумя руками — знак уважения к презенту — и с видом глубокой задумчивости.
Остальным детям я предложила выбрать фото с птицами, благо их папка много нащелкал. И еще один снимок я отнесла к столу, за которым сидел Юньсюй. Он заглядывался на нашу шумную смешливую компашку, но не подходил.
Если слоноподобная облачная пустота не идет к вороне, ворона идет к слону.
— Это тебе, — просто сказала я, наблюдая за реакцией.
Совсем маленьких слонят нам не встретилось, но был подросток, принимавший водные процедуры. Слегка похоже на мелководье нашего бассейна.
— М, — ответил слон.
Глазенки маленькие на миг вспыхнули. Рука (хобот) потянулась к фотокарточке, но замерла в воздухе.
Я пожала плечами, улыбнулась. Положила снимок на стол и вернулась к своим. Дальше пацан уже сам пусть решает, что с фотографией делать. И не только с нею… С такой большой головой думать вообще полезно.
В воскресенье выпал снег. Не так, как до этого: ночь он сыпал, а к утру растаял. На сей раз за ночь намело прилично. Заодно ударили заморозки (аж минус пять градусов по Цельсию), так что столица враз побелела.
За завтраком батя спешил, работая палочками, а еще то и дело поглядывал в окно.
— Дорогой, мы куда-то опаздываем? — Мэйхуа так же не оставила без внимания метания мужа.
— На прогулку, — улыбнулся предок и сделал вид, что очень поглощен куриным супом.
— Не уверена, что это хорошая мысль, — нахмурилась мамочка, заслышав сигнал вызова на мобильный. — Режиссер Ян звонит. Мне следует ответить.
Ян Хоу обрадовался погоде: ему хотелось непременно снежную зиму показать в ролике. Чтобы дети ловили ртом снежинки, играли и веселились на фоне падающего снега. Тем более, что он договорился с площадкой.
Щегол не разменивался по пустякам. Основные съемки он удумал проводить в Ихэюань, что значит: сад мира и гармонии. Внешний мир знает эту локацию, как Летний императорский дворец. Нет, ну правда, к чему мелочиться?
Как он достал разрешение на съемки в историческом комплексе, я без понятия. Вот только скромное пожелание: прибыть на рабочее место прямо сегодня, чем скорее, тем лучше, слегка огорошило.
Режиссер хочет успеть поймать момент, пока в Бэйцзине царит снежная сказка. А не хлюпкая беспогодица, истоптанная тысячами тысяч ног вездесущих китайцев. Нам и так часть сцен придется снимать где-то еще. Чтобы сократить период съемок с четырех сезонов до нескольких недель. Потом «колдовать» с монтажом, причем так, чтобы никто не догадался.
  
— Я вас сопровожу, — решил батя, узнав про срочный выезд.
Наивная ворона решила, что родитель хочет своими глазами увидеть талант доченьки. Малость ошиблась.
— Ты куда-то утром выходил? — спросила мать перед выходом, глядя на отцовскую обувь.
— Выносил мусор, — растянул губы в улыбке отец.
Дочь, то бишь я, слегка напряглась. Честнейший батя юлит — это совсем на него не похоже.
Суетливое поведение папки получило объяснение в нескольких шагах от дома. На подступах к площадке, где мы с пацанами раньше так часто играли, на заснеженной поверхности блестели снежные цветы.
Это он встал пораньше, ухитрился на рассвете смотаться из дома, не разбудив жену и дочь. Сотворил на снегу — я даже не понимаю, как именно! — веточку мэйхуа, цветущей зимней сливы. И вернулся домой. Всё ради того, чтобы порадовать любимую супругу.