Не ломайся, девочка! (СИ)

У меня самой не хватает сил удержаться от смеха, даже слезы на глазах выступают, но теперь уже от того, что ситуацию немного спасла детская непосредственность.
И тут — звонок от Тихона!
И сердечко ускоряется.
— А кто звонит? — любопытно смотрит в экран.
Тихон звонит через мессенджер, у него там стоит аватарка.
— Мама, тебе красивый дядя звонит. Я такого дядя не знаю! Это кто?!
Да уж… Красивый.
Дочь смотрит на меня с удивлением. На личный номер мне звонит предельно мало мужчин, и все — родные или близкие друзья, вроде Леши. Всех их Ника знает по именам и аватаркам. Поэтому новому красивому дяде она очень сильно удивлена.
А я суечусь и смущаюсь под ясным взглядом дочери.
Это же… папа твой… непутевый… объявился! Но как сказать и, главное, стоит ли говорить, ума не приложу. Нет-нет, пока точно не стоит!
Вот пусть Тихон сначала себя покажет, докажет, что он никуда не пропадет… Наверное, года хватит? Или чуть больше. Для верности.
Беру телефон и неосознанно выхожу в другую комнату. Впрочем, понимаю, что Ника за мной следом крадется и смотрит вот такими большими глазами. С вопросом.
— Алло?
— Привет. Как дела? Решил позвонить, потому что на текстовые сообщения ты не отвечаешь.
— Да, дел полно. Закрутилась, — прикусываю губу, стараясь говорить нейтрально.
— С охранной системой оповещения закончили.
— Хм. Быстро.
— Не хотелось оставлять твое ателье без присмотра. Проверить хочешь?
— Сейчас? Уже вечер…
Оглядываюсь на Нику, она хитро выглядывает из-за угла. Оставить ее не с кем… За эти дни уже и Аня с ней сидела, и Кристина. У девочек тоже своя личная жизнь имеется.
— Да, сейчас в самый раз, парням нужно сдать работу. Я могу проверить все сам, но ты же здесь хозяйка.
— Хорошо, приеду. Подождите полчаса или чуть больше.
— За тобой приехать?
— Не стоит, я вызову такси.
***
Нику приходится взять с собой. Не оставлять же ее одну, без присмотра.
— Мама, а куда мы едем? Мама, а у тебя еще свидание? Оно тоже будет паррршивое? — болтает Ника.
— Нет, это по работе. Я быстро проверю кое-что, и мы поедем домой.
Волнуюсь.
Перебираю волны ткани платья, расправляя складки, которых нет.
Первая встреча Ники и Тихона. Не загадывала, но вышло все само по себе! Переживаю. Нет, знакомить не стану, боже упаси.
И все равно переживаю.
Дышу часто-часто, сердце покалывает — так много переживаний за эти сутки.
***
Нике нравится бывать у меня на работе, потому что у меня много «красивых цветных тряпочек». Ну и ладно, не всем дано быть семи пядей во лбу… Кому-то нужно и «красивые тряпочки» шить.
Ника подбегает к ателье первой, дверь распахивается. Там — Тихон.
Застывает, глядя на Нику. Не мигая, смотрит!
Опять этим своим жутким удавьим взглядом смотрит, сейчас напугает ребенка. Волнуюсь, спешу к Нике, готовая защитить ее… от непутевого папаши, который ее появления на свет точно не планировал, когда лез ко мне в трусики!
Встал, как вкопанный!
Ника тоже разглядывает Тихона снизу вверх и обратно.
— Никуш, это… — мой голос дрожит.
— А я его узнала! — хихикает в ладошку. — Это тот красивый дядя.
Дочка энергичная, как маленький ураганчик, успевает дать мне понять, что узнала мужчину с аватарки, и поворачивается к нему:
— Дядь, дай пройти!
— Да, конечно, — моргает Тихон и присаживается перед дочкой.
Мои пальцы на тонком плечике Ники дрожат от волнения. Не надо вот этого, не надо, пузырится во мне беспокойство.
— Привет, — Тихон улыбается Нике и протягивает ладонь. — Я Тихон, а ты?
— Тихо? — переспрашивает Вероника. — Почему тихо?
— Тихо-Н. Имя такое. Тихон, — объясняет.
— Какое у тебя имя… Дурацкое! — вздыхает Ника и гладит Тихона по плечу. — Не переживай… Можешь чуть-чуть поплакать.
— Вот как? — усмехается Тихон. — Думаешь, стоит из-за такого имени поплакать?
— Немного стоит. Все плачут, когда им грустно. Мама тоже плакала. У нее было свидание паррршивое! — добавляет дочурка и снова требует. — Дядь, дай пройти!
 Глава 51 
 
Глава 51
Аглая
Тихон отрывает взгляд от дочери, метнув его в мою сторону.
Наверное, подумал, что я дочери обо всем пожаловалась? И в красках рассказала, какой он козел?
Нет, совсем не так! И настраивать дочь против него у меня в планах не было. Боже, я и знакомить ее не спешила. Если бы не случайность и не настойчивость Тихона…
Так, стоп!
Я будто оправдываюсь. Не перед ним, а перед собой.
В целом, Кристина права, свидание вышло паршивое.
Точка.
Об остальном объясняться не обязана.
Но все равно какого-то черта я краснею. Как помидорка. Лицо Тихона остается неизменно дружелюбным, только в глазах что-то промелькнуло и исчезло.
Снова все его внимание — моей дочери.
Нашей дочери, замирает сердце.
— Так как тебя зовут, юная леди?
— Вероника.
Представившись, дочь оборачивается:
— Мама, надо ему помочь…
— Кому?
— Ну, дяде!
Дочка даже топает ножками и всплескивает руками, мол, вы чего такие глупые! И через секунду выдает новый перл:
— Этот дядя тут стоит, не дает пройти. Застрял?
Действуй, приказываю себе. Хватит стоять, как истукан!
Дочка ведет себя непосредственно, я — на грани обморока, Тихон держится, но по глазам понимаю, его неожиданной встречей где-то внутри размазывает. И одно то, что он позволяет мне это понять, странно греет возле самого сердца.
— Все хорошо, Никуш. Тихон сейчас пропустит тебя. Просто надо было сначала поздороваться и сказать волшебное слово.
— Пожалуйста?
— Именно.
— Пожа-а-алуйста!
Тихон поднимается.
Входим…
Тихон пропускает нас вперед, Ника бросается в забег по мастерской. Я ей не мешаю, знаю, что она обежит все, посмотрит, но ничего не будет трогать. Уже несколько раз шкодила, за что потом получала. Теперь просто смотрит и берет что-то, только если я разрешу.
Обязательно поделится впечатлениями…
— Мама, какое красивенькое! Ой, а это смешное! А это фу… Паррршивое! — громко звенит ее голос.
Кажется, у дочери новое любимое словечко.
Неожиданно чувствую касания пальцев Тихона к своему запястью.
— В одном я с ней согласен. Свидание, правда, было паршивое. Может быть, сходим на нормальное?
Меня будто парализует его прикосновением, на месте застываю. Тихон, воспользовавшись паузой, притягивает меня к себе за талию настойчиво, но вместе с тем бережно.
Сердце екает от его действий. Вот, глупое! Мало по тебе топтались? Я сержусь, пока в груди растекается патока.
Тихон целует меня в щеку, обнимает порывисто.
— Спасибо! Она чудо… Чудо, правда! — выглядывает осторожно из-за угла. — Спасибо за дочку. Можно я с ней… время немного проведу?
Смотрит просящим взглядом. У дочери мои глаза, она на меня похожа, но повадки и хитрости — точно от Тихона. Она точь-в-точь так же смотрит, если хочет чего-то.
— Это будет зависеть от того, понравишься ли ты ей. Судя по всему, не очень…
— Дай мне пять минут, — самоуверенно улыбается.
— Ты, кажется, работу мне хотел показать? Так показывай.
— Да, — кивает. — Работу надо принять. Минутку дай… На реанимацию, — шепчет хрипло.
Схватив мою руку, опускает ладонью на свое сердце, которое тарахтит, как мотор, который работает на пределе возможностей, аж захлебывается. Тоже мне, трактор…
Пальцы дрожат. Лицу жарко от мужского дыхания.
Судорожно сглатываю и отвожу лицо в сторону, прячась от поцелуя.
— Довольно, Тихон. Я и так слишком много тебе позволила. В то время как ты… ненадежный слишком. Давай о делах поговорим, — говорю строго.
В ответ он улыбается нежно и отпускает. Да, отпускает. Я расслабляюсь, но через миг оказываюсь прижата к стене, и он целует меня порывисто и жадно.