Волки и боги

В этот момент послышался грохот. Звук стремительно нарастал, а вместе с ним гора начала содрогаться. Это был яростный вой камня. Звук, в котором воедино собрались голоса скал, штормов и воинов Селены. В ужасе Сьерра бросилась к Нестору, и тот крепко обнял ее. Скала, укрывавшая первого воина, треснула, и огромная белоснежная фигура, которая веками пребывала в каменном заточении, встала перед ними как гигантский царственный обелиск. Рядом с ним Сьерра и Нестор казались крохотными и беззащитными как два новорожденных щенка. Девушка тяжело сглотнула и опустив голову, поклонилась великану. Ее колени дрожали, а запястья продолжали гореть: не каждый раз приходится совершать такие удары. Первый воин потянулся и с тихим рычанием сделал несколько шагов. Светлые его волосы доставали до плеч. Подняв руку, которая оказалась вдвое длиннее, чем у Сьерры, Фернер откинул одну из прядей со лба и снова взглянул на нежданных гостей. От этого взгляда по телу Сьерры побежали мурашки. Нет, не щенком она чувствовала себя рядом с ним, а песчинкой в океане, крохотной песчинкой. Воин молчал некоторое время, а потом глубоким и хриплым голосом, от которого у Сьерры зашевелился каждый позвонок, произнес:
– Каково ваше имя?
– Я Сьерра, – как можно более спокойно ответила Сьерра. – Я сопровождаю Нестора, нашего провидца. Он видел конец нашего клана.
Девушка легонько толкнула Нестора в бок, и тот продолжил:
– Азанор велел нам найти тебя.
Лицо Фернера оставалось невозмутимым и было трудно понять, что он чувствует. Гнев? Беспокойство? Прямой нос с широкими ноздрями, прищуренные глаза и острый взгляд, пронзающий насквозь.
– Кто есть ты?
Сьерра охнула в ответ, не зная что ответить, но Нестор вовремя подхватил ее.
– Она ликантроп, как и я.
– Я бы сказал, что ты происходишь из моего рода, – проговорил Фернер более привычным для них языком и сделав еще один шаг навстречу, стал еще выше. – Ты несешь копье Дестры. Но пахнешь человеком, а не волком.
– Я проклята, – проговорила Сьерра чуть слышно.
Фернер нахмурился.
– Кто угрожает нам?
Нестор медленно выдохнул. Сьерра была рада переложить задачу объяснений на плечи Нестора. Речи никогда не давались ей слишком хорошо, она привыкла скорее действовать, чем говорить. К тому же она была страшно напугана и смущена. В последний раз подобное состояние она испытывала, когда столкнулась с Селеной. В тот день, когда та спасла ее сестру, забрав ее, Сьерры, сущность.
– Селена.
В воздухе пещеры повисло ледяное напряжение: казалось, возьми нож, и можно разрезать его на кусочки. Взгляд Фернера давил на нее, и от этого сердце сжималось от боли.
Нестор откашлялся. Разговаривать с Фернером ему тоже было нелегко, но видно было, что он всеми силами старается изображать спокойствие.
– Мы обидели Селену, и она спустилась на землю, чтобы лишить нас нашей магии. – Фернер не шевелился, только глаза его сверкнули стальным блеском. – Мы теряем свою сущность. Становимся слабыми и больше не можем исцеляться. Волки перестали с нами разговаривать, а обращения даются нам с каждым разом все труднее и труднее. Если Селена не вернется на небеса, вскоре мы умрем от рук людей.
Фернер перевел взгляд с Нестора на Сьерру. Казалось, он ждал, что она опровергнет слова провидца. Но девушка молчала, а Нестор продолжал говорить. Голос его стал спокойнее, но все равно он боялся и, казалось, старался не дышать, рассказывая, что случилось за последнее время и как наказание богини убивало их.
Первый из воинов стоически выслушал рассказ. И только по тому, как напряглись мышцы на его груди и жилы на шее, было видно, как сильно он его тронул. Наконец Нестор закончил, и вокруг воцарилась гробовая тишина. Провидец нервничал, Сьерра, не находя нужных слов, тоже молчала. Прошло не меньше пяти минут, прежде чем Фернер отреагировал. Он наклонился к топору и схватил его легким движением, как будто тот весил как перышко.
– Ты идешь с нами? – спросил Нестор. И Сьерра услышала тревогу в голосе друга, за которую, конечно, не могла его винить. Сама она уже давно стояла, сжав руки в кулаки и больно вонзаясь ногтями в ладони.
 
– Ждите здесь.
Слова Фернера казались острыми, как лезвие его топора. Сделав несколько шагов, первый воин прямо на ходу обратился в белого волка. А его оружие и одежда будто растворились в воздухе. Мощными движениями он побежал по каменистой тропе, которая привела сюда Сьерру и Нестора – когда это было? – казалось, целую вечность назад. Сьерру всю разрывало от желания вырваться на свободу, покинуть эту тюрьму сна и камня. Добежав до вершины, Фернер завыл, и от его воя, мощного, как звук грозы, разрывающей небо, гора содрогнулась. Друзья затаили дыхание, пытаясь понять, что означал этот крик – так много разных чувств было в нем перемешано. Там были и ярость, и горечь, и угроза, и желание свободы. И столько в этом вое было силы, что ребята слышали еще некоторое время, после того, как внутри горы воцарилась тишина. Нестор и Сьерра остались одни. Оба тяжело дышали, как два ребенка, которых одних в темноте оставила мама.
– Он сказал подождать его, – пробормотал Нестор.
– Да, – ответила Сьерра упавшим голосом.
Волнение от произошедшего отхлынуло, и на плечи девушки свалилась такая неизбывная усталость, что она чуть не упала в обморок.
Ее лодыжка горела, будто до костей пронзенная невидимыми иглами. Она лихорадочно зашарила в поисках места, куда бы можно было сесть, пока головокружение окончательно не одолело ее. Садиться на камень, где еще недавно спал первый воин, казалось неуважительным, и без сил она рухнула на пол. Нестор сел рядом. Трясущимися руками девушка сняла ботинки. Одна нога сильно опухла, и было видно, как сильно плоть пульсирует под кожей. Скривившись, охотница ощупала кости. Они, казалось, были целы, но прикасаться к ноге было больно.
– Ты что-нибудь сломала? – спросил Нестор.
– Кости в порядке, – ответила Сьерра и, вздохнув, прислонилась спиной к камню. Казалось, она еще никогда в жизни не чувствовала такой усталости.
– Твой отец был ликантропом. Наверняка, он знал, как такое лечится.
– Покоем и терпением, – огрызнулась Сьерра, с горечью подумав, что у нее не было сейчас ни того, ни другого. Но тут ее веки начали тяжелеть, и прикрыв глаза, она проговорила:
– Я всего на минутку. Просто немного передохну.
И тут же заснула. И ни холод в пещере, ни вой Фернера, который все еще продолжал звучать в ее ушах, не помешали ей этого сделать.
* * *
В костре потрескивал огонь. Тело Сьерры онемело от сна, а веки припухли. Она заснула в неудобной позе, и шея болела так, будто кто-то воткнул ей в сухожилия десяток деревянных колышек. Девушка наморщила нос и потерла глаза тыльной стороной ладони. Желудок пел от голода: похоже, он первым почуял запах жареного мяса, еще до того, как сознание смогло напомнить ей, где она и что происходит. Костер горел жарко, и тени от языков пламени весело плясали на стенах пещеры.
Нестор спал на полу рядом. Стоя к ним спиной, Фернер жарил на костре мясо. Руки его, сильные и белые, были перепачканы в крови кабана. У Сьерры потекли слюнки. Ей дико хотелось есть, но не зная, как правильно вести себя с воином, она боялась подходить ближе.
– Ты можешь подойти, – будто читая ее мысли, сказал Фернер, не оборачиваясь.
В этот момент Нестор пошевелился во сне, и вспомнив, что она не одна, Сьерра решилась приблизиться. Остановилась на почтительной дистанции, достаточной, впрочем, для того, чтобы внимательно смотреть воину в глаза. Лицо Фернера оставалось таким же бесстрастным. Создавалось впечатление, что он по-прежнему высечен из камня. На лице и руках красовались шрамы, куда более белые на вид, чем его кожа. Сьерра бросила взгляд на свои руки и поразилась тому, какими хрупкими и нелепыми выглядели они по сравнению с руками Фернера. Первый воин взглянул на девушку и нахмурился. Похоже, это выражение было единственным, которое могло принимать его лицо.