"Фантастика 2025-95". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

Ну что, все мои прошлые попытки в дипломатию кончались крахом. Попробуем же другой метод.
  
Глава 10
 
Поход на запад
 
Глядя на окруженных смутьянов, могу решительно сказать — такой вид мне нравился. Адреналин буквально бурлил в крови, губы растягивались в дружелюбном оскале. Ни сомнений. Ни нерешительности. Только уверенность в собственных действиях.
  
— Итак, а теперь говорить буду я, — произнес, поднимаясь с кресла. — Вы явились сюда ко мне, чтобы требовать. Требовать у своего сюзерена, которому поклялись служить. И более того, что вы сделали? Вы обозвали нелюдью ту, кто сражался с нами с самого начала. Ту, кто спасала жизни. Мою, отца Клемента, многих из здесь присутствующих. Наконец ту, кого сам Единый признал достойной. И какое же наказание за это следует присудить?
Задав этот вопрос, я шагнул к мятежникам, материализовав в руке эспадон. И, кажется, только сейчас до них начало доходить в насколько дрянной ситуации они оказались.
— Прошу простить! — воскликнул один из смутьянов, простой мечник. — Я не знал о заслугах леди Марии! Я… я искуплю! Прошу, дайте мне шанс!
Видя пример товарища, второй мечник также рухнул на колени, отчаянно стуча зубами от страха.
Я остановился и перевел взгляд на других недовольных. Те еще колебались
— Войско может пережить потерю двоих, — произнес как будто про себя, но те, кто надо, услышал.
— Я приношу свои извинения, — произнес Джастин, упав на одно колено. Его сообщник немедленно повторил этот маневр.
— Извинения… Извинениями сыт не будешь. А потому каждый из вас окажется наказан. Вы двое, — резкий поворот в сторону мечников. — Ваш проступок не столь серьезен, и раскаянье его смягчает. А потому я буду милостив — две недели на самых черных работах.
Мечники вздохнули с облегчением, видимо на самом деле готовились к худшему.
— Теперь вы, — поворот к рыцарю и его напарнику-оруженосцу. — Вы являетесь организаторами этой мерзости. Вы последними принесли извинения да и искренности в них я не услышал.
— Мы…
— Молчать! — перебил пытавшегося что-то сказать Джастина. — Ваша вина больше и правильней было бы немедленно устроить казнь. Однако… на этих землях Единый нуждается в каждом солдате. Если только тот не действует во вред делу Господа… Насчет вас, я еще не решил, можете ли вы принести пользу Единому или становитесь помехой. Значит, это покажут ваши дела.
Я вновь замолчал, будто бы обдумывая приговор, хотя в действительности рассмотрел множество вариантов еще до этого события. И сейчас уже остановился на одном.
— Вам надлежит искупить кровью проступок. С этого момента вы будете идти первыми в самые опасные места. Стоять первыми в ряду. Прикрывать отступление, если это потребуется. И если совершите еще один проступок, то наказание будет одним — смерть. Вам все ясно?
— Да сир, — тихо ответил Джастин.
— Тогда идите вон.
Несостоявшиеся мятежники удалились из зала очень быстро, едва не теряя подошвы сапог. В помещении остались только верные мне люди. Некоторое время сохранялось молчание. А затем тишины разбили хлопки ладоней.
— Отлично ты их вздрючил, Энквуд. Только так и надо!
Слова паладина тут же подхватили другие воины, посеяв одобрительный гул. Я же бросил мимолетный взгляд на системные сообщения и на миг остолбенел. Мало того, что репутация со всеми присутствующими скакнула вверх, но даже с наказанными мечниками она повысилась. А с Джастином умудрилась сохраниться на примерно том же уровне. Так что это выходит, я всегда мог действовать именно так? Брать своей властью, силой верных людей? Да черт возьми, неужели все проблемы с Карлосом были вызваны исключительно моей нерешительностью? Если так, то оставалось лишь скрипеть зубами и твердо себе завещать больше не проявлять позорной слабости. Быть всегда твердым. Что я и осуществил немедленно, затеяв небольшое выступление перед покоренными викингами.
Тут стоило пояснить, кто же именно из местных жителей оказался под моей властью. А были это люди двух категорий. Первая, немногочисленная — те, кто решил сражаться, но вовремя сдался. Таких осталось немного, и они содержались под стражей. Вторая же — мирные жители. Которые в большинстве своем оказались представлены женщинами, детьми и стариками. Взрослых здоровых мужчин в живых практически не осталось, а все потому, что северный народ являлся крайне воинственным и даже простой бонд почитал своим долгом взять в руки оружие, если нападали на его дом. Да что там, во время битвы сражались даже женщины, впрочем, безуспешно. Те же, кто теперь остался в живых, можно было отнести к худшим представителям викингов. По крайней мере по их собственным представлениям. Но это же дарило мне надежду, что попыток восстать не случится. Ну а чтобы шанс на мирное сосуществование стал крепче, я и произнес речь.
Обращение мое являлось крайне простым и состояло из нескольких тезисов. Первое — мы победили, а значит сильнее викингов. Второе — нас поддерживал Единый, а их шестеро богов, а раз так, Единый сильней всей шестерки вместе взятой. И наконец третий тезис, или скорее, вывод из озвученного. У викингов есть два пути. Первый — продолжить чтить своих слабых богов и самим остаться слабыми. Второй — начать почитать Единого и примкнуть к настоящей силе, а также получить право сражаться с нами плечом к плечу.
Насколько такая пропаганда была эффективна, сказать сложно. Викинги не стали бросаться ко мне с намерением растерзать святотатца. Но и очереди из желающих сменить веру не образовалось. Однако по итогам обстановка в поселении чуть успокоилась. Настолько, чтобы рискнуть оставить здесь небольшой гарнизон, а с главными силами устремиться в новый поход. Куда? Разумеется, в таинственное подземелье за шлемом и прочими сокровищами. Впрочем, мои планы касались не только его.
Распределение сил вышло следующим. Малому отряду из пятерки солдат надлежало исследовать восточную часть острова. Та в нынешний момент являлась белым пятном на карте, расположенным между городом викингов, гноллами и нереями. К слову, захваченный город получил название Приют. Второй отряд из пятерки воинов под предводительством оруженосца, направился к рыболюдам и тем же нереям. Ему надлежало сопроводить освобожденных пленников до их родного дома, а заодно проводить матросов, дабыне перегнали суда в бухту Приюта. Четыре десятка солдат, главным образом мечники, остались в качестве гарнизона. Ну а к самому подземелью направились чуть менее сотни бойцов, из которых не было ни одного слабее четвертого ранга. Оставалось надеяться, что жуткие катакомбы, проглатывающие всех в них забредавших, этим числом и качеством подавятся.
Главный отряд выступил в поход во второй половине дня. Из-за этого у нас оставалось не так много времени до заката, однако, учитывая что конечной точкой маршрута являлось подземелье, не столь важным было, когда мы его достигнем. Сама же дорога обещала оказаться безопасной.
Все потому, что опасная живность на острове выжить шансов не имела. Ее активно прореживали гноллы, викинги, медузы и конечно же драконы. Так что и нам за время пути к горе не попалось даже жалкой стаи волков. На нашем уровне силы, жалкой. Возможно, немногие хищники просто убрались с дороги мощного отряда. Тем более что шум, поднимаемый воинами в броне, идущими через редколесье, создавался такой, что разносился на целую версту. Чуть раздраженная этим фактом Марра не раз на данный факт указывала.
— Мы почти пришли, господин, — между тем произнесла Исалиш, так звали одну из медуз, поступивших ко мне на службу. Всего таких было шесть, а вместе с теми, кто смог пережить оборону замка, я получил уже полный десяток змеелюдов. Ситхаз справилась с поручением и сумела сагитировать всех спасенных из Приюта сородичей и даже уговорить их проводить отряд до родного селения.
  
Правда, прежде чем новобранцы согласились это сделать, пришлось поклясться именем Единого, что я не начну войну с их сородичами. Благо, дать такое обещание было легко, ведь я на самом деле не планировал ничего подобного. Даже если медузы также решат держаться независимости, это будет вполне приемлемым. Лишь бы между нами сохранялся мир, а дорога в подземелья являлась открытой. Хотя лучше было бы все же включить их в состав своего крайне маленького государства. Все же как лесные разведчицы, они сильно превосходили тех же егерей.