Она любит плохих парней (СИ)

— Не хочешь объяснить, что с тобой происходит? — с настойчивым беспокойством спрашивает Тоша.
— Сама не знаю, — нехотя признаюсь я.
— Вы встречаетесь?
— Каждый день.
— Не увиливай. Ты поняла вопрос.
Смотрю в пустую чашку и нервно стучу пальцами по стенкам:
— Мы об этом не разговаривали.
— А может, все и так понятно?
— Ничерта не понятно! У него все так… — сжимаю зубы, — просто. Сказал, что нравлюсь, заботится обо мне, слушает мои бредни и подыгрывает в глупостях. Он ни разу на меня не разозлился, хотя поводы были. Не спорит и не пререкается, только шутит, лыбится и целует. Это похоже на отношения?
— Вообще-то да, — уверенно отвечает Тоша. — Зачем ты нарочно пытаешься найти проблему, если у вас все хорошо?
Прижимаю чашку к пульсирующему от напряжения виску. Тоша пришел ко мне, чтобы поделиться переживаниями, а я снова перетягиваю одеяло на себя.
— Давай сменим тему, — предлагаю я.
— Нет, не сменим, — серьезно заявляет он. — Дарий, если судить по тому, что я знаю, классный мужик, а ты истеришь без причин, потому что боишься непонятно чего.
— Я боюсь, что рано или поздно он во мне разочаруется и тогда…
— Хватит додумывать наперед!
— А чего ты орешь?!
— Ну ты ведь хотела, чтобы кто-то на тебя злился? Получай! Катя, я обожаю тебя каждой частичкой души, но иногда ты ведешь себя, как идиотка. А ну отвечай на вопросы быстро и не задумываясь! Он тебе нравится?!
— Да, — произношу я, зажмурившись.
— Что именно тебе в нем нравится?
— Задница.
— Из моральных качеств, — хмуро поправляет Тоша.
— Ну-у-у… он умный, спокойный. Иногда смешно шутит. Не придирается по пустякам, не педант. Легкий на подъем, открытый, — Чем больше я перечисляю, тем хуже себя чувствую. — Да мне все в нем нравится! Все, понимаешь?! И это жесть! Так нельзя!
— Ты хочешь быть с ним? — задает следующий вопрос Тоша, не реагируя на мои выкрики.
— Да! — честно отвечаю я, ударяя чашкой по матрасу. — Да, хочу! И что с того?!
— А то, что тебе пора расслабиться и получать удовольствие, — печально улыбается Тоша.
Чувствую себя последней стервой, которая сама не может разобраться, что ей нужно, и терроризирует этим других. У меня тут расстроенный друг, а значит, в первую очередь нужно позаботиться о нем. 
— Слушай, Тош. Сегодня ведь пятница, — вкрадчиво говорю я. —  Ты едешь на ужин с родителями или?..
— Вообще-то я планировал потусить с тобой, но… демонический блеск в твоих глазах меня пугает. 
— Тогда, как насчет вытрясти всех бесов из наших бренных тел? 
— Караоке?
— Лучшего способа я не знаю.
— А как же твоя простуда?
— Я уже в порядке. Нам обоим нужно проветриться и хорошенько проораться, согласись.
— Как ни странно, но я правда с тобой согласен, — отвечает Тоша, и льдинка печали в его взгляде кажется чуточку меньше. 
И не брошу на полпути, не скажу, что не могу
Как бы сложно не было, я дойду, дойду
«Не брошу на полпути», Елка
Крепко сжимаю микрофон, пропевая последние строчки, Тоша подпрыгивает, гордо улыбаясь, и завершает наш номер быстрым поклоном. Глаза друга пылают огнем, разведенным при помощи десятка шотов, щеки и нос красные, а в растрепанных кудряшках путаются цветные блики. Он выглядит счастливым, и это самое главное. Звучат одобрительные аплодисменты и заводной голос диджея, адреналин и алкоголь держат тело в тонусе. Тоша спрыгивает с круглого подиума в центре зала, а я спокойно спускаюсь следом, потому что длина моей плиссированной юбки не выдержит такой экспрессии. Вручаем микрофоны компании девушек, которые ждут своей очереди, чтобы взойти на сцену, и уже собираемся вернуться к бару, как вдруг брюнетка с косым каре преграждает мне путь.
— Классно поешь, — говорит она, скользнув взглядом в расстегнутый ворот моей рубашки. — Может, попробуем дуэтом в следующий раз?
— Может, — отвечаю я, беззастенчиво рассматривая ее облегающий наряд: черные леггинсы и тонкая водолазка рисуют соблазнительные изгибы фигуры. Ей бы еще маску и хлыст, получилась бы настоящая женщина-кошка.  
 
— Я Рина. А ты?
— Катя, — смело представляюсь я.
— Тезка, значит? Это судьба.
— Рина! Давай скорее! — нетерпеливо кричат девчонки.
— Увидимся, — подмигивает мне Рина и поднимается на подиум.
«Занятная», — тихо бубнит внутренний редактор, который, наконец-то, вышел на связь, благодаря паре бокалов белого полусладкого.
Собираюсь остаться в первом ряду зрителей, но Тоша закидывает руку мне на плечи и ведет к полукруглой барной стойке, над которой горят желтые лофтовые лампы.
— Ты нарываешься, — громко говорит он. — Застегни рубашку.
— Не хочу! — отвечаю весело. — Здесь я останусь в безопасности, даже если до трусов разденусь.
— Она клеилась к тебе. Ты ведь заметила?
— Я бы тоже к себе приклеилась. Да и к тебе...
— О-о-о, — тянет Тоша, подталкивая меня вперед. — Кому-то уже пора завязывать с выпивкой.
— Ни за что! — хлопаю по стойке и грациозно взлетаю на стул. — Бармен! Обновите напитки, пожалуйста!
Тоша демонстративно закатывает глаза, забираясь на соседнее место, а я кокетливо закидываю ногу на ногу, расправляя края юбки. По залу разносится хор девичьих голосов, исполняющий версию песни «Kazka - Плакала», за столиками вдоль стен шумят компании. Народу с каждым часом становится все больше, и это скорее плюс, чем минус. В этом грохоте и смешении характеров легко затеряться, и это именно то, что мне нужно. Никаких оценок, никаких просчетов. Делай, что хочешь, завтра тебя никто и не вспомнит. 
Тоша смотрит в телефон. Уголки его губ опущены, желтый свет от ламп переливается отчаянием на лице. Началось! Наклоняюсь вперед и накрываю ладонью экран мобильника:
— Переписки для малолеток.
— Что изменится, если мы увидимся? — мрачно спрашивает Тоша.
— Не узнаешь, пока не попробуешь.
— Это твой девиз, а не мой.
— Для друзей мне ничего не жалко.
Убираю руку с его мобильника и тянусь за бокалом. Делаю пару небольших глотков, наблюдая с каким серьезным сосредоточением Тоша набирает сообщение.
«А ты не хочешь никому написать?», — скромно спрашивает внутренний редактор. — «Дарию, например».
«Я ему уже написала и получила благороднейшее разрешение на вечер безудержного веселья».
«Может, стоит его пригласить?»
«А может, тебе стоит заткнуться, пока я не заставила?»
«Понял. Ты здесь босс».
Не могу больше думать о Дарие, все мысли сводятся к тому, что я для него всего лишь несерьезное развлечение по типу прыжков с парашютом. Что-то необычное и забавное, драйвовое, но не требующее много внутренних ресурсов. Прыгнул и лети себе, пока на землю не грохнешься. И Дарий, вроде бы, не делает ничего плохого, но чем дальше мы заходим, тем больше я понимаю — мне мало. Он всегда остается закрытым, даже его откровения о семье и прошлой жизни звучат как истории не о нем, а о ком-то, кого уже давно нет. Иногда кажется, что я и правда встретила героя из романа. Выдуманного, неживого, картонного...
— Если что, это была твоя идея, — говорит Тоша, стреляя в меня колким взглядом.
Ухмыляюсь и подталкиваю ему наполненный до краев шот:
— Запишешь меня на расстрел утром.
Вечер набирает обороты, становится жарче и интереснее. Моя новая знакомая и по совместительству тезка не забывает о своем предложении, а после нашего совместного выступления приглашает меня и Тошу за стол своей компании. Знакомимся с остальными девушками, заказываем добрую половину барной карты. Звенят бокалы, дикий хохот перебивает звучание музыки, а громкие биты и басы вибрируют прямо в сердце. Тоша, как главный защитник моей чести, громко объявляет о том, что у меня есть парень, но это едва ли кого-то смущает, а я и вовсе никак не реагирую. Нет у меня парня. Есть мужик, мотивы которого я до сих пор не могу понять. Насильно выключаю воспоминания о Дарие, погружаясь в новую тусовку. Топчем танцпол, болтаем, шутим, поток окрыляющей энергии в ярком свете неона уводит за собой все дальше и дальше. Мысли затихают, уменьшаясь до простых коротких желаний. Хочу танцевать. Хочу смеяться. Петь, кричать, хлопать, визжать!