Она любит плохих парней (СИ)

Вот блин! Неужели переборщила?!
— М-м-м… может быть. Это «L Eau par - Kenzo».
«Ты что несешь? Он не спрашивал марку!» — злится внутренний редактор.
Дарий вдруг наклоняется и убирает кудряшки с моего плеча, едва ли не касаясь носом шеи. Его теплое дыхание ласкает кожу, сердце в ужасе замирает. Это что такое? Что за милые домогательства? Кто-нибудь вызовите скорую! Не уверена, что останусь в сознании надолго.
— Приятно. — Дарий выпрямляется и заглядывает мне в лицо. — Похоже на цветы и жвачку.
— Сирень и ментол, — сдавленно отвечаю я.
— Тебе идет, — говорит он вместе с коротким звоночком, который означает остановку лифта.
«План! План! План!» — воет голос внутреннего редактора.
Спохватившись, достаю из бокового кармана сумки телефон и открываю приложение такси, шагая на выход из подъезда. Утренний воздух отрезвляет осенней прохладой, обнимаю себя одной рукой за плечи, чтобы сберечь немного тепла. 
— Я тебя отвезу, — уверенно заявляет Дарий. — Идем.
Он проходит мимо и спускается с тротуара на дорогу, а я все стою на месте, отчаянно стараясь собрать мысли в кучу. Почему Дарий ведет себя так, будто… 
— Я тоже еду в университет. — Он оборачивается. — Нам по пути.
Мотаю головой, крепче сжимая телефон, и отступаю, выдавливая неловкое:
— Не стоит.
— Такси нужно вызывать заранее, ты опоздаешь.
Мобильный подсказывает неутешительное — «Время ожидания машины 18 минут».
— Поехали, иначе мы оба опоздаем.
Его “мы” звучит так притягательно и волнительно, словно он и я уже близки. Отрываю ногу от земли и делаю первый шаг, голова пустая. Внутренний редактор истерично хлопает дверью каморки, структура плана рушится, а зеленые глаза, точно магниты, тянут вперед. Дарий довольно кивает и отворачивается, но я успеваю заметить, как его улыбка из добрососедской превращается в хищную. Что, черт возьми, происходит? Что он задумал? К чему все это?
— Садись, Катюш, — говорит Дарий и нажимает кнопку на автомобильном брелке.
Подхожу к задней двери заведенной машины и тянусь к ручке.
— Нет. На переднее сиденье.
— Но…
— Пожалуйста, Катя, садись вперед, — просит он с нарочитой вежливостью.
— Лад-но, — медленно отвечаю я и обхожу машину, а сердце так и норовит проломить грудную клетку.
Опускаюсь на переднее сиденье и закрываю дверь, в теплом салоне автомобиля пахнет лимоном и медом. Похоже, Дарий, как и я, любит приятные ароматы — это плюс. Кошусь на водительское кресло, Дарий уверенно выезжает с парковки, держа обе руки на руле. Он слишком спокойный и добрый, и я не понимаю почему — это минус. 
Мозг от недостатка сна туго соображает, но я стараюсь структурировать дальнейшие действия. Нельзя позволить ему загнать меня в угол, нельзя выпадать из образа.
— Не думаю, что сажать меня впереди — хорошая идея, — смущенно говорю я. — Нас могут увидеть.
— Кто?
— Другие преподаватели или студенты.
— И что?
— Ну-у-у… проблем не боишься? 
— Тебе ведь уже есть восемнадцать?
— Да.
— Тогда какие проблемы? — снисходительно хмыкает Дарий.
В мыслях вертится десяток ответов по типу — «что еще ты собираешься делать, узнав о моем совершеннолетии?», но я молчу. Да что же это? Откуда внезапная трусость и нелепое смущение? Нервно подергиваю край чулка, плотный поток машин движется в сторону городского центра. 
— Сколько нам ехать?
— Полчаса, — отвечает Дарий и поворачивается ко мне лицом. — Поэтому я и попросил тебя сесть рядом. Не люблю говорить с тем, кто находится за спиной.
Его уравновешенный тон и полупустой взгляд больше меня не обманут. Он снова смеется надо мной, это же очевидно. Думает, я к нему клеюсь, считает себя королем. Что-то рановато.
— А может, ты боишься удара в спину? — дерзко спрашиваю я. 
— Ну вот ты и проснулась, — широко улыбается Дарий. — Доброе утро, Катюш.
Он вновь смотрит на дорогу, включив стариканскую внимательность, я а медленно закипаю. Паническая злоба от потери контроля играет с моим голосом, превращая его в шипение:
— Почему ты так со мной разговариваешь? 
 
— Как именно? — простодушно уточняет Дарий.
— Словно мы знакомы сто лет!
— Мы пили вместе вино, а значит, уже не чужие.
— Но не на брудершафт же!
— Мне заехать в алкомаркет? — нотки веселья в его интонации лопаются на моей коже, как пузырьки с кислотой.
Кто-нибудь потушите мой мозг и пятую точку заодно. Такое чувство, что не я с ним играю, а он со мной! Дарий достает из кармана пиджака «Айкос» и протягивает его мне вместе с коробкой стиков:
— Зарядишь?
— Так вот зачем ты посадил меня рядом. Эксплуататор.
— Кто бы говорил, — усмехается он. — Катюш, мне напомнить, сколько раз ты уже пользовалась мной?
— Я не пользовалась, а просила о помощи.
— Это одно и то же.
По сути да, но вслух соглашаться с ним я не буду. Не заслужил еще. Возвращаю «Айкос», салон наполняется тяжелым запахом ароматизированного табака. Дарий приоткрывает окно и выпускает дым через узкую щель, а я отворачиваюсь к боковому стеклу. Пальцы продолжают теребить край чулка, нужно срочно что-то придумать. Дарий сам вышел на контакт, ведет себя почти мило. Может, я уже ему нравлюсь? Стараться не нужно? Все так просто?!
— Я заставляю тебя нервничать? 
— С чего ты взял?
— Твои пальцы. — Дарий кивает на мои бедра, поверх которых лежат беспокойные руки. — Первый признак того, что человек нервничает — резкие повторяющиеся движения.
— Ты психолог или информатик?
— Я просто наблюдательный. 
Ах так? Хорошо. Я принимаю вызов, мой наблюдательный старикан. Адреналиновый всплеск от неожиданного поворота событий отпускает, мозг вновь работает в нужном направлении.
«Котенок, Катя! Ты котенок!» — напоминает внутренний редактор. 
Обхватываю ладонями колени, чуть сгорбившись, чтобы показать, как сложно мне сейчас подбирать слова. Готовьтесь к нокауту, Дарий Викторович, такой чистой невинности вы еще никогда не видели.
— У нас вышло очень… — Прикусываю нижнюю губу и опускаю взгляд. — Очень странное знакомство. Я поцеловала тебя, а ты оказался моим преподавателем. Теперь еще и соседом. Все это… м-м-м...
Заправляю волосы за уши и легонько касаюсь пальцами шеи и подбородка. Дарий молчит, но я чувствую, что его внимание полностью принадлежит мне. Наивный старикан.
— Мне стыдно за все, что случилось. Очень.
— Да ладно, Катюш? Неужели извинения?
— Не смейся! — с детской обидой прошу я. — Мне правда стыдно! Столько обстоятельств, одно за другим. Ты наверняка думаешь, что я чокнутая.
«И он не слишком уж ошибается», — хихикает внутренний редактор.
— Я так не думаю. А насчет всего остального… может быть, это судьба. 
Поднимаю голову, на лице Дария ни грамма веселья. Ух ты! Неужто и правда получилось? Поговорим о судьбе? Я только за.
— Ты в нее веришь?
— Скорее да, чем нет, но это не значит, что я с ней во всем согласен.
Фраза кажется знакомой и понятной. Она касается души и вызывает прилив тепла к сердцу. Искренне улыбаюсь и забываю об актерстве:
— Хороший ответ.
Светофор впереди, наконец-то, загорается зеленым, машина набирает скорость, но не превышает допустимый предел. Плечи расслабленно опускаются, напряжение, кажется, остается в пробке позади. Пейзажи осеннего города проносятся мимо, а из колонок звучит песня «Missy Elliott - Work it», как напоминание, кто сидит сейчас рядом. Ста-ри-кан! Прячу тихий смешок, потирая пальцами нос, но это не остается незамеченным. Дарий приподнимает бровь, с превосходством глядя на меня:
— Не нравится моя музыка? 
— Что ты? — Я взмахивая ладонью. — Отличная песня… проверенная временем. 
Едва сдерживаю смех, а Дарий переключает музыкальную дорожку, но это не улучшает его положения. Качаю головой под бит и меня осеняет.
— Я знаю этот трек! Видела кусочек в «Хайп-Свайп»! Там еще в клипе разговаривала сова! Forever, forever ever? Forever ever? — напеваю я.