"№Фантастика 2024-162". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

— Он кровью рисовал, что ли?— спросил я, но архимаг не ответил. В принципе, почему бы и не кровью? Я не изучал этот вопрос, но если уж воздух насыщен бао, то в телах адептов она точно должна иметься.
Не знаю, как должна пахнуть протухшая кровь, но в мастерской ничем, кроме растительных красок, не пахло и не воняло.
Я не стал наступать на линии незнакомой печати, не стал наклоняться над линиями, водить руками и вообще на всякий случай рассматривал штрихи и руны с расстояния двух шагов.
— Определить материал, которым сделан рисунок!— скомандовал я.
Киноварь — 94% 
Иное — 6% 
Ну, хоть успокоила. Буду знать, что художник не слишком отбитый. Жаль, что заклинание не определило таинственный компонент.
Печать была странной. Во-первых, она не имела накопителя, а значит, должна была переработать вложенную в печать бао и превратиться в обычную краску, как рисунок на стене. Но нет — печать светилась от вложенной энергии.
После прочтения рун я понял, что цель пентаграммы — накопление энергии. Пентаграмму можно было упростить раза в три, задать чёткие границы, где энергия будет накапливаться, в идеале — положить в центр накопитель, но художник этого не сделал, поэтому бао накапливалось над пентаграммой. Дилетантская работа.
Я ещё раз проверил руны, осмотрел пол на предмет подпилин, но ничего такого не наблюдалось.
— Давай, я же вижу, что тебе не терпится,— хмыкнул архимаг.
Я шагнул за линию пентаграммы.
Плотность бао: 214% 
Счётчик меня удивил. Двести процентов — это пшик, если сравнивать с пустыней у барьера, но здесь, посреди города, где средний уровень колеблется в 30%, такое скопление бао — аномалия для дилетантского ритуала. Чем же ты рисовал эти руны, Аталес?..
— Кто-нибудь пробовал делать печати сбора энергии без описания границ?— поинтересовался Апелиус.
— Я обустраивал себе место для медитации, но оно не сильно то повышало уровень бао. Скорее, помогало его быстрее втягивать из мира. А описание ритуала без четких границ я не видел. Да и незачем это — проще собрать энергию сразу в накопитель. Выходит, вот эта рунная цепочка завязана на непрерывное обеспечение этой краски бао, а остальная печать используется для накопления энергии. Бессмысленное дилетантство.
— Но оно работает.
— Работает. И вполне возможно, Аталес уже лазит по руинам, потому что переусердствовал и отхватил повышенную дозу бао, превратившись в кадавра. Как раз именно потому, что это сработало.
Я подумал о том, что можно сделать с такой печатью. Максимум — можно оставить её в каком-нибудь городе, а поверх рисунка поместить клетку с собакой, обеспечив её провиантом. Спустя несколько суток пёс или помрёт, или мутирует в нечто нехорошее и сильное по меркам людей — в того же волколака. Этот процесс можно провести и самостоятельно, пропитывая пса своей бао: выйдет гораздо быстрее, но так упускается механизм отложенного действия. В общем, ничего, кроме детских вариантов применения такого заклинания, мне на ум не идет. Пожелай я кого-то убить, повторил бы "пентаграмму Филиса", назовем ее так.
— Слушай, а если он не неофит?— вдруг спросил я. От своих же слов по спине прошли мурашки. Ритуалы у неофитов работали только из-за того, что практики напитывали порошок своей бао, без которого порошок оставался порошком, сколько его не насыпь. Если обычные люди каким-то образом смогут работать с ритуалами, мир покачнется, потому что магию ритуалов можно просчитать, как математическое уравнение. Люди сравняются с неофитами и с адептами, потому что отличие адептов от неофитов в малом — всего-лишь в физических характеристиках и трех заклинаниях. Это маги взаимодействуют с реальностью на качественно ином уровне, но если люди смогут влиять на реальность хотя бы на уровне неофитов, мир ждет огромнейшее потрясение. И это очень плохо, потому что я сейчас в привилегированном сословии, которое имеет право смотреть на обычных людей, как на говно. И обычные люди этот порядок принимают.
 
— Слишком невероятное предположение,— со скепсисом в голосе сказал Апелиус,— Лучше не воспринимай всерьез свою гипотезу, пока не обнаружишь Аталеса. Если он окажется обычным человеком, тогда подумаем, что с этим делать. Пока все мысли на эту тему — бессмысленная трата времени.
— Картра утверждает, что Аталес — обычный человек.
— Девчонка может ошибаться, может врать.
— Хорошо, пока оставим этот вопрос. Тогда давай предположим, зачем обычному человеку рабочий ритуал сбора бао? Заметь — на стене дома тоже ритуал сбора.
— Может, он не знает других печатей, или боится с ними экспериментировать?
— Допустим. Но почему именно накопление энергии?
— Не знаю,— проворчал Апелиус,— Может, практиком хотел стать через напитку тела энергией?
Я пожал плечами и задал заклинанию запрос вычислить время, за которое в печати могла накопиться бао. Вышло два дня и восемнадцать часов — художник пропал как раз три дня назад.
Я обыскал мастерскую внутри и снаружи, вытянул бао из ритуальной печати и ушел к гостинице через кучи мусора, на случай засады из оскорбленного здоровяка и его дружков с арбалетами. Я, конечно, адепт, но моя крутость может и не спасти от стрелы.
— А насчет империи ты, конечно, прав,— неожиданно продолжил старик давний разговор,— Нужно набрать людей, которые наберут себе еще больше людей и перевернуть мир. Маги смотрят на обычных людей, как на говно... В принципе, верно смотрят, но недооценивать обычных людей тоже не стоит. Маги говорят на языках своих народов, мыслят их категориями и дышат их культурой. Маги меняют мир, но и мир меняет их мышление. Воздействуя на людей, можно воздействовать на массу неофитов, адептов и магов.
В целом ты прав — надо выходить за пределы школы, строить фундамент своего величия...— я хотел было поддакнуть, мол, давно хочется посмотреть и конечно поучаствовать в становлении чего-то столь великого, как империя, но Апелиус совершил ошибку. Не знаю, рассеянность и перепады настроения тому виной, но архимаг сказал то, что думал,— Только сам понимаешь, прежде я должен покинуть твое тело, чтобы было удобнее работать.
И я отлично понял архимага: дед — лишь временный союзник, не больше. Старик спокойно отреагировал на поиски информации по изгнанию его из тела, чем снова заслужил мою доброжелательность, а потом ненавязчивыми шутейками и дельными мыслями снова втерся ко мне в доверие. И я уже начал воспринимать его как приятеля. Досадная, глупая ошибка, но сложно воспринимать потенциальным врагом своего напарника, с которым ты не расстаешься ни на минуту.
— Без проблем,— отмахнулся я, не показывая изменившегося отношения,— Мне самому будет интересно посмотреть со стороны за твоими успехами. Сам я в этом совершенно не шарю. Скажи, а вот выбор подчиненного в руководители — он как происходит?
Старик задвинул пятиминутный монолог. За это время я успел дойти до гостиницы, заказать обед и подняться в комнату.
— Не планируешь поохотиться в руинах?— вдруг спросил Апелиус.
— Выполнение задания меня сейчас интересует даже больше, чем зельеварение. Ты как, держишься?
— Ну как сказать... События последнего часа меня порадовали и растормошили, но не слишком сильно. Отрубленные пальцы гораздо интереснее ходьбы по городу, но лучше бы в руины, а?
— А что взамен?
— Нильям, ты не охренел? — удивился старик,— Я для твоего же блага хочу сбросить напряжение! Между прочим, если я перестану себя сдерживать, могу захватить твое тело, а после — дойти до руин самостоятельно. Ты это понимаешь?
— Разумеется,— кивнул я. Черта с два он о таком предупреждал бы.— Но и ты понимаешь, что после этого придется забыть обо всех хороших отношениях. И про обеспечение тебя телом я после такого поступка даже не подумаю.
— Понимаю. И чего ты хочешь?
— У меня единственное желание — стать обладателем заклинания. Своего, личного, для которого я буду единственным администратором.