"№Фантастика 2024-162". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
- Дивизионы, полный ход! – на потрясенных космофлотцев обрушился рев Стесселя – Атака ордером АР-3. После перезарядки переходим к свободной охоте. Ни один не должен прорваться! Это приказ!
Ордер АР-3 предусматривал сближение с противником до дистанции эффективной торпедной стрельбы, почти в упор. В этом случае была выше вероятность нанести врагу серьезные повреждения, добиться попадания, но и шансы погибнуть были соответственно многократно выше.
- Проверить матчасть, доложить о готовности – Чеканов уверенным голосом отдал команду своим людям. Можно было просто проверить показания компа, но с другой стороны люди тоже волнуются. Желательно их подбодрить, просто показать голосом, что все под контролем, в рубке знают, что делают и как делают.
- Торпедные аппараты перезаряжены. Готовы к стрельбе.
- Носовой плутонг готов.
- Кормовой плутонг готов.
- Зенитные батареи готовы на 76 процентов – посыпались четкие доклады с боевых постов.
Фрегат разгонялся, выходя на боевой курс. Противник повернул, стремясь уклониться от атаки, но разогнавшиеся корабли землян уже настигали котхов. Фрегаты разошлись широким кольцом, охватывая строй противника. «Минск» несмотря на повреждения, шел в самом центре, на острие атаки, оттягивая на себя огонь вражеских кораблей. Подчиняясь команде флагмана, фрегаты разом пошли на сближение. Заговорили скорострелки, осыпая противника десятками энергетических импульсов.
Алексей навел перекрестие прицела на острую хищную иглу истребителя. Фрегат метался из стороны в сторону, уходя от ответного огня, но автоматика надежно удерживала короткие стволы импульсаторов наведенными на выбранную цель. Долго так продолжаться не могло, коатлианский истребитель в два с лишним раза превосходил по огневой мощи земной фрегат, у него больше шансов первым нанести смертельный удар, сильнее была и его защита.
- Торпеды пли! – мягкий толчок, и фрегат рыскнул в сторону, уходя с линии огня и одновременно вводя в дело кормовой плутонг.
- Перезарядить аппараты – Чеканов скомандовал, больше для того, что бы поддержать людей, напомнить, что они единая команда. В этот момент роботы в тесном торпедном отсеке быстро со всей возможной только у механизмов сноровкой и четкостью извлекали из боеукладок торпеды, освобождали их из транспортных контейнеров и вкладывали в голодные жерла торпедных аппаратов. На торпедистах оставался только внешний контроль.
- Лейтенант, потеряны шестой и седьмой импульсаторы – раздался тревожный возглас оператора кормового плутонга. Плохо. Только сейчас Алексей понял, что это был за толчок в корпус «Задорного».
- Аппараты перезаряжены – бодрый доклад торпедистов прозвучал одновременно с загоревшимися индикаторами торпед. Пять секунд, как и положено.
- Приготовиться к залпу!
«Свободная охота» предусматривала выбор цели, дистанции и времени залпа старшим артиллеристом. На долю командира приходилось только маневрирование. Фрегат снова сменил курс, ринувшись в очередную атаку. Пока удача была на стороне смельчаков. Даже выпущенная с такого расстояния торпеда поразила истребитель. Все земные корабли пока целы, только «Надежный» вышел из боя, его командир передал, что на корабле потеряны все излучатели и поврежден двигатель.
- Лейтенант Чеканов, навести торпеды на коатлианский крейсер – приказ Самойлова прозвучал в тот момент, когда Алексей уже собирался стрелять по ближайшему истребителю. – Огонь по моей команде.
- Командир, это самоубийство – Алексей почувствовал, как по спине струится холодный липкий пот. Одиночная атака на ударный крейсер почти не имела шансов на успех.
- Алексей Петрович, там же девять транспортов, там полмиллиона человек, – в тихом усталом голосе Петра Михайловича звучал укор – там же дети.
- Есть, огонь по команде! – скрипя зубами, выплюнул в ответ лейтенант Чеканов. Уши горели. Даже упакованный в плотный кокон управления Алексей ощущал на себе укоризненный взгляд командира. Караван тяжелогруженых транспортов. Такая желанная цель для котхов! А на каждом шестьдесят тысяч человек: дети, старики, женщины, просто гражданское население. И пусть у них по четыре ноги и хитиновый панцирь, и дети у них рождаются из яиц, все равно они Люди. Они наши!
«Задорный» и «Злобный» в паре заходили на вражеский крейсер.
- Две торпеды снизу! – донесся издалека голос штурмана.
Котхский истребитель пытался сбить дерзкую атаку. Затянули свою задорную песнь зенитки, выплевывая очереди импульсов. Первая торпеда раскололась и выпала в пространство бесформенным метеоритом, вторая взорвалась, налетев на точный импульс зенитки, и в космосе вырос еще один ядерный шар. Это не смертельно, это просто маленькая точка плазменного выброса в бескрайнем пространстве.
Алексей знал, что коатлианские торпеды значительно уступают догонским и человеческим. Гномы до сих пор не могли создать достаточно мощный легкий и компактный генератор надпространственного хода. По этому они делают ставку в бою на всесокрушающую мощь своих импульсаторов, в то время как люди и догоны обрушивали на противника десятки скоростных маневренных торпед с искусственным интеллектом и водородными боеголовками. Каждому свое.
Раньше, до начала войны, человеческие торпеды тоже были слабее догонских, но сейчас обе расы обмениваются своими новейшими разработками. На флоты поступают самые последние новинки, в том числе и торпеды, сделанные по догонским чертежам. И не только торпеды, на верфях начали строить большую серию тяжелых фрегатов по образцу догонских эсминцев.
Медленно тянулись длинные тяжелые секунды торпедной атаки. Время застыло, сжалась в тугой комок. «Задорный» чудом избегал прямых попаданий, но десятки импульсов рикошетом хлестали по щитам, заставляя реакторы фрегата реветь от запредельной нагрузки. Прочный корпус корабля еще выдерживал этот энергетический шторм, но очередное попадание, как языком слизнуло антенну дальней связи.
А дистанция сокращается. Уродливый корпус коатлианца медленно приближается, фрегаты догоняют противника. Ближе. Ближе. Еще ближе!
- Торпеды пли! – вот и долгожданная команда.
- Есть, командир! – Алексей вдавил кнопку «Пуск» и его лицо растянулось в улыбке. На таком расстоянии трудно промахнуться. Мягкий толчок сработавших аппаратов отдался во всем теле. В тоже мгновение фрегат буквально отпрыгнул в сторону, закручиваясь в штопор боевого разворота.
Чеканов не отрываясь, смотрел на экран, на шесть ярких зеленых точек приближавшихся к вражескому кораблю. Следом второй волной шли торпеды со «Злобного». Казалось, что отметки еле движутся, хотя на самом деле, они мчались в надпространстве со скоростью в шестьдесят раз превышающей скорость света.
Перед глазами Алексея полыхнула ослепительно яркая молния, удар по голове, и лейтенант погрузился в беспамятство. Он уже не видел, как его торпеды разнесли на атомы вражеский крейсер. А затем в дело вступили догонские эскортные корабли. Ни один вражеский импульс, ни одна торпеда не достигли транспортов.
Поиск Европы.
Лондонский космопорт Уэйбридж встретил Пауля мелким моросящим дождиком. Пауль уже стал забывать, что такое осень. Последние четыре года он провел в кондиционированном безвкусном воздухе космических станций и кораблей. Выйдя из здания космопорта, человек запрокинул голову вверх, и долго стоял, вдыхая полной грудью влажный насыщенный сотней запахов воздух Британии. С затянутого тучами неба моросил осенний дождик. Пауль уже забыл, что такое дождь. Было прохладно, и комбинезон намок, к своему изумлению, лейтенант понял, что мерзнет. Давно забытое ощущение.
Проходящие мимо люди не обращали никакого внимания на застывшего посреди площади человека, в легком комбинезоне. Они привыкли и не к такому. Возвращавшиеся в отпуска солдаты и офицеры за годы жизни в космосе отвыкшие от цивилизации, часто вели себя неадекватно. Они просто забывали нормы поведения на Земле. Все здесь было большое и слишком нестандартное, неестественное.