Стать настоящим (СИ)
Вот она нырнула в окно на последнем этаже и, спустя полминуты, из башенки снова высунулся Арбоканов. Быстро оглядевшись вокруг, он посмотрел на небо и всунулся обратно. Валера замер на клумбе, Вьюшко молча стоял рядом, Кира следила за ограждёнными сигнальной лентой подходами. Иван Григорьевич тоже ждал команды.
Наконец, полковник опять показался в окне и, махнув рукой, приказал:
- Заканчивайте!
Громким и властным голосом гипнотизёр сообщил, что сейчас досчитает до трёх, и Валера проснётся - бодрым, хорошо отдохнувшим и с ясной головой.
- Раз, два, три!
Иван Григорьевич увидел, как разительно изменился у парня взгляд.
- Как вы себя чувствуете? - спросил Валеру Пётр Семёнович.
- Отлично, - ответил тот. - А как ворона? Была?
- Была! - подтвердил Ладмиров.
Кира поспешила к напарнику, проверить, всё ли с ним в порядке. Вьюшко тем временем собрал свои картинки в папку и неподвижно стоял, как всегда, с мрачным видом, ни на кого не глядя и дожидаясь Котова с Арбокановым.
- Это и правда была Ворона-проводница! - ещё издали сообщил Николай довольным голосом.
- Не знаю, как такое возможно, - недовольно пробурчал начальник, когда они с Котовым подошли к остальным, - но птица действительно исчезла в стене. Я это место осмотрел и ощупал, но так и не нашёл, куда она делась.
- Она улетела в лабиринт! - уверенно заявил Николай. - Всё работает, теперь осталось только окончательно стянуть лучезар... Разве не этого вы хотели, товарищ полковник?
- Всем в машину! - вместо ответа скомандовал Арбоканов.
* * *
Убитые горем Раздольские сначала, конечно, и слышать ничего не хотели о вмешательстве ФСБ в личные дела сына, который умер, как убедили их врачи, вследствие 'синдрома внезапной сердечной смерти'. Такое бывает, разводили они руками и, сочувственно вздыхая, объясняли, что этот синдром становится причиной летального исхода именно у молодых мужчин в возрасте от пятнадцати до тридцати лет. При этом парень может никогда не предъявлять жалоб на какие-либо отклонения со стороны работы сердечно-сосудистой системы, и у него не обнаруживаются патологии при проведении плановых медосмотров...
Поэтому оперативникам трудно было достучаться до родителей Марка, и они неоднократно получали от ворот поворот и отказ даже разговаривать, пока однажды, спустя десять дней со дня смерти сына, отец, видимо, сумев немного прийти в себя, а может, просто устав сопротивляться натиску спецслужбы, вдруг поделился с ОКОПом полезной информацией.
- Не понимаю, что это значит и зачем Марку могла понадобиться такая хрень, - сказал Раздольский оперативникам, - но деньги за неё перечислены немалые, вот посмотрите! - Он показал денежный перевод фирме, торгующей лабораторным и другим оборудованием. - Это было во время нашего отъезда в Испанию. Ума не приложу, что он хотел со всем этим делать... Марк ведь учился на гуманитарном факультете и ни физикой, ни химией никогда в жизни не интересовался! Зачем он всё это оплачивал и куда оно делось?.. Хотелось бы выяснить.
Поблагодарив Раздольского-старшего за ценные сведения, оперативники выяснили, что счёт, оплаченный Марком, был выставлен за покупку оснащения для химической лаборатории, расходных материалов, и техники, которая, как сказали просмотревшие спецификации научники, наводит на мысль о самостоятельной сборке и изготовлении энергетических установок.
ОКОП сразу же ухватился за эту инфу в надежде, что она приведёт к месту, где сейчас обитает сменивший тело Тигр. Однако не всё оказалось так просто. Оборудование забрали самовывозом со склада, документы о получении товара были подписаны человеком с доверенностью от Марка и несуществующими паспортными данными, записи, куда и на каком транспорте отвезли груз, отсутствовали. Тигр снова постарался отрубить все ведущие к нему ниточки, но это могло уже не иметь большого значения, если получится закрыть проход в иномирье, ведь тогда красноглаз станет обычным человеком и уже не сможет предпринять ничего катастрофического, какую бы аппаратуру ни закупил.
Решающий день наступил сегодня. Подходы к старому дому уже не просто перекрыли сигнальными лентами, а оцепили - мышь не проскочит. Вечно хмурый Вьюшко под неусыпным присмотром Арбоканова, Валера с Кирой и Котов с Ладмировым - все давно были на месте.
Полковник на этот раз остался во дворе следить за действиями гипнолога, а Кира поднялась на самый верх, где Котов давал наставления Ивану Григорьевичу, уверяя, что лучезар из него выйдет, как только он пройдёт лабиринт. В 'зоосаде' имелся старый дисковый аппарат, его сохранили ещё с совсем давних времён, ибо порой по нему можно было позвонить, даже когда иномирные проявления выводили из строя другую технику. Получалось не всегда, всё зависело от конкретного случая, такого, как, например, с Ладмировым, - он смог связаться с дочерью, поговорить с ней и внуком, возможно, в последний раз. Сказать им правду, ему, конечно, не позволили, но зато времени предоставили достаточно, чтобы, не торопясь, пообщаться и попрощаться. Никто ведь не знал, чем закончится его поход в лабиринт... Серебристое сияние к этому времени полностью стянулось к центру груди старика, лицо и руки приобрели нормальный цвет, только в глазах ещё таился холодный, синеватый огонёк, да брови и волосы остались снежно-белыми, хотя инеем уже не сверкали.
Вскоре подъехали Алиса Шашкова и Димка Мамонтов, которого Арбоканов сразу отправил наверх, Кире в помощь.
- Как в старые добрые времена, Коса! - пробасил Мамонт, вдруг с чувством приобняв бывшую напарницу за плечо.
'Нет, не так!' - подумала Кира, вспомнив, как он, и Алиса, и вообще все остальные выжившие выдры отказались от плановых и уж тем более форсированных исследований. Мамонт, к тому же, теперь женат на Виоле, которая скоро родит, и это тоже, как и неспособность перекинуться и даже просто почувствовать иномирье, налагало на него большие ограничения... Так что всё было не как в прежние времена. Однако говорить этого Кира не стала: пусть Димка и перестал быть выдрой, он всё равно остался хорошим, искренним парнем, готовым помочь всем, чем сможет.
Поэтому она улыбнулась и похлопала его по руке:
- Да, Мамонт, я тоже очень рада тебя видеть! Как там Виола?
- Нормально! - он расплылся в улыбке. - А ты? Я слышал про Лунную рысь... - в его глазах мелькнула на секунду то ли тоска, то ли боль, и тут же взгляд снова стал тёплым и радостным.
- И что?
- Ну, так... - Димка замялся. - Как оно... вообще?
- Да как обычно, Мамонт, - пожала плечами Кира.
Он хотел ей ответить, но в комнату с башенкой заглянул дежуривший на лестнице Капцев и сообщил о минутной готовности: несмотря на внешние изменения Ивана Григорьевича, он продолжал воздействовать на технику и связь, поэтому команды Арбоканова передавали лично.