Стать настоящим (СИ)
- А... что... - старик протёр кулаками глаза. - Я, кажется, заснул...
Заслонявший ему обзор Котов отошёл в сторону, и Ладмиров увидел за стеклом Валеру.
- Лунатик! - радостно воскликнул он, показывая пальцем, словно ребёнок на дрессированную обезьянку, потом, опомнившись, погасил улыбку и, растерянно оглядываясь вокруг, спросил: - Где я?
- В Центре реабилитации оперативных работников, - ответил, заходя в бокс, Валера. - Не волнуйтесь, сейчас я вам всё объясню.
* * *
К тому времени, как Ладмиров очнулся, Вьюшко как раз объявил о необходимости выехать на место, чтобы там проверить и скорректировать всё, чего ему удалось добиться в работе с Валерой.
Помимо севшей за руль микроавтобуса Киры, в группу вошли: Иван Григорьевич - удостовериться, что всё происходит так, как он видел, когда впервые столкнулся с лунатиком; Николай, отвечавший за состояние Ивана Григорьевича и знавший, где именно в старом доме скрывается проход в лабиринт; и Арбоканов, желавший лично проконтролировать ход дела, деятельность гипнотизёра и, в особенности, иномирца.
Пока ехали к заброшенному дому, Ладмиров снял свои шпионские очки: в глазах почти не осталось серебряного блеска.
- Жаль, что ночную красоту миров я больше не увижу, - посетовал он, вспоминая буйство света и красок, что обрушилось на него во дворе, когда он, с проникшим внутрь Маниным подарком, впервые вышел на улицу. - Я чувствую, как слабеет действие чудо-шара на мой организм. Наверное, это правильно, ведь иначе бы я не пришёл в себя... но мне всё равно жалко. И шелест тысячи голосов теперь где-то далеко-далеко, едва можно расслышать... да... Будь ты, Ангел, всё ещё без тела, я бы тебя уже не увидел!
- Так и должно быть, - почему-то избегая смотреть Ладмирову в глаза, кивнул Котов. - Скоро лучезар окончательно стянется, и тогда я смогу запечатать лабиринт.
- Надеюсь, Ворона-проводница избавит нас от необходимости драться со змеями, и я быстро доберусь туда, где сейчас моя Маня, - старик улыбнулся, глядя на Котова.
Тот кивнул, оставаясь серьёзным:
- Как только ты это сделаешь, я закрою проход.
- Приехали, - объявила Кира, паркуясь на улице, - встать во дворе было невозможно: жильцы в центре давно огородили шлагбаумами дворы, где не осталось ни одного свободного места.
ОКОПовцы вылезли из микроавтобуса и направились к заброшенному зданию, мрачно глядевшему на людей чёрными провалами окон с выбитыми стёклами. Валера шёл первым, потом Вьюшко с Ладмировым, за ними Котов с Арбокановым, а Кира замыкала процессию с мотком сигнальной ленты в руках, тревожно оглядываясь вокруг: здесь, возле старого дома, ей всегда было как-то неспокойно.
- Вот тут были мои следы, - Валера указал на старую клумбу.
- Ага, - согласился Иван Григорьевич. - Именно тут ты и стоял, когда посылал ворону. Шёл дождь, я встретил тебя на той улице, - он показал назад, - но ты меня не видел, мы вместе шли по этой дорожке, и ты...
- Не надо рассказывать, как всё было, Иван Григорьевич, - мягко перебил его полковник. - Пусть Крюков сам, под гипнозом, всё вспомнит и сделает.
- Чистота эксперимента! - сдвинул брови Ладмиров. - Я понял, извините.
- Просто смотрите внимательно, чтобы всё было правильно, - кивнул Арбоканов.
- Хорошо, - старик чуть отошёл назад, печально глядя на бывшую клумбу, где уже проклюнулись первые сорняки. - А ведь раньше здесь цветы росли... Правда, это было много лет назад!
- Я готов! - заявил молчавший всю дорогу Пётр Семёнович Вьюшко.
- Куда мне встать? - спросил Валера. - На клумбу?
- Лучше вот тут, подальше, - сказал гипнотизёр. - Вы должны будете выбрать нужное место, уже когда окажетесь в изменённом состоянии сознания.
- Иван Григорьевич, смотрите оттуда же, откуда и в первый раз.
- Ага, - Ладмиров прошёл чуть по дорожке. - Тут вот я остановился и смотрел.
- Я - в дом! - доложил Николай и двинулся было к подъезду.
- Стоять! - зычно приказал ему Арбоканов, заставив замереть на месте, и добавил, чуть смягчив тон: - Жди пока здесь, Котов.
- Косулина! - позвал начальник Киру, которая, пока все топтались возле подъезда, перекрывала подступы к дому сигнальной лентой.
- Всё, Пал Михалыч, почти закончила! - крикнула она.
Внимательно окинув взглядом окрестности, Арбоканов дождался, пока она подойдёт, и распорядился:
- Косулина, на тебе - вся обстановка! Я вместе с Котовым пойду в дом, смотреть, куда полетит ворона. А ты следи, чтобы через ленты никто не полез!
- Есть, Пал Михалыч, я справлюсь, мне отсюда отлично видны все подходы.
- Все по местам, начнём по моей команде. Котов, за мной!
Они с Николаем прошли в дом и, поднявшись наверх, Арбоканов на несколько секунд замер, увидев на досках огромное бурое пятно. Что за кровь и откуда она тут взялась, так и осталось не выясненным, и это вдруг кольнуло начальника ОКОПа чувством острой неудовлетворённости. Показалось, будто он безвозвратно упускает нечто важное... но что именно?.. Арбоканов бросил взгляд на Николая, но тот уже стоял к пятну спиной, в самом дальнем углу комнаты, глядя в стену.
Так и не поняв, что конкретно его беспокоит, начальник ОКОПа мотнул головой, словно муху отгонял, и, решительно пройдя к окну, выглянул на улицу:
- Начинайте!
Вьюшко, заговорив сильным и властным голосом, приказал Валере расслабиться и слушать только его, потом одну за другой показал ему три картинки, сказал 'Спать!', и Ладмиров с удивлением увидел, как у гипнотизируемого мгновенно изменился взгляд, став точь-в-точь таким же, как был, когда он его впервые увидел на ведущей к дому улице.
Пётр Семёнович снова заговорил, на этот раз какими-то бессмысленными фразами, и Валера сделал несколько шагов к клумбе. Речь Вьюшко ещё сильнее изменилась: слова раздробились, рассыпались на отдельные звуки, и вдруг сложились в новые, незнакомые наборы - странные, пугающие, с новым, непостижимым значением... Заклинания?! Ивана Григорьевича вдруг взяла такая оторопь, словно перед ним был не гипнотизёр, а злой, продавший душу дьяволу, колдун, насылающий на головы людей вечную тьму. Перехватив взгляд старика, 'колдун', продолжая говорить, прищурился, и Ладмиров вдруг мгновенно успокоился, устыдившись собственных глупых страхов, - ну, в самом деле, какие в двадцать первом веке могут быть заклинания?
Валера меж тем уже раскинул руки и стал медленно поворачиваться вокруг своей оси. С деревьев поблизости стали срываться вороны и кружить вокруг него чёрным вихрем, нагоняя ветер и формируя живой птичий кокон. Перед Иваном Григорьевичем разворачивалось знакомое действо: с громким карканьем птицы метнулись вверх, осталась только одна - сидела у Валеры на ладонях. Губы 'лунатика' шевельнулись, и ворона, сорвавшись с рук, полетела к старому дому.