"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
— Вас что-то беспокоит? — Спросил я, хотя не уверен, что это нужно было делать.
Просто…Черт, не знаю даже как объяснить. Несмотря ни на что, у меня к Клячину сложилось определенное отношение. Пожалуй, можно сказать, он действительно был мне симпатичен. Чисто по человечески. Даже при том, что я прекрасно понимаю, Николай Николаевич не самый лучший на свете человек. Есть ощущение, из всех возможных грехов на нем их…Да все они на нем есть. Насчёт заповедей — такая же ерунда. Особенно, не убий. Вот тут прям точно мимо не промахнешься.
— Беспокоит…– Эхом повторил Клячин. — Наверное, да. Беспокоит. Очень подходящее название.
Он усмехнулся. Но чекисту явно было не весело. Даже интересно, честное слово, что его так могло расстроить или озадачить. У меня уже сложился свой образ этого человека и он в данном образе — кремень.
— Николай Николаевич, можно вопрос? — Я начал издалека.
Когда садился в машину, не был уверен, стоит ли затевать такой разговор. Но подавленное состояние Клячина показалось мне вполне благодатной почвой, чтоб закинуть туда несколько зернышек своего интереса.
— Ну, попробуй. — Чекист покосился на меня, но без каких-либо эмоций.
— Зайцев Василий. Помните? Тот, про которого Вам в прошлый раз сказал Игорь Иванович…
Я замолчал, выдерживая паузу. Чтоб со стороны выглядело так, будто меня мучают сомнения. На самом деле, ждал. Смотрел на то, как себя поведет Клячин. Он себя повел — никак. Продолжал пялиться вперед с каменным выражением лица.
— Ну⁈ — Наконец, не выдержал первым Николай Николаевич. — Продолжение будет или все? Поговорили?
— Да я не знаю, как спросить…
— Языком ворочать разучился? Слова забыл русские? Или что? — Клячин опять посмотрел на меня одним глазом. Умеет он вот это. Коситься со значением.
— Могу прямо спрашивать?
— Слушай… Ты чего как девка на выданье ломаешься? Есть вопросы — задавай. Нет вопросов — сиди молча и не забивай людям голову!
Честно говоря, мне показалось, Клячин изначально прекрасно понял, о чем пойдёт речь. Но при этом он будто хотел, чтоб я произнёс вслух свои мысли. Сам.
— Вы убили Зайцева? Зачем? — Рубанул я сходу.
Хочет конкретно? Да на здоровье.
Однако в следующую же секунду буквально полетел башкой вперед. Я, естественно, полетел. Потому что никак не ожидал, что чекист резко остановит машину. Мы, конечно, ехали не на сильно большой скорости, но и я сидел расслабившись, соответственно чисто по инерции меня немного швырнуло вперед.
— А, ну, выходи! — Рявкнул Клячин, а затем сам выскочил на улицу.
Мы еще не добрались до города. Вдоль дороги шел лес, куда, собственно говоря, чекист и рванул.
Скажем прямо, я не испытывал особого желания бежать за ним. Но Клячина уже знаю неплохо. Если он велел идти следом, значит точно лучше прислушаться.
Николая Николаевича я нашёл неподалеку от дороги. Он стоял между березок, заложив руки в карманы кожаной куртки и глядя на меня исподлобья.
— Эм…ну…что-то не так? — Я подошел ближе.
— На. — Клячин вынул из кобуры пистолет и протянул его мне.
На нем, само собой, была кобура. И пистолет в кобуре тоже был, само собой. Николай Николаевич вообще выглядел сегодня как герой сериала про НКВД. Военная форма, кожаная куртка в самом что ни на есть классическом стиле чекистов, сапоги, начищенные до блеска, портупея. В общем — идеальный образ. Именно такой, каким он всегда представлялся нам, современным людям.
Я в изумлении уставился на оружие. Если не ошибаюсь, это был небезызвестный ТТ. Впрочем, какая разница? Сам факт изрядно меня удивил.
— Бери, говорю. — Повторил Клячин и ткнул пистолетом в мою сторону.
— Зачем? — Я бестолково хлопал глазами, ибо реально не понимал, какого черта он от меня хочет.
— Ой, мля… Мало того, сам говорить разучился, еще и не понимаешь русского языка.
Николай Николаевич в два шага оказался рядом, вложил оружие в мою руку и снова отошел назад.
— Стреляй. — Заявил он, глядя мне прямо в глаза.
— Вы совсем с ума сошли? — Поинтересовался я у чекиста.
Просто другой версии происходящего у меня не имелось. А что? Тяжелая работа, плотный график, начальник-самодур. Вот и поехала крыша у Николая Николаевича. Исполняет какую-то херню.
— Видишь…не хочешь. А если я сейчас возьму палку…– Клячин покрутил башкой по сторонам. — Да хоть вон ту.
Он подскочил к солидному дубку, валяющемуся неподалеку, схватил его и уставился на меня бешеным взглядом.
— Если я тебя этой палкой сейчас да в темечко? И ты ведь будешь понимать, что не справишься со мной голыми руками. Что я тебе могу тут голову размозжить. В принципе, и без палки могу. Но с ней нагляднее получится.
— Николай Николаевич…– Я медленно сделал шаг назад. Такое чувство, будто у Клячина и правда кукуха слетела. — Зачем мне в Вас стрелять?
— Да я тебя потому что сейчас убить могу. Мог бы… Соображаешь? Враз мог бы. И тебе придётся выстрелить, чтоб свою шкуру спасти. Либо ты, либо тебя. Что лучше будет? А?
— Нет, ну, с этой точки зрения…– Я с опаской посмотрел на толстую палку в руках чекиста. — Лучше уж, простите, я Вас.
По большому счету, он прав. Не в таком странном поведении. С поведением у мужика явные проблемы. В самом факте. Если я буду безоружным, то Клячин очень даже легко меня угандошит в этом лесочке. Просто, что, блин, за психологическое моделирование ситуации? А главное, какой ситуации? Странная игра — убей чекиста или он убьет тебя.
— Вот так и выходит, Алексей. — Клячин раздраженно отшвырнул палку в сторону. — Либо ты, либо тебя. И прежде, чем задать свой глупый вопрос, ты должен был подумать. Убил ли я твоего Зайцева? Да. Убил. Да, я. Но это было единственное верное решение. Я получил приказ и выполнил его. Человек, отдавший мне этот приказ, как только увидит хоть малейшее сомнение с моей стороны, тот час отдаст такой же приказ кому-то другому. Вот только касаться он будет меня. Ясно?
Клячин в сердцах сплюнул на землю и пошел к дороге. Однако, не сделав и нескольких шагов, резко остановился. Развернулся. Быстро метнулся ко мне и забрал из моей руки пистолет.
— От греха подальше. — Сказал он вдруг. — А то, знаешь, видал я таких, как ты. Вроде — овца овцой. Тихий. Спокойный. Рассудительный. А в глаза глянешь, там — стужа. В самый неподходящий момент на волю вырваться может. Отвернешься и овечка в спину нож воткнет. Хотя…ты, наверное, не в спину. Ты прямо в сердце. Меня твоим показным спокойствием не обманешь, Алеша. Я всякого повидал.
Клячин сунул оружие в кобуру и снова двинулся к дороге, где оставил машину.
— Психи, млять, одни вокруг…Шутники херовы…– Буркнул я себе под нос и пошел следом за чекистом.
— Можно было бы словами сказать. — Заявил я Николаю Николаевичу, как только мы тронулись с места. — Зачем уж вот так.
— Словами ты бы не понял. — Отрезал категорически Клячин, а потом, засмеявшись, ткнул меня кулаком в бок. — Ну, что? Зассал? А? Зассал?
— Да Вы вообще… — Я отодвинулся в сторону. Точно умом тронулся. То оружие в руки мне сует, то ржёт сидит.
— Я ведь тебе не просто так говорю, Алексей. Не просто так. Важно, чтоб ты свое прошлое вспомнил. Иначе непонятно, на кой черт ты нужен товарищу Бекетову. А нужен до зубовного скрежета. Он почему с твоим Зайцевым так решил поступить? Понимаешь?
Я молча покачал головой из стороны в сторону. Хотя, ясен хрен понимаю. Если каким-то образом всплывет даже часть истории, связанной с семьей деда, с его детством, с тем, что произошло в Коммуне, боюсь у товарища Бекетова буду серьёзные проблемы. Он явно не на благо страны и отечества это делал. Игорь Иванович свои, личные интересы преследовал. Какие? Пока не понимаю. Но рано или поздно точно пойму.
Однако, в чем я уверен на сто процентов, свои действия Бекетов держит в тайне. От тех же товарищей, от НКВД вообще в принципе. Мне интересно, как он Шарзаманашвили объяснил проявленный интерес к судьбе непонятного детдомовца. Не сомневаюсь, Игорь Иванович точно придумал оправдание, с хрена ли ему так беспокоится обо мне и принимать в моей судьбе личное участие.