"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)
— Если стол имеет прямоугольную форму, хозяин и хозяйка садятся по торцам стола. Главный гость-мужчина сидит по правую руку от хозяйки, главный гость-женщина — по правую руку от хозяина. Главным гостем считают человека, которому вы хотели бы уделить больше всего внимания. — Вещала Ольга Константиновна, расхаживая между столов.
— А если стол круглый? — На полном серьезе поинтересовался Марк.
— За круглым столом хозяин и хозяйка также сидят друг напротив друга. Наиболее почетным считается место напротив входа и выхода. — Блондинка остановился рядом с Бернесом и положила ему руку на плечо.
Жест был машинальный, она даже не заметила его. А Бернес наоборот — конкретно заметил. В одну секунду Марк покраснел и несколько раз дернул себя за прядь волос, которая падала ему на лоб.
Детдомовцы со знанием дела переглянулись между собой. Мол, поглядите, что делается. Наш скрипач влюбился.
— Всем понятно, о чем идет речь? — Уточнила Ольга Константиновна.
Пацаны активно затрясли головами, уверяя учительницу, что понятнее просто не бывает. Хотя, я, к примеру, вообще ничего подобного раньше не знал. И даже не заморачивался. Круглый стол, квадратный. Да хоть треугольный. Посуда есть, жратва есть. Какая разница, кто и где сидит. Оказалось, ни черта подобного.
— В европейском этикете принято чередовать посадку: мужчина — женщина — мужчина — женщина. И не сажать рядом мужа и жену. В европейском этикете существует правило правой руки: мужчина должен более внимательно ухаживать за женщиной, которая сидит по правую руку. — Продолжала Ольга Константиновна вводить нас в тему этикета. — Давайте сейчас разобьемся по тройкам. Представим, что справа — стоит дама…
На резонный вопрос Корчагина, для чего нам знать такие тонкости, если мы пока не то, чтоб женщину не имеем, мы вообще на улице моемся под холодной водой и кроме Шипко никого не видим, блондинка спокойно ответила:
— Ключевое слово — «пока», слушатель Корчагин. Вполне возможно, некоторым из вас предстоит играть определенную роль. И тогда непременно у вас будут женщины. Не в том смысле, как вы подумали, Леонид. — Ольга Константиновна, естественно, заметила реакцию Старшого, который, обернувшись, подмигнул остальным. Мол, видали, пацаны, женщины…
— Все, кто отправится за границу точно будут иметь статус женатого человека. Молодой, холостой мужчина — слишком легкая цель для врага. Соответственно, вы должны знать, как вести себя, в том числе, за столом. В том числе, устраивая прием дома. Либо, посещая званые вечера в домах тех иностранных граждан, которые представят интерес. Вы должны понимать, что у каждого будет своя легенда. Она может оказаться какой угодно. Но в любом случае вам предстоит играть роли. И это должна быть великолепная игра. На высшем уровне. Достоверная настолько, чтоб никто и никогда не догадался, кем вы являетесь на самом деле. Это вопрос не только вашей жизни. Это вопрос будущего вашей Родины. А теперь продолжим. Итак…Стелить ли скатерть? Однозначно да. Белоснежная скатерть — показатель того, что вы не экономите на текстиле. Особенно это касается формальных мероприятий. Под скатерть необходимо использовать мулетон или, говоря по-простому, подложку… Мулетон защищает поверхность стола от повреждений и приглушает звуки приборов и посуды…
И вот это все мы слушали на протяжении двух часов.
По окончанию урока Ольга Константиновна сообщила, что этикет она будет преподавать нам один раз в неделю, после чего «выплыла» из столовой.
— Какая женщина…– Протянул Корчагин, глядя ей вслед. — Раньше, при господах, она бы даже просто рядом стоять не стала бы… Чувствуется, дамочка не из рабочей среды.
— Да⁈ А че ж вы тут из себя пионеров строили? — Подкидыш моментально среагировал на высказывание Матвея. — Если сами вон сидите, слюни пускаете!
— Слушай, ну, ты дал, конечно. Накинулся на нее, как ненормальный. Таких дамочек нельзя брать нахрапом. Она же — самая настоящая мадмуазель.
В общем, пацаны Ольгой Константиновной были сильно впечатлены. Это факт. Но, скрывать не буду, я и сам впечатлился. Даже грешным делом подумал, а не выяснить ли про блондинку подробностей. Кто такая? Замужем или нет? Мало ли…
Ну и, конечно, хит сезона — смерть Зайцева… Правда, самое интересное, что о бедолаге Василии как-то быстро все забыли. Думаю, если существует загробный мир, Вася оттуда смотрит и офигевает, насколько резко на его убийство положили мужской половой орган.
Ну, или по крайней мере, делали вид, что забыли. Фотография Зайца в траурной рамке у входа в барак не стояла. Чекисты нас на допросы таскать перестали. Причём, резко. Прямо на следующий день. Даже Шипко ни словом не обмолвился больше на эту тему. Только таращился иногда на меня с особо пристальным вниманием и все.
Детдомовцы тему про погибшего товарища как-то заводить тоже не торопились. Такое ощущение, что вместе с вещами Зайцева из спальни вынесли и память о нем. Хотел бы я пожалеть Василия. Но… Не буду. Ибо, что скрывать, человек он был — такое себе.
Испытывал ли я чувство вины? Все же, по сути, грохнул Клячин Васю за его длинный язык и мерзкий характер именно по моей, так сказать, наводке. Нет, не испытывал. Меня больше волновало то, с какой скоростью и с какой категоричностью Бекетов решает подобные вопросы. Трындит Зайцев? Хорошо. Воткните ему нож под ребро. Пусть заткнётся. Как бы мне в итоге на месте Василия не оказаться…
— Тебя опять заберет этот сотрудник НКВД? — Поинтересовался Марк.
Мы на крыльце были вдвоем. Остальные пацаны сидели в бараке. Завтрак только прошёл. Планов Шипко никаких не озвучивал, а потому пока неизвестно, чем предстоит заниматься весь день. В город с ними гулять Панасыч точно больше не рвался.
— Да. Вроде, должен. По крайней мере, уговор был именно такой. — Я смотрел вперед, уставившись в одну точку.
— Слушай… Я тут что вспомнил… — Бернес наклонился чуть ближе ко мне и понизил голос. — В тот день… Ну, когда Зайца убили… К нам ведь подходил один чекист. Ага… Прямо на улице и подошел. Я его сразу узнал. Тот самый, который тебя сюда привез. Помнишь? И вот мне показалось, он после того, как переговорил с Панасычем, после того, как постоял покурил с ним, вроде бы что-то сказал Зайцу. Короте́нько сказал. Но Заяц после этого сразу стал какой-то озадаченный. И за мороженным этим побежал почти сразу. Едва чекист ушел…А на кой черт Зайцу вдруг срочно понадобилось мороженое. Странно, да?
— Марк… — Я повернулся к Бернесу, посмотрел ему прямо в глаза. — Очень тебя прошу, не делись подобными соображениями ни с кем. Вообще ни с кем. Вслух не произноси даже. А лучше и мысленно не сто́ит. Ты мне очень нравишься как человек. Видно, что в тебе нет говна. Я очень расстроюсь, если с тобой что-нибудь случится.
Вот не зря Бернес считается в нашем коллективе сообразительным. Не просто умным, а именно сообразительным. Он не стал задавать никаких уточняющих, тупых вопросов. Типа, о чем идет речь? Просто молча кивнул, а затем так же как и я пару минут назад, уставился вдаль.
— Реутов! — Из кустов вынырнул Шипко. — Иди к воротам. За тобой приехали.
Глава 15
(2)
— Как дела? — Спросил меня Клячин, не отрывая взгляд от дороги.
Мы уже выехали из леса и теперь двигались, судя по всему, в сторону Москвы. Видимо, нам предстоит очередная встреча с товарищем старшим майором госбезопасности.
— Спасибо… все хорошо…– Ответил я, исподтишка рассматривая чекиста. Подробности решил не рассказывать.
Он выглядел немного усталым. Так, наверное, можно сказать. Под глазами Николая Николаевича залегли тени, а сам он был какой-то…помятый. Не в плане одежды. Тут все ровно. Форма сидела на нем идеально. Самого Клячина словно пропустили через мясорубку. Причем, даже не через электрическую, а через ту самую, старую, бронебойную. Которая крепилась к столу и отодрать ее от стола было невозможно. Только если с частью столешницы. Я помню это странное приспособление. Одна из кухарок отца в моей юности пользовалась исключительно им. Припёрла его из дома и категорически отказывалась использовать современный кухонный комбайн.