"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Клячин… Меня аж прострелило. Дядя Коля, в рот те ноги…Вот что ему нужно. То-то он твердит, как попугай, вспоминай, Алеша. Вспоминай. Чекист скорее всего давно вкурил про Витцке. Просто не был, может, до конца уверен. А теперь знает точно.
Более того, он с Бекетовым трется рядом тоже давно. И в одной из наших бесед Клячин дал понять, что делает грязную работу для шефа не один год. Соответственно, он вполне может знать о том важном «нечто», отправленном моему отцу. Вернее, отцу деда. Чего может бояться до одури один чекист, и желать использовать в своих целях второй? Компромат. Какие-то факты, имеющие очень плохие последствия. Причем, если бы компромат касался только Игоря Ивановича, это — одно. Помрет, к примеру, Реутов, то бишь я, и все. Никто не отыщет заначку. Но там, похоже, есть информация ещё о ком-то. И нужна товарищу старшему майору эта информация прямо сейчас.
  
Бекетов откровенно ссыт. Он в панике. Ему капец как надо добыть папенькин схрон. И раньше, видимо, было надо, просто не столь срочно. Все эти годы он мог позволить себе ждать. То-то Игорь Иванович пацана от остальных чекистов спрятал. Вот в чем прикол с подменой фамилий и личностей. Товарищ старший майор госбезопасности просто-напросто спрятал того, кто предположительно владеет информацией, опасной для самого Бекетова. Вернее, кто знает, где можно найти эту информацию. Конечно, спрятал хиленько. Но год, до того, как Реутова определить в детский дом, выжидал. Наверное, дело было в чекистах, явившихся в коммуну. Из-за них не торопился?
— А что? Не́чего? — Игорь Иванович немного поумерил пыл. По крайней мере его тон слегка изменился да и взгляд перестал быть бешеным.
— Так Вы же в курсе. Не помню ничегошеньки…– Я скривился, выражая своей гримасой высочайшую степень сожаления. — Вы же мне, как отец родной. Заботитесь. Оберегаете. Вон, в секретную школу устроили. Это ли не проявление Вашей доброты? Да я для Вас…
Видимо, мои слова звучали в достаточной мере правдиво. Либо Бекетов отталкивался от того факта, что перед ним сидит семнадцатилетний пацан, который априори не способен ко взрослым играм. В любом случае, он мне поверил.
— Да, это верно. Просто, видишь ли, Алексей, точно известно, твой отец несколько раз появлялся в различных местах, подходящих для того, чтоб там хранить ценное. И всегда он был с тобой. Банк, куда чаще всего наведовался Сергей, я проверил по мере возможности. Фамилия Витцке не фигурирует. Вообще никак. Вернее, там был лишь счет, которым пользовалось наше торговое представительство. Но это совсем не то. Совсем не то…
Игорь Иванович, наконец, отстранился, откинулся на спинку стула, а потом сразу же налил себе еще коньяк. Хряпнул, поморщился. Похоже, от нервов не в то горло ему пошло.
— Ты мне, как сын, Алексей. Как сын…Думаю, знаешь что? Надо бы тебя доктору показать стоящему. Но только осторожно, чтоб в Школе никто не узнал. Сам понимаешь, нельзя твою проблему обнародовать. Моментально оттуда вылетишь.
Я тоже откинулся назад и теперь сидел, глядя на Бекетова, с выражением глубокого уважения, если не любви. Сын я ему. Конечно. Он меня, похоже, и в Школу эту засунул лишь с одной целью. Дабы потом, если что, иметь возможность выпихнуть в Берлин, где я смогу разыскать для него необходимое. А что? Нормальный ход. Просто так сам Бекетов туда не отправится. Меня тоже без весомой причины не пошлешь. Девять лет ждал возможности Игорь Иванович.
Вот, нашлась возможность. Другой вопрос, что сейчас товарища старшего майора сильно, видимо, припекает эта проблема. Кстати…Может неизвестное «нечто» как раз в данный момент и нужно Бекетову, чтоб жопу свою спасти. Или, например, подставить чужую…
— Игорь Иванович, я, конечно, исключительно «за». К доктору, так к доктору, лишь бы Вам помочь. А скажите…что хоть вспоминать? Конкретно. Вдруг какое-нибудь событие в башке выскочит?
— Ты, Алексей, как оно вдруг выскочит, сразу дай знать. Имей в виду, товарищ Шипко, если срочно понадобится, всегда мне весточку передаст. Сообщит. И мы в тот же день встретимся. Но только никому ничего не говори. Понял? Прежде всего со мной обсуди. Если что, подойдёшь к Николаю Панасовичу, скажешь, мол передайте товарищу Бекетову… — Благодетель задумался на секунду. — Да, скажешь, передайте товарищу Бекетову, что надо встретиться. Этого достаточно.
— Конечно, Игорь Иванович! О чем речь! — Я прижал правую руку к груди, прямо к сердцу.
В общем, решил ни черта Бекетову о разговоре с директором вообще не рассказывать. Пошли они все на хрен. В конце концов, директор Школы тоже впрямую ничего не говорил. Так, намеками только. Очень, конечно, прямыми, но не в лоб же. Может, я вообще ничего не понял. А то сейчас сообщу Бекетову, что именно от него ждут товарищи чекисты, и у старшего майора госбезопасности крыша на этой почве съедет. Человек, когда он загнан в угол, на такие «подвиги» способен, что охренеть можно. Не-е-е-ет. Пусть пока все, как есть, остаётся.
— Ладно…– Бекетов решительно отодвинул тарелку. — Пора мне, Алексей. А ты давай, постарайся память восстановить. Вопрос с доктором решу. Нам нужен хороший специалист. Который твои мозги на место поставит.
Я с умным видом кивнул. Хотя, на самом деле, хотелось спросить у него, ты идиот, товарищ старший майор? Это что тебе, нога затекла? Или мышцы судорогой свело? Если бы можно было вот так запросто память перетряхнуть, я бы уже давно это сделал. Между прочим, сам как дурак, ни черта не знаю. А очень бы не помешало знать.
— Дел у меня много сейчас… Навалилось, да… — Бекетов поднялся из-за стола. — Вы с Клячиным, если что, погуляйте еще. Хотите, в кино?
— Нет! — Видимо, мой ответ прозвучал слишком резко, потому что Бекетов удивлённо поднял брови. Мол, ты чего орешь, придурок? А я как вспомнил наш поход с Клячиным на тот прекрасный фильм, аж засвербило во всех местах. — Спасибо большое, Игорь Иванович, но я лучше обратно в школу поеду. Знаете же, нас в комсомол приняли, к остальным получеки… к слушателям остальным перевели. Занятий теперь очень много. Только успеваем учить. Я просто с Вами хотел увидеться. Но раз Вы заняты, так лучше обратно вернусь…
— А знаешь…– Бекетов внимательно посмотрел на меня, а потом выдал. — Поехали со мной. Покажу кое-что.
— Едем? Все вместе? — Спросил Клячин с удивлением глядя на Бекетова, и сразу же перевел взгляд на меня, типа это я подобную глупость придумал, потом снова уставился на шефа.
Взгляд, кстати, у чекиста был очень выразительный. Мол, пацан что ли с нами? В общем-то Николай Николаевич, чего уж скромничать, тоже актер от бога. Такую физиономию сделал, что я бы, к примеру, и не подумал на месте товарища старшего майора госбезопасности, будто его правая рука с моей помощью подбирается к его же шее. Вернее, помощи от меня пока ноль, и я очень постараюсь, чтоб оно впредь так и оставалось, но главное — суть. Связать меня с Клячиным — вообще не свяжешь. Он смотрит всегда в мою сторону с выражением легкого недоумения. Типа, зачем тебе, барин, этот холоп понадобился?
— Да. — Бекетов указал на автомобиль, к которому мы подошли. — Устраивайся, Алексей. А ты, Николай, отвези-ка нас домой.
Тут прониклись сразу мы оба, и Клячин, и я. Домой? Он прикалывается? Когда Игорь Иванович пообещал что-то показать, я рассчитывал на обзорную экскурсию по какому-нибудь музею Красной Армии или, в лучшем случае, на посещение Лубянки. Ну, чисто для того, чтоб дать мне возможность проникнуться чекистским духом. Думаю, при желании, на Лубянку Бекетов придумал бы, как меня провести. А тут вон оно что. На хрена он тащит к себе? Тут же перед глазами возникло симпатичное лицо Наденьки с её влажным взглядом оленьих глаз. Ой, как это все не вовремя…
  
— К Вам домой? — Переспросил Клячин.
— Нет, ну, хочешь, к себе. Конечно, к нам домой! — Бекетов хмыкнул и полез на заднее сиденье.
— Игорь Иванович, да как-то неудобно. Неприлично. У Вас же там семья, наверное. — Проблеял я ему вслед, всем своим видом демонстрируя смущение.