"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

– Очень хорошо. Ты ведь сам понимаешь, что ваше знакомство не будет иметь продолжения?
– Скорее всего… А почему ты вообще об этом заговорила?
– Она тебе не пара, вот почему.
– Если не она, то кто же тогда, например?
– Я могу тебе сказать без всяких «например», но ты мне все равно не поверишь.
– Это почему же? До сих пор все твои предсказания сбывались…
– Ты точно хочешь знать, кто?..
– Да скажи, наконец, чего тянуть.
– Хочу насладиться редчайшим зрелищем: «Наш могучий Крис мается в полном неведении»… Ладно, слушай: ты с ней еще не знаком, но недавно смотрел на нее целый час, а то и больше.
– Это ты вообще про кого сейчас говоришь? Не могу понять…
– Вспомни, на кого ты мог смотреть столько времени?
– Ты что, шутишь или вообще издеваешься? Вот не ожидал от тебя!.. Она вообще через океан живет, неизвестно где…
– Ага, понял, наконец, о ком речь?
– Чего тут непонятного… Об актрисе, игравшей главную роль в фильме. Признавайся, это у тебя просто такое чувство юмора, с весьма замысловатыми шутками?
– А я тебе сразу сказала, что не поверишь… Хотя намек понял сразу… Почти…
– Ну сама подумай: где она, и где я! Там возле нее наверняка куча богатеев вертится, она от них отбиваться устала, руками и ногами… Или уже не отбивается…
Тут Княгиня почему-то решила дать мне подзатыльник, но я успел пригнуться.
– Сам меня об этом спрашивал, а теперь в сторону решил сбежать, да?!. Нет уж, сказал «А», теперь говори «Б»… Вот приедешь в столицу Империи и сразу напишешь ей письмо. Душевное, на ошибки особого внимания можешь не обращать.
– Ну и какой адрес обратным указать? Я ведь не знаю, где окажусь на следующий день, не то что через месяц. Ты вообще представляешь, сколько времени туда письмо идти будет, а потом обратно? Да и вообще захочет ли она мне отвечать…
– Еще подзатыльник хочешь? – ее голос стал вкрадчивым.
– Нет, только не это!.. – я снова быстро отодвинулся, всем своим видом изображая испуг.
– В таких случаях пишут «Центральная почта, до востребования, такому-то», или забыл?
– Да я не писал никогда и никому, и писем не получал. Разве что телеграммы от начальства… «Срочно прибыть…», или «Почему еще не выполнено…»
– Тогда простительно, конечно… В общем, дальше сам разберешься.
– Все понятно, но какой у нее адрес-то? В журналах его не указывают.
– Считай это еще одной проверкой своих способностей. Что, съел?
Несколько минут мы просидели молча, затем Княгиня сказала:
– Если тебе все еще хочется получить совет… Пошли ей не только письмо.
– А что еще?
– Вот что в голову придет, то самое сделаешь и вышлешь. Все, подсказки закончились, дальше сам справишься.
Затем, совершенно неожиданно, она пересела со своего диванчика на место рядом, обняла и прижалась, положив голову мне на плечо.
– Мы с тобой, как параллельные прямые…
– В смысле? – я не сразу понял, о чем речь.
– Можем идти рядом, совсем близко, но никогда не пересечемся. Потому что у каждого из нас – свой путь…
– Да, так… – Я приблизил свои губы вплотную к ее уху и зашептал: – Я тебе не все рассказал о том, что произошло после лечения.
Она так же шепотом ответила:
– Ты что-то увидел?
– Да. И не только… Видел, слышал, чувствовал…
– Насколько хорошо?
– Да как сейчас рядом с тобой… Вплоть до запаха дыма от взрывов и щекотки в носу.
– Тогда слушай меня внимательно: никому, понимаешь, НИКОМУ!.. И никогда не говори об этом. Если только не хочешь провести остаток жизни в маленьком уютном домике, огороженном очень высокими стенами. Соображаешь, почему?
– Понял, объяснять не нужно…
(Помните, я кратенько обрисовывал, как и откуда в нашем мире появляются всякие интересные «штучки»? Вот именно через использование способностей, очень похожих на мои «видения-провалы»… Быть подопытным животным не хочется, вот абсолютно! Даже во имя высшей цели… Не нужен мне пожизненный комфорт, ограниченный четырьмя стенами.)
– Осознал?
– Полностью…
– Так что думай, как и о чем писать будешь своей заморской красавице.
  
– Вот ты опять начинаешь, да?..
– Ты сам начал.
Прижимаю ее к себе, целую в щеку.
– Не сердись, ладно?
– Да как на тебя сердиться… На друзей не сердятся… Мы же с тобой столько времени знаем друг друга, что почти родственники…
Так, обнявшись, мы и сидели, пока в дверь купе не постучали, и бодрый голос Маргариты не сообщил, что они через тридцать минут хотят отправиться на ужин, и мы все можем пойти в вагон-ресторан вместе, отметить счастливое спасение. Я посмотрел на Княгиню, она согласно кивнула.
– Ладно, выйди на несколько минут… Я себя в порядок приведу.
Потом, некоторое время до ужина, я сидел и записывал приходившие в голову строчки, перечитывал, зачеркивал, снова писал… Если честно, получалась какая-то слезливая белиберда, но эмоции требовали любого выхода, приходилось заниматься графоманией. Княгиня вполглаза наблюдала за моими творческими муками, но никак сие действие не комментировала. В конце концов, удалось получить несколько рифмованных куплетов, в общем, даже не очень отвратительных. Так, жалкая попытка имитировать стиль одного из известных поэтов. Ладно, теперь нужно переписать начисто, вдруг да и пригодится когда-нибудь, во время очередного задания. Только вот кому я эти стихи читать-то буду?..
Ужинали мы за столиком, рассчитанным на четверых, и если говорить честно, немного шокировали остальную публику своими громкими тостами. (Жаль, что раненого Ковалева пришлось оставить в лечебнице. Но доктор сказал, что рана ему очень не нравится, поэтому несколько дней с отъездом придется подождать. Об этом рассказал вернувшийся на стоянку ездовой, который ротмистра туда и отвозил.) Правда, надолго эта гулянка не затянулась, мы все очень устали за день, поэтому дружно отправились спать в свои купе. К счастью, заснуть удалось сразу, и никакие кошмары мне не снились. А утром (вернее, незадолго перед обедом, но мы спали беспробудно) уже прибыли в город, где сразу же наняли извозчиков и разъехались по домам. Но перед этим девчонки сумели уговорить меня прийти к их дому в шесть часов вечера, они собирались вместе с Дианой хорошенько отметить свое благополучное возвращение.
Заселившись в уже ставший привычным номер все в той же «веселой» гостинице, переоделся и сходил в ресторан, нужно было чуть подкрепиться перед визитом к высокому начальству. Хотя особенно растягивать застольное удовольствие не стал, все самое приятное было запланировано на вечерние посиделки.
Как говорится, «вот парадный подъезд», бдительный дежурный в своей стеклянной клетке на входе, длинный коридор, лестница на второй этаж, и весьма приветливый адъютант за столом.
– Здравствуйте! Рад вас видеть в добром здравии! Господин полковник вас ждет, проходите!
Закрываю за собой массивные двери кабинета, и сразу мне навстречу из своего высокого во всех смыслах кресла поднимается хозяин кабинета.
– Проходите, здравствуйте, господин Кузнецов! Надеюсь, вы не ранены?
– Нет, мне повезло – всего лишь попытались утопить в луже. А вот ротмистр Ковалев серьезно ранен в плечо, поэтому до улучшения остался там, в госпитале. Но врачи говорят, что все будет хорошо.
– Да, об этом мне уже сообщили. Очень удачно получилось, что летуньи не пострадали. Аппараты уже перетащили на резервную точку, туда же грузовыми дирижаблями доставили запасные движители и ремонтные бригады. Предварительный осмотр показал, что все можно очень быстро починить. В «Драконах» внутреннее оборудование на месте, ничего не пропало. Видимо, не хотели снимать на месте. Но это уже не важно…
– Господин полковник, скажите мне, пожалуйста – вы отправляли третьего «Дракона» в полет?
– Да.
– Но я же просил вас подождать до того времени, пока мы вернемся…
Неожиданно он снова поднялся из своего кресла, подошел к окну и жестом подозвал меня к себе. Понизив голос, Федоров сказал: