"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)
– Весело там у вас, как я посмотрю!
– Так ведь и расследовать приходится не простую уголовщину или пьяные драки.
– Знаете, я сначала сомневался…
– По-другому бывает, но очень редко. Пока человек сам не увидит – не поверит. А некоторые и после этого не верят… Начинают искать объяснение «фокуса» среди привычных явлений. Так ведь удобнее.
– Вот скажите, чем нанесены эти линии, невидимые под обычным светом?
Я пожал плечами:
– Мне как-то без особой разницы, чем именно. Подходящих для этого химических составов можно изготовить много, из самых разных компонентов. Здесь главное – результат. Когда-то линии вообще насыпали молотым мелом. А в этом случае… Рассчитывали скрыть истинную причину своих злодеяний. Ведь до этого следователи хотели все списать на очередного маньяка, не так ли?
– Почему «очередного»? В этом городе раньше не было никаких «Джеков-Потрошителей»… [28]
– Значит, на вновь прибывшего, или гастролирующего… Не суть важно. Вот вы могли бы заметить разницу между этими местами и другими?
– Если честно… Не знаю. Мы привыкли искать факты и доказательства, улики, а не ощущения или видения.
– Иногда такие ощущения помогают выжить.
– Мне рассказывали о подобном… Но сам не сталкивался.
– Не будем загадывать. Каждый должен сам понять, что чувствует. Если дано…
Пока мы беседовали, машина успела доехать к полицейскому управлению. Водитель остановился прямо у парадного подъезда, невзирая на запрещающий знак. Стоявший у ступеней крыльца полицейский дернулся было в нашу сторону, но увидел выбирающегося из машины Смайли и тут же сменил направление. Интересно… Не желает с ним встречаться, или чего-то опасается? Впрочем, их взаимоотношения – не мое дело.
– Как только что-то появится, я вам обязательно сообщу, через секретаря. Ну и вы, если вдруг что-то сможете узнать… Позвоните мне, хорошо?
– Обязательно!
На этом мы и распрощались. Я быстро оглядел свой костюм, грязных пятен не заметил и решил, что можно не переодеваться.
– Где находится синематографическая студия, знаешь? – Водитель кивнул. – Тогда поехали, у меня там дела!..
Вообще-то, надо было бы поговорить с боссом… Но пока не о чем. Так что буду выполнять свои обязанности телохранителя, все равно сейчас нужно обдумать свои дальнейшие действия. Очень уж тут все непросто…
На студии все шло, как обычно. Из глубин павильона доносились команды режиссера, который явно пользовался жестяным рупором для большей доходчивости – уж больно «жестяной» призвук слышался в его воплях. Что-то сегодня наш деятель разошелся… Вот, опять призывает исполнителя роли любовника добавить страсти в поцелуй. И в таких выражениях… Так, а главная героиня у нас… Эх, я бы этому Дон Жуану добавил страсти… Да так, чтобы потом и близко не подошел… Ну да ладно, как говорится, «искусство требует жертв!» Хотя, посмотрим, что Клер скажет после съемок, вечером. Может быть, она и без моей помощи справится? Кстати, где там конторские ангелы-хранители? А, оба на месте, с разных сторон павильона, очень хорошо. Тогда буду нарезать круги по территории, и заодно попробую измыслить – что же буду завтра докладывать начальству. Если только уже сегодня босс «на ковер» не вызовет…
Глава седьмая
День начался, как многие до него – звонок будильника, потягивания, дружное зевание спросонья, утренние процедуры, далее Клер снова готовится к выходу в свет, а я коротаю время в кабинете, рисуя на листке бумаги непонятные кривые. Иногда в этом хаотичном наборе линий удается найти разгадку вертящегося в уме вопроса, кстати. Но сейчас ничего вразумительного увидеть не получилось – наверное, времени оказалось слишком мало, или не удалось настроиться… Хотя, если честно, и раньше мог что-то разгадать в этих каракулях примерно один раз из пяти попыток. Ну и что тут? Лапа с когтями сжимает какую-то штуку? А может, это всего лишь воображение так шутит… после вчерашнего… Отчет я писать даже и не пытался. Слишком мало удалось выяснить, можно сказать, почти ничего. Но в кабинете начальника эту бумажку показывать точно не стОит – мистер Мак-Кинли такого юмора может и не оценить, рисковать не буду.
И действительно, не успели мы с Клер войти на территорию студии, как меня тут же позвали к стоящей у ворот машины.
– Мистер Смит! Вас вызывает мистер Мак-Кинли.
– Да, сейчас иду. – И тут же пришлось сообщить Клер то, что она слышала сама:
– Милая, меня вызывают в Контору, к начальству на ковер. Постараюсь не задерживаться там слишком долго, но предсказывать не берусь – дело очень серьезное.
– Да, конечно… За меня не беспокойся – ваша охрана дело знает. Все, иди! – Надо же, Клер отреагировала совершенно спокойно. Привыкла, наверное… или делает вид…
Привычно кивнув дежурному на входе, я поднялся на второй этаж и без стука вошел к секретарю начальника Конторы.
– Секундочку… – Повинуясь жесту руки, я притормозил у самой двери кабинета. После очень короткого телефонного разговора другим жестом мне разрешили войти.
– Доброе утро, мистер Мак-Кинли!
– Доброе… было бы… Вчера я так и не дождался вашего доклада. Вижу, что и сегодня вы пришли с пустыми руками. Можете что-нибудь доложить по сути дела?
– Вчера совместно с ведущим расследование инспектором полиции я обследовал несколько мест преступлений. Все происходило по одному и тому же сценарию… Примечателен тот факт, что никто ничего не слышал, хотя жертвы могли кричать очень долго. Предположительно, для устранения шума использовался некий артефакт, весьма большой. По крайней мере, на досках пола остались следы от его ножек.
– А это не мог быть обычный сейф, например?
– На складе не было никакого сейфа, в заброшенных зданиях тоже вряд ли оставили такую ценную вещь. Давно бы утащили…
– Ясно, продолжайте. – Не знаю, удовлетворился ли босс моим ответом, но эмоции в голосе вроде не изменились.
– Также я заметил… очень необычное явление. Но приборов для его измерения не знаю, поэтому и не стал ничего записывать. Эмоции к делу ведь не подошьешь…
– Вы правы, конечно же…Но все-таки, рассказывайте дальше!
– Эмоциональный фон на местах преступлений оказался необычным. Полицейский ничего не заметил, или просто не обратил внимания.
– И в чем эта «необычность» заключалась?
– Обычно в местах, где кого-то лишили жизни, в течение очень долгого времени можно почувствовать выброс эмоций, энергии, или как еще можно назвать это явление. Особо чувствительные люди могут даже падать в обморок, причем, даже не зная о том, что здесь произошло. А тут… не было ровным счетом ничего. Как будто все очень хорошо подмели, а потом вымыли пол. Сравнение грубое, но лучше ничего не придумалось.
– Есть какие-нибудь идеи?
– Всю энергию, эмоции куда-то забрали… Возможно, опять в некий артефакт. Но какой он, и для чего предназначен – неизвестно. В моей практике таких случаев еще не было. Все добытое обычно использовали сразу, на месте.
– И никто раньше не сталкивался с подобным?
– Насколько я помню – нет. Именно по причине малого количества информации я и не стал вчера ничего писать. Стараюсь использовать только достоверно известные факты и доказательства, ошибки могут слишком дорого обойтись.
– Ваши бы слова, да городскому начальству в уши… Управление требует немедленных результатов, а откуда они возьмутся-то? – Однако мистер Мак-Кинли не выглядел слишком уж расстроенным. – Кстати, а вы использовали какие-нибудь свои… способности?
– Только возможность видеть скрытое, но для сыщика я включил специальный фонарик и дал ему свои запасные очки, так что он смог увидеть все своими глазами. Так сказать, убедился, что я не выдаю желаемое за действительное. Ну, или просто не вешаю ему лапшу на уши…
– Это уже лучше, гораздо лучше… А что-нибудь еще можете сделать? Расспросить своих знакомых, например.