"Фантастика 2024-180". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)

— Вы меня не совсем правильно поняли, Александр Сергеевич, — терпеливо произнес Илья Ильич. — Мне вовсе не нужно, чтобы вы таскались за мною по пятам. Вы мне будете нужны только в особых случаях. О чем вас будут заранее извещать. Все формальности, связанные с необходимостью отпроситься с работы, будут улажены. За каждый выезд — тысяча рублей, плюс премиальные за риск, плюс — щедрые суточные.
— Да, предложение заманчивое, — хмыкнул я. — Подумать можно?
— Подумайте! — кивнул он.
— А почему именно я?
— Молва о вас далеко разнеслась. Самбист, каратист, преступников задерживает, трудных подростков перевоспитывает, секции организует, еще и в трудовых отрядах замечен был ранее. Я же говорю, мне нужен надежный крепкий охранник. Но не дуболом, а так сказать, в некотором роде — интеллектуал. Второго числа я вам позвоню. Скажете — «да», или — «нет».
— А если скажу — «нет»?
— Не хочется вам угрожать, Александр Сергеевич, вы мне глубоко симпатичны, не смотря на дурную привычку хамить старшим, но все же вынужден сказать, что в случае отказа, вами вполне может заинтересоваться Комитет Государственной Безопасности…
— Это с чего вдруг?
— У нас есть вполне достоверные сведения, что вы вовсе не тот, за кого себя выдаете.
— Ладно, я подумаю, — пробурчал я, вставая.
— Второго, в девять вечера я вам позвоню.
Я молча кивнул и вышел с кухни. Крюк что-то невнятно пробурчал мне в спину, но я не стал прислушиваться — что именно. Выйдя из квартиры, я наткнулся на третьего. Надо полагать — на того самого Пивня. Он сидел на ступеньках и тихонько подвывал, баюкая поврежденную руку. Вот же пес. Сидит у порога, ждет хозяина, даже со сломанной лапой. Неужто и из меня этот Илья Ильич хочет сделать такого пса? Хрен он от меня этого дождется… В любом случае, прежде, чем давать ответ, надо посоветоваться с Курбатовым. Кем бы ни был этот Илья Ильич, он явно из одной банды с Рогоносцем, а может даже — выше его по рангу. Так что отказаться от шанса проникнуть внутрь этой структуры было бы глупо.
Выйдя на улицу, я огляделся и потопал со двора. Едва я завернул за угол, как меня тихо окликнули. Обернувшись, увидел Витька, притулившегося в тени закрытого на ночь газетного киоска. Он показал рукой — проходи мимо. Что я и сделал. В полном одиночестве дошел до легковушки, которую оставил через квартал всего-то с час назад. Отворив дверцу водителя, я сел в машину и принялся прогревать мотор. Минут через десять, в салон нырнул Курбатов. Не сказав ему ни слова, я тронул машину и медленно покатил вдоль улицы. И только когда мы отдалились от вписки на приличное расстояние, гэбэшник нарушил молчание:
— Ну как все прошло? — спросил он.
— Кеша у нас? — ответил я вопросом на вопрос.
— Да! — ответил Витек. — Двадцать минут назад я звонил твоей… Как это ты провернул?
— С помощью тайной комнаты. Уроды, которые сцапали Стропилина, о ней не знают.
— Ловкач! — восхитился Курбатов. — И кто же эти, как ты выражаешься, уроды?
— Двое громил-охранников, которых пришлось немного покалечить, а третий тип особого рода…
— Кто такой?
— Хлыщ… Прикинут по фирме… Зовут Илья Ильич. Не местный.
— Залетный, значит…
— Да, обещал скоро свалить из города…
— Зачем им понадобилась вся эта клоунада со Стропилиным? Только — из-за карты?
— Нет, — буркнул я. — Думаю, что карта — это лишь предлог… Ему нужен я.
— Как я и предполагал, — пробормотал Витек. — И для чего ты ему понадобился?
— В телохранители зовет…
Гэбэшник присвистнул.
— Вот это оборот… Вот прямо таки телохранителем?
— Не постоянным, а для каких-то особых случаев…
— Ты согласился?..
— Я обещал подумать. Второго вечером он позвонит, чтобы услышать ответ.
— Такой вопрос нужно согласовать с шефом… — пробормотал Курбатов. — Притормози у автомата…
Я вдавил в полик педаль тормоза. Гэбэшник выскочил из машины. Метнулся к заиндевелой телефонной будке. Через пять минут вернулся.
— Полковник ждет нас на проспекте Маркса через десять минут.
— Да, интересная у нас новогодняя ночь, — пробормотал я.
  
— Как Новый год встретишь, так его и проведешь…
— Не дай бог…
Мы покатили дальше. Литейск город маленький. На машине его можно пересечь за полчаса, и то если двигаться с разрешенной скоростью, скрупулезно останавливаясь возле каждого светофора, даже когда на улице ни души. Так что ровно через десять минут я притормозил возле полковничьей «Волги». Сам Михайлов стоял не возле нее, а под деревом — одним из тех, что росли вдоль проезжей части, и не двигался с места. Это означало, что он собирается разговаривать прямо тут, на морозце. Трудовик ткнул меня в плечо, и мы полезли из теплого салона.
— С Новым годом, товарищ полковник! — поздравил его Курбатов.
— Аналогично, — буркнул он. — Докладывайте!
— Сегодня в два часа ночи на квартире Данилова раздался телефонный звонок, — принялся докладывать Витек. — Данилов взял трубку. Неизвестный сообщил ему, что у него находится Стропилин, которого убьют, инсценировав самоубийство, если Данилов не приедет по известному адресу, захватив с собой карту.
— Стоп! — сказал Михайлов. — По какому адресу и что за карта?
— В квартире, где неформальная молодежь устраивает свои сборища, — пояснил Курбатов. — Автомобильная карта города и окрестностей с особыми отметками. Вероятно, имеющая отношение к деятельности подпольного синдиката.
— И карту эту вы отдали, конечно, — догадался полковник.
— Отдали, но утром у нас будет копия со всеми отметками.
— Хорошо. Дальше!
— Я вызвал машину из Управления и организовал скрытое наблюдение за домом. Пятнадцать минут назад встретил Данилова, который возвращался с места встречи с неизвестным.
— Так. Ладно, — кивнул Михайлов. — Теперь ты, Данилов!
— На машине, которую мне предоставило ваше Управление, я доехал почти до самого дома, где находится эта самая молодежная вписка… Сразу в подъезд соваться не стал, а взобрался по пожарной лестнице на третий этаж, через окно проник в потайную комнату. Из нее попал в ту, где находился Стропилин. Развязал его и помог спуститься вниз. Спустился сам и уже вошел в дом через подъезд. На лестничной клетке меня пытался то ли остановить, то ли еще что со мною сделать, какой-то хмырь… Я его немножко стукнул, потом поднялся в квартиру. Там оказалось еще два человека. Один здоровенный облом, а второй лощенный, в пальто, кашне и шляпе. Облома тоже пришлось слегонца повредить, а с хлыщем мы потолковали по душам. Зовут его Илья Ильич. Он намекнул, что курирует нечто, связан с нелегальной экономической деятельностью, причем, не только в Литейске, и предложил мне стать его телохранителем, но не постоянным, а для неких особых случаев. Я обещал подумать. Завтра, в девять вечера он мне позвонит.
— Илья Ильич… — повторил полковник. — Не местный… Курирует теневиков… Очень интересно…
— Так что нам делать, Евксентий Григорьевич? — спросил его подчиненный.
— Грех не воспользоваться такой возможностью, — пробормотал тот. — Хорошо было бы, если бы ты согласился, Саня…
— Люди они серьезные, могут устроить жесткую проверку, — пробурчал его подчиненный. — Не исключено, что похищение Стропилина — это инсценировка, с целью проверить, на что Данилов способен…
— Инсценировка не инсценировка, а то, что это начальный этап проверки, сомневаться не приходится, — откликнулся полковник. — Следующий этап может оказаться еще жестче. Так что если ты, Саня, откажешься, претензий к тебе не будет… Кстати, чем они угрожают тебе, если ты откажешься?..
— Обещают сдать меня в вашу контору…
— Что ж, это прекрасно, — улыбнулся Михайлов. — Я вижу, ты не очень-то испугался…
— Я боюсь только, что мне работать толком не дадут.
— Ну сейчас у тебя все равно каникулярный отпуск, а там — посмотрим.
— Значит, я соглашаюсь?
— Если находишь в себе силы — соглашайся, — сказал полковник. — Я уже говорил тебе, что нам остро необходим свой человек среди них. И если уж они сами идут нам навстречу…